Лори Форест – Древо Тьмы (страница 94)

— Здесь скорпионы обычные, пустынники, — хладнокровно объясняет Валаска. — Может, ещё пообедаем ими как-нибудь.

Она хитро смотрит на меня, ожидая реакции, и я удивлённо приподнимаю брови.

— Договорились, — не моргнув глазом, отвечаю я. — Мне, пожалуйста, солёного и перчёного скорпиона.

Валаска весело усмехается.

— Вот и правильно!

— В этой пещере мы будем жить? — спрашивает Лукас чародейку, кивая на залитый сапфировым сиянием вход.

— Да, юный маг. — В голосе Чи Нам звучит дружеский вызов.

Чародейка медленно прихлёбывает чай.

— Добро пожаловать в Сопротивление, маг Грей, — салютует Лукасу Валаска, разделывая змею. — Или ты ожидал увидеть шикарные поместья, как в Валгарде?

Лукас сдержанно улыбается.

— Не ожидал. Но вот от бокала иссанийского вина я бы сейчас не отказался.

Чуть изменив позу, он морщится от боли. Руническая повязка, которую наложила на его рану Чи Нам, горит синей полосой на груди и плече Лукаса. Судя по огненным линиям Лукаса, которые я чувствую, как свои, его боль не отступает.

Валаска достаёт из кармана флягу и передаёт её Лукасу. Она тоже заметила промелькнувшую в его глазах боль и теперь смотрит на него сочувственно.

— Есть тираг, — сообщает она.

Лукас благодарно кивает и, приняв флягу, откручивает пробку. Потом он подносит горлышко ко рту и делает довольно большой глоток для гарднерийца, который совсем недавно уверял, что употребляет алкоголь в исключительных случаях.

Я осматриваю его рану, и Лукас прерывисто вздыхает. Края раны сошлись чисто, грудь и плечо выглядят гораздо лучше, чем совсем недавно. В глаза бросается игра мышц на его обнажённой груди и крепкие мускулы плеч. Во мне поднимается волна жара, не охватывая магические линии, а сама по себе, где-то внутри, и я смущённо опускаю глаза. Разве можно вот так рассматривать раненого?! Однако Лукас поглядывает на меня с хитринкой и по-доброму насмешливо, будто читает мои мысли. Не обращая внимания на боль, он намеренно посылает мне горячий огненный поток, и я, чувствуя, как алеют щёки, ещё ниже опускаю голову.

— Тебе нельзя, — едва слышно шепчу я. — Ты должен беречь огненную магию, чтобы поскорее зажила рана.

Лукас лишь окидывает меня страстным взглядом и снова прикладывается к фляжке с тирагом.

Мне не по себе рядом с ним, но при этом хочется его обнять, и я протягиваю ладони к нашему очагу, в который раз с удивлением рассматривая мои новые серые руки.

Обернувшись, я вижу, как Лукас заметно морщится от боли. Он снова пьёт тираг, и бурная огненная магия вокруг раны постепенно тает.

Валаска укладывает над очагом нанизанное на очищенные ветки мясо, в огонь падают блестящие капли жира — пламя шипит и фыркает.

Вдали звучным эхом разносится крик совы.

Спустя некоторое время Валаска подаёт мне палочку с кусками мяса.

— Приятного аппетита, гарднерийка, — говорит она, весело поблёскивая глазами. — Ужин не кусается. Теперь-то уж точно.

Должна признать, что пахнет очень вкусно. Я осторожно кусаю и не могу скрыть удовольствия. Мясо сочное и аппетитное, нечто среднее между курятиной и белой рыбой.

— Очень… вкусно, — благодарно киваю я.

Лукас тоже смотрит на меня с улыбкой. Склоняясь ко мне, он выпускает в мою сторону бурный поток горячего пламени, видимо, под воздействием только что выпитого тирага.

От страстного жара у меня всё плывёт перед глазами, и я с трудом сдерживаю дыхание, чтобы не выдать себя. Чи Нам разливает по кружкам горячий чай.

— Ты что, пьян? — спрашиваю я Лукаса.

— Может быть, совсем чуть-чуть, — отвечает он. — Болит уже не так сильно.

— Ты посылаешь мне огонь такими волнами…

Его губы изгибаются в улыбке.

— Это та самая магия, которую я недавно вытянул из тебя.

— Похоже, ты почти здоров, — удивлённо ахаю я.

Лукас тихо смеётся и пылко оглядывает меня с ног до головы.

— Тебе неприятен мой волшебный огонь? — вдруг посерьёзнев, спрашивает он. — Просто я не уверен, что смогу сдержать эти порывы.

Надо подумать. В конце концов, я ни разу не была рядом с Лукасом, когда он вот так расслабился.

— Нет, — наконец отвечаю я. — Я рада, что тебе уже не так больно.

— Ты спасла мне жизнь, — вдруг очень серьёзно произносит он.

Коснувшись кончиками пальцев бугристого шрама на внутренней стороне запястья, который остался после нападения икарита в Валгарде и до сих пор заметен даже под новой личиной, я улыбаюсь в ответ.

— С меня давно причиталось.

Лукас тепло улыбается и отхлёбывает из фляги. Чи Нам и Валаска принимаются подробно обсуждать организацию ночного караула и пароль на выход за пределы рунического купола.

Я задумчиво оглядываю каменные арки вдали, медленно прихлёбывая горячий горьковатый чай Чи Нам из округлой кружки без ручки с изображением дракона. Пустыня залита призрачным алым светом, звёзды рассыпались по небу, будто бесчисленные яркие рубины. Только здесь, в этой пустыне, луна и звёзды так странно меняют цвет. На линии горизонта по-прежнему бушуют страшные грозы, сверкают молнии, темнеют тучи, вытянувшись ужасными змеями.

Валаска подбрасывает в огонь дрова, в костре потрескивают змеиные шкурки.

— Вы с Валаской научите меня охотиться на питонов? — спрашиваю я Лукаса и заворожённо наблюдаю за игрой алых отсветов на его прекрасном лице.

Он отвечает мне ленивой улыбкой, его взгляд явно затуманен алкоголем.

— Эллорен, ты сможешь разрушать до основания целые города. Полагаю, что и с парочкой змей ты как-нибудь справишься.

«Разрушать до основания города…»

Я понимаю, что это метафора, но меня вдруг охватывает ужас, стоит вообразить возможное будущее буквально. Как же я устала от этих мыслей! Прислонившись к здоровому плечу Лукаса, я чувствую, как он притягивает меня ближе, касается щекой моих волос и вдруг, повернув голову, нежно целует меня в затылок, отчего по моим огненным линиям проносится новый поток огня.

Когда мы оставались одни, Лукас ничего не стеснялся, но вот так, на людях, он всегда был сдержан. Потому-то теперь у меня так горят щёки, хотя в то же время мне очень приятны его ласки.

— Хочешь тирага? — вдруг весело предлагает он, протягивая мне флягу Валаски.

— Тебе нужнее, — с улыбкой отказываюсь я, хотя и не прочь глотнуть горячительного.

В глубине души я бы с удовольствием заглушила вечное горе алкоголем, позабыла бы хоть на время о страхе перед будущим и о жутких событиях этого вечера. Мне бы очень хотелось забыть о зловещей тьме, которая готова уничтожить меня и всё, что мне дорого. И ещё я бы с радостью стёрла из памяти, как Лукас чуть не погиб сегодня, а я безумно испугалась за его жизнь.

Однако сейчас мне очень важно сохранить голову ясной, особенно потому, что Лукас ранен и всё сильнее пьянеет.

— Как ты думаешь, сколько времени мне понадобится, чтобы научиться использовать Белый Жезл? — спрашиваю я.

Лукас задумчиво вздыхает.

— Сложно сказать. — Он смотрит на меня затуманенными глазами, а я не могу отвести взгляда от нежного изгиба его рта, от мерцающих изумрудной пылью губ. — Я учился работать с волшебной палочкой с раннего детства, — сообщает он. — Магия стихий — дело сложное, так просто она не даётся. А ставить защиту труднее всего. Но мы с тобой выйдем из купола завтра утром и начнём с самого начала.

— И ещё мы договоримся, как смешать наши магии, чтобы защитить Эллорен как можно надёжнее, — говорит Чи Нам, оглядывая Лукаса и Валаску. Её лицо кажется особенно решительным в отблесках костра. — На нас будут брошены силы всех земель, — продолжает она. — Нам недостаточно обладать смертоносным оружием, мы должны быть на шаг впереди любого противника и знать их магию лучше, чем они сами.

— У меня уже есть некоторое преимущество, — хвастливо замечает Валаска, покачивая в ладонях кружку с чаем. Воительница удобно устроилась, опираясь локтями о колени, она смотрит в огонь. — Мой народ давно связывает в общую сеть все рунические системы. Наши боги не против смешения магий. И потому амазы сильнее. Мы в Амазакаране ценим все народы и все магии.

Лукас со смехом приподнимает брови, бросая на Валаску хитрый взгляд.

— Ну да, до определённой степени.

Она пожимает плечами.

— Хорошо, до определённой степени. Мужчин мы не считаем.

Лукас улыбается ещё шире.

— Маленькая такая погрешность. Мир без мужчин.