Лори Флинн – Посмотри на неё (страница 38)
Марк должен был уехать в Принстон двадцать шестого августа. Я
До его отъезда было еще три недели, когда мой телефон начал вибрировать посреди ночи. Я всегда клала его рядом с собой на подушку, когда ложилась спать, как будто бы это был мой домашний любимец. Наверное, мне не хотелось пропустить ничего важного.
С затуманенными от снов глазами я свайпнула по экрану. Я думала, пришло сообщение. Мне никто никогда не звонил. Даже Табби едва ли писала мне СМС в последнее время, предпочитая общаться в «Снепчате», где наши разговоры исчезали. Но это был звонок. Звонок от Табби. Когда я подняла трубку, в ее голосе были слышны отчаяние и паника.
– Привет, – сказала она. – Мне очень нужно тебя увидеть, можно? Все так запуталась, и я не знаю, что мне делать.
– Постой, – сказала я. – Где ты сейчас? Что случилось?
– Я у тебя перед домом. Можешь спуститься и впустить меня?
Я тихонько спустилась по лестнице в прихожую. Как только я открыла дверь, Табби тут же заскочила внутрь. Она тяжело дышала. Ее взгляд был диким, а волосы растрепались. Она недавно плакала.
– Что случилось? – прошептала я. – Что он сделал?
Она покачала головой, схватилась за меня и уткнулась лицом в плечо.
– Лучше спроси, чего он не сделал.
Я повела ее наверх за руку, как будто бы Табби не знала, куда идти, и мы вместе забрались в мою кровать, как мы когда-то давно делали на ночевках, хотя Табби в то время и приносила с собой спальный мешок, который расстилала на полу. Ей всегда становилось холодно. Ей нужно было быть рядом с кем-то.
– Что произошло сегодня? – снова спросила я, когда мы забрались под одеяло. От Табби заметно пахло алкоголем и сигаретами. – Расскажи мне все.
Она уставилась в потолок остекленевшим взглядом.
– Мы обсуждали это лето, – начала она твердым голосом, как будто слова высушили ее слезы. – Мы говорили о нас. Все так сложно, и я не знаю, что делать.
– Расстанься с ним, – сказала я. Слова, которые мне так не терпелось сказать за последние недели и месяцы, вдруг сорвались с моего языка, как дротики для дартса. – Он тебя не заслуживает.
Она рассмеялась, и я испугалась, что ее громкий смех разбудит моих родителей.
– Расстаться с ним… Мы даже не вместе.
Социальные сети Марка. Лица Табби практически нет на его фотографиях. Складывалось ощущение, что ее будто бы не существовало в его жизни. Будто Табби была его грязным секретиком, местечком, в котором его член отдыхал летом. А потом Марк вернется к вечеринкам и безымянным девушкам-студенткам, которые сидят с ним в аудиториях, болеют за него на соревнованиях по плаванию и знакомятся с ним в барах. Табби ему будет не нужна.
– Я должна тебе кое-что сказать, – выпалила я, не зная, как именно я это собираюсь сделать. – Я видела Марка. Он целовался с какой-то девушкой на вечеринке в честь своего дня рождения. Я даже не знаю, кто она. Я хотела сказать тебе, но я не знала как.
– Это неправда, – сказала она. – Он бы так не поступил со мной.
– Мне жаль, – прошептала я. – Но ты найдешь того, кто по-настоящему будет тебя любить.
Она отвернулась от меня и сжалась в комок. Я думала, она уснула, но я помню то, что она затем сказала. «
ОСТРЫЕ ГРАНИ ПРЕСТУПЛЕНИЙ: ДОКОПАТЬСЯ ДО ПРАВДЫ!
Изменники не заслуживают сочувствия…
…Но они и не заслуживают смерти.
Итак, судя по всему, есть доказательства того, что Марк изменял. Они представлены на некоторых его фото из «Инстаграм»-профиля, который на данный момент уже удален (однако кто-то был достаточно сообразительным для того, чтобы сделать несколько скриншотов до удаления аккаунта, и за это спасибо тебе, друг)! Я видел фотографии, и, должен сказать, он смотрит весьма недвусмысленно на девушек, причем не только на Мэделин, о которой все говорят, но и на других тоже. И подобного рода фотографии были выставлены на всеобщее обозрение. Такое ощущение, что он хотел, чтобы Табби их увидела и что-то предприняла. Теперь она становится в наших глазах злостной ревнивицей помимо всего прочего.
Один из наших читателей написал нам приватное сообщение в ответ на прошлую статью. Он(-а) предпочел(-а) сохранить анонимность, но предположил(-а), что Табби могла агрессивно реагировать на измены Марка из-за того, что сама ему изменяла и таким образом пыталась сохранить лицо.
