Лори Флинн – Посмотри на неё (страница 37)
БЭК (смеется): Это не было насилием. Это был всего лишь разговор между двумя парнями. Я даже не понимаю, о чем на том видео говорят.
ОФИЦЕР ОЛДМЕН: Несколько свидетелей говорят, что видели, как ты подошел к Марку и ударил его. После этого у него на щеке появился синяк.
БЭК: Ага, чувак тот еще неженка. Я не виноват. Я едва до него дотронулся.
ОФИЦЕР ОЛДМЕН: Что подвигло тебя подойти и ударить человека, которого, по твоим словам, ты едва знал и не имел с ним никаких личных счетов? Может, ты защищал Табби?
БЭК: У нас с ним были кое-какие нерешенные дела. Чисто между нами.
ОФИЦЕР ОЛДМЕН: Дела, связанные с Табби. Она единственное, что вас связывало, ведь так?
БЭК: Просто дела. Он полез на рожон. Почти толкнул меня. Так что я ему врезал. Я не могу просто стоять и слушать чей-то бред.
ОФИЦЕР ОЛДМЕН: После драки ты ушел с вечеринки, верно? Куда ты направился?
БЭК: Я не помню. Вечеринок было слишком много. Наверное, я просто сел на байк и уехал.
ОФИЦЕР ОЛДМЕН: Может, ты поехал в леса королевы Анны?
БЭК: Нет. Я не очень люблю природу.
ОФИЦЕР ОЛДМЕН: Туристы сказали, что не раз видели парня, соответствующего твоему описанию, и девушку, похожую на Табби, которые гуляли вместе в лесу после наступления темноты.
БОББИ ГУД: Это всего лишь предположение.
БЭК: Должно быть, это был кто-то, похожий на меня.
ОФИЦЕР ОЛДМЕН: Все было бы намного проще, если бы ты назвал мне истинную причину, по которой ты ударил Марка на той вечеринке. Это было как-то связано с тем, что случилось на видео?
БЭК: Единственный человек, который способен вам ответить на этот вопрос, это Марк. И, насколько мне известно, он больше говорить не может.
ALLOYED.COM
Подозреваемая в убийстве своего парня, возможно, все расскажет в предстоящем интервью
Множество слухов окружает Табиту Казинс, которая предстанет перед судом чуть позже в этом месяце по обвинению в убийстве своего парня – бывшего принстонского пловца-чемпиона Марка Форрестера. Девушка якобы согласилась дать интервью из стен центра предварительного заключения для несовершеннолетних, в котором она сейчас содержится. Источники полагают, что Казинс хочет рассказать свою версию истории и опровергнуть слухи. Новостным компаниям, скорее всего, придется побороться за возможность поговорить с семнадцатилетней Казинс.
Источник, близкий к Казинс, эксклюзивно для
Из-за тебя я чувствую себя как полное ничтожество, и это неправильно.
THE GUARDIAN[21]
Запрос на интервью с подозреваемой в убийстве своего парня отклонен
Интервью, которое обещали дать Табита Казинс и ее адвокат Марни Деверо, по сообщениям, изданию
29
Лу
НА ТРАНСЛЯЦИЮ ИНТЕРВЬЮ у меня должна была собраться небольшая компания для его обсуждения, вроде того, что мы устраиваем, когда показывают «Холостяка». Я, несколько подружек и немного розового вина из маминых запасов. Но теперь все это отменяется, и я вроде как даже испытываю из-за этого облегчение. Нет, ну вот какая девушка скажет, что хочет дать интервью, зная, что его будут смотреть миллионы людей, и затем просто скажет, что этого делать не будет? Та девушка, которая жаждет внимания. И именно такой девушкой является Табита Казинс.
Я почти,
Когда моя мама вернулась домой вчера вечером, я спросила у нее, с кем она была. Иногда я так спрашиваю, просто чтобы посмотреть, будет ли она выглядеть виноватой или нет. Если у меня и есть что-то общее с моей мамой, так это то, что мы с ней умеем хорошо читать людей.
– Я навещала пациента, – только и сказала она. Но я ей не поверила.
Поэтому сегодня, когда она принимает душ, я тайком проникаю в ее домашний кабинет. Ну, не то чтобы это сложно, учитывая то, что мама оставляет дверь открытой, а ноутбук включенным и со всеми нужными документами на экране. У меня уходит пара минут на то, чтобы понять, что я читаю личное дело пациентки – человека, который реально существует. У нее серьезные проблемы с головой, могу заметить. Ее жизнь разделена на документы: история, психическое состояние, диагноз, рекомендации.
Когда я перестаю слышать звук льющейся воды, я кликом возвращаю все документы на экране в прежнее положение и направляюсь к выходу из кабинета. На мамином столе стоит фотография, на которой изображены я, она и папа из периода «до». Возможно, у всех жизнь разделяется на «до» и «после». До того, как один человек все испортил. