Лори Форест – Древо Тьмы (страница 92)
— Лукас! — выкрикиваю я и бросаюсь вперёд, однако Валаска, сурово сжав губы, перехватывает меня и, крепко стиснув мои руки, кидает, будто рыбку, головой вперёд, в сияющее золотом озеро портала.
ЧАСТЬ 4
Глава 1. Вонор
Когда я проваливаюсь в мерцающие глубины портала, всё вокруг сияет золотом. Падая на землю в ночной тьме, я шлёпаю ладонями по камням, мелкий песок облачной пылью поднимается над моим телом.
Кашляя, я торопливо оглядываюсь, совершенно не представляя, куда угодила.
Я на высоком каменном уступе под руническим куполом, сквозь который виднеется невероятная, усыпанная кроваво-красными песками пустыня. Вдали, у горизонта, маячат громадные сводчатые скалы и грушевидные купы деревьев, залитые светом луны и звёзд, но не привычным серебристым, а прозрачно-алым. Невероятно длинные полосы тёмных облаков собираются по всей восточной линии горизонта. В них то и дело вспыхивают остроконечные молнии.
Я в отчаянии жду появления Лукаса.
К тому времени, как из портала в каменной стене вырывается Чи Нам, разбрасывая в стороны золотистые рунические лучи, я встаю на ноги. За ней следует окровавленная Валаска, которая тащит за собой залитого кровью Лукаса. Огненная вспышка его магических линий бьёт по мне горячей волной. Я бросаюсь к нему.
— Лукас!
Выронив меч, он медленно опускается на колени.
Я тоже опускаюсь на землю рядом с ним и охватываю взглядом глубокую рану, которая зияет на его груди и плече. Мундир разрезан насквозь. Я чувствую, как его невидимые линии силы болтаются, будто обрезанные. Лукас страшно бледен, обычно мерцающая изумрудной крошкой кожа стала болезненно-зелёной.
От портала доносится резкий вопль, и сквозь золотистую мглу пробивается страшная массивная клешня на длинной скорпионьей лапе. Я закрываю Лукаса собой, а Чи Нам, мгновенно оказавшись возле портала, бьёт в землю волшебным посохом, высекая взрыв золотистого света. Густое марево портала исчезает в дожде ярких искр, отсечённая конечность скорпиона подпрыгивает с глухим стуком по каменистой земле.
— Надо остановить кровь. Нам нужен аллуриум, — прошу я Чи Нам, вспомнив, чему меня учили на курсе аптекарского дела.
Разорвав и без того испорченный мундир Лукаса, я стараюсь разглядеть рану. От увиденного всё сжимается внутри. Рана глубокая и идёт через всю грудь. Задето плечо. Как много крови…
— Поддержи его за спину, — приказывает Чи Нам.
Она решительно окидывает Лукаса взглядом и опускается перед ним на колени. В её руке мерцает синим волшебная палочка, и я вспоминаю, как старая чародейка вылечила мне разбитую голову, израненную сюрикэном.
Обняв Лукаса, я ощущаю его бесконтрольно бушующую огненную магию, которая выливается из его тела и растворяется в пространстве, будто свет далёкой звезды. Лукас тяжело дышит, все его мышцы напряжены до предела, на лице застыла маска боли.
Его ослабленная магия хватается за мои линии силы, как утопающий за соломинку, пока Чи Нам вырисовывает над раной синюю руну, а потом проводит кончиком палочки по груди и плечу Лукаса, склеивая золотистым жаром края широкого разреза.
Лукас стонет, выгибая спину и запрокинув голову. Его тело будто бы из последних сил цепляется за остатки магии, за меня. Огненные и земные линии силы уже почти не ощущаются.
— Нет! — отчаянно охаю я.
Кажется, я готова пробить Эртию насквозь, лишь бы спасти Лукасу жизнь.
Сжав кончиками пальцев его виски, я поворачиваю к себе голову Лукаса.
— Поцелуй меня! — неистово требую я.
Скрипнув зубами и кривясь от боли, Лукас чуть поворачивается ко мне.
Я склоняюсь над ним, смыкаю губы с его губами и яростно вливаю магию в его ослабевшие линии силы. Обжигающая меня магия впитывается в тело Лукаса, а он стискивает здоровой рукой на спине моё платье. Его обессиленные магические линии соединяются с моими. Руническая магия Чи Нам скользит по нашим телам. Я крепче прижимаюсь к Лукасу, наполняя его огненной силой.
И наконец мой поток магии начинает ощущать некоторое сопротивление. Отстранившись, я утираю свой вспотевший лоб, а потом лоб Лукаса. Его лицо обрело привычный оттенок, а огненная линия силы пульсирует с тем же жаром, что и моя. Чи Нам тем временем быстро накладывает шов из синих рун, надёжно скрепляя края раны.
Магия Лукаса уже сильнее, чем была всего несколько минут назад, однако ещё слишком слаба, чтобы действовать самостоятельно.
— Если нужно, я тебя ещё раз поцелую, — говорю я, слыша в собственном голосе нотки страха.
Глаза Лукаса вспыхивают, и он притягивает меня к себе, и мы снова погружаемся в огненный поцелуй. Наши языки сплетаются, горячие вспышки пламени врываются в магические линии Лукаса, а его земные линии укрепляются, сплетаясь с моими с новообретённой силой.
— Хватит, — говорит Чи Нам, когда я снова отстраняюсь. Мой волшебный огонь танцует вокруг возрождающихся огненных линий Лукаса и крепнущих на глазах земных линий. — Ещё немного, и он опьянеет от магии. Просто держи его за руку, и всё восстановится само собой.
Я сжимаю руку Лукаса, моё сердце громко бьётся в непроходящей тревоге. Чи Нам теперь соединяет парные руны на груди Лукаса. Вся его рана покрывается золотистым сиянием и синими волшебными чёрточками. Кожа обожжена, но крови нет. Значит, Чи Нам остановила кровотечение магией.
Чародейка постукивает кончиком волшебной палочки по рунам, и синие полосы сшиваются всё плотнее.
Лукас коротко охает, и я безотчётно морщусь при виде его почти осязаемой боли, хотя в голове вертится радостная мысль: «Он будет жить!» Впрочем, избавиться от подступившего к горлу колючего кома пока не удаётся.
— Не двигайся, пусть шов зарастёт, — вставая, говорит пациенту Чи Нам. — Рана заживёт за несколько часов, — добавляет она.
Чародейка уходит к Валаске, а синие руны продолжают сиять на груди Лукаса и без присмотра.
— Ты сбросила его наваждение? — пристально глядя мне в глаза, спрашивает Лукас сквозь стиснутые зубы.
Он говорит о Фогеле. О той атаке, когда напали скорпионы.
— Да, — отвечаю я.
При звуке его хриплого голоса к моим глазам подступают слёзы. Как же приятно ощутить, что его магия набирает силу!
Он коротко, по-волчьи улыбается мне сквозь пелену боли.
— У одного из скорпионов было око Фогеля, — чувствуя, как текут по щекам слёзы, сообщаю я.
По лицу Лукаса ничего невозможно прочесть. Он крепко держит меня за руку, время от времени вбирая короткими глотками магию.
Валаска сдавленно вскрикивает, и я поворачиваюсь к ней. Воительница амазов сидит на каменистой земле, вытянув ногу. Штанина разорвана в клочья, и на бедре зияет длинный разрез. Валаска мрачно наблюдает за тем, как Чи Нам обрабатывает рану рунической магией, накрепко зашивая её синими рунами.
— Валаска… — встревоженно начинаю было я, глядя на её залитое слезами лицо.
Наши взгляды встречаются, и она горестно качает головой, будто пытаясь отмести мои страхи.
— Рана неглубокая. Дело не в том. Просто… — Зажмурившись, Валаска сдавленно всхлипывает. — Лошади. Фогель их не убил. Он их забрал!
Я вздрагиваю от вдруг пробежавшего по спине озноба.
Наши прекрасные лошади… Валаска умеет мысленно разговаривать с ними, а значит, она почувствовала их ужас, когда животных атаковали эти… существа.
Если Фогель поработил их, то кто знает, в каких чудовищ он превратит несчастных животных: сделает их непомерно длинными многоглазыми подобиями самих себя?
Я судорожно выдыхаю. Лукас размеренно подпитывается моей магией, наполняя свои линии силы.
— Где мы? — спрашиваю я Чи Нам.
Она поднимается, закончив с раной Валаски, и подходит к потухшему порталу. На горной стене теперь тускло мерцают лишь очертания волшебного перехода. Чародейка поднимает волшебную палочку, произносит заклинание и принимается вбивать в стену рунические сочетания.
— Мы в Северо-Западной пустыне Аголит, — отвечает она на языке ной, не прекращая постукивать по камню. — Добро пожаловать в мой Вонор.
Я мысленно воображаю карту обеих земель.
Северо-Западная пустыня Аголит. Это к востоку от Каледонского горного хребта.
Слишком близко к Гарднерии.
— Что такое Вонор?
Руна-переводчик, скрытая за моим ухом, не в состоянии подобрать равноценное слово на всеобщем языке.
Чи Нам загадочно улыбается.
— Вонор — это священное место ло вой.
Отвернувшись к порталу, она оглядывает руны, которые, подчиняясь заклинаниям и движениям волшебной палочки, сияют уже ярче.
— Так устроено большинство порталов — у каждого есть свой Вонор. Место, о котором никто не знает и где мы можем в одиночестве совершенствоваться так, чтобы нас никто не нашёл. Этот Вонор находится посреди пустыни и ограничен со всех сторон штормовыми облаками.
Чи Нам бросает острый взгляд на горизонт.