Читатели, задумайтесь: как далеко вы готовы зайти, чтобы отомстить своему парню или девушке за измену? Какого наказания они по-настоящему заслуживают?
КОММЕНТАРИИ
КофеТемнойОбжарки: Табби определенно изменяла Марку. Вопрос не в этом. Вопрос в том, со сколькими парнями, потому что я не думаю, что с одним только Бэком.
31
Бриджит
НАВЕРНОЕ, МНЕ СЛЕДУЕТ УПОМЯНУТЬ то, что я сказала Марку в последний раз, когда его видела, потому что именно об этом со мной хотел поговорить Стюарт. Позволь прояснить: я не испытываю вины за свои слова. Но я думаю, что важно именно то, что он сказал мне в ответ.
Это произошло в тот день, когда мы все поехали на пляж. Я даже не знаю, почему меня пригласили и почему я согласилась. Я должна была пробежать семнадцать километров, после чего отправиться на спортивную площадку, расположенную рядом с лесом, чтобы поработать над подтягиваниями и отжиманиями на брусьях. Я была твердо уверена, что слабые руки меня замедляют. Если бы я стала сильнее в руках, то мне не было бы равных в этом беговом сезоне. Все думают, что для бега важнее всего ноги, но на самом деле руки, потому что именно они определяют то, что делает все тело. Руки отвечают за принятие решений.
Но затем я увидела Табби, пахнущую солнцезащитным кремом, в шляпе и с темными кругами под глазами. Я слышала, как она тайком вернулась домой прошлой ночью. Казалось, на протяжении всего лета сон ей был не нужен, потому что ее подпитывало что-то другое.
Поездка в машине на пляж была обычной. Мы подпевали песням Тейлор Свифт, ели жевательный мармелад в форме рыбок, а я закинула ноги на приборную панель, чего мама никогда нам делать не разрешала. «Если попадете в аварию, ваши ноги проткнут насквозь ваше тело», – часто говорила она, только вот она не знала, что мы с Табби мнили себя бессмертными.
На пляж мы прибыли первыми, расстелили полотенца и зарыли ноги в песок.
– А вот и мальчики, – сказала Табби и помахала им.
Марк и Киган шли к нам с сияющими на солнце торсами и в одинаковых темно-синих пляжных шортах, как будто они заранее договорились одеться одинаково. Марк выглядел лучше, более точеным, словно все лето провел в бассейне.
Парни сели рядом с нами, Табби и Марк разделили поцелуй, который был слишком долгим в присутствии других людей. Я внезапно почувствовала себя лишней, слишком маленькой и неопытной, как ребенок, который сидит в компании взрослых. Тело Табби облегал купальник, как положено. Ее татуировка в виде плюща, которую она сделала на первом году обучения в старшей школе, изящно вилась по ее спине. Я же была плоскогрудой, слишком тощей, с жидкими волосами и ничем не примечательным лицом.
– А вот и Кайла, – сказал Киган, подскакивая на ноги и прикрывая лицо ладонью от солнца, пока девушка-блондинка направлялась к нам. Подойдя ближе, она сорвалась на бег и прыгнула к Кигану в объятия, обвивая ноги вокруг его талии, пока тот держал ее.
«Зачем я вам здесь? – хотела я спросить у Табби. – Зачем было звать меня на ваше двойное свидание?»
– Нам стоит искупаться, – сказал Марк. – Пойдем, Табби.
– Я еще не нагрелась, – сказала она. – Мне нужно сначала нагреться на солнце.
Она растянулась на полотенце, обмахивая ладонями свой живот.
Я оглянулась. Когда слышишь слово «пляж», то представляешь гламурное место, где вокруг тебя лежат подтянутые тела, проносятся в воздухе летающие диски и шумят накатывающие волны, но пляж Крест-Бич – это жалкая пародия на пляж. Тонкая полоска песка, каменистое побережье, раздавленные жестяные банки из-под пива, оставленные отдыхающими. Я ненавидела тот факт, что пожертвовала своей тренировкой, чтобы оказаться здесь, что я отклонилась на день от своего расписания. Может, Марк тоже испытывал схожие чувства из-за моей сестры, и всего на секунду мне стало его жалко из-за того, что он встретил Табби.
– Пойдем, – настаивал Марк, нависая над лицом моей сестры. – Тебе бы не помешала физическая активность.
После этих слов я перестала испытывать к нему жалость.
– Оставь ее в покое, – сказал Киган. – Посмотри на волны, чувак. Они слишком большие, чтобы сегодня плавать.
Прошлой ночью был шторм и сильный дождь, который стучал по крыше. Вода была цвета грязи, и волны, бившиеся о побережье, утягивали с собой в пучину камни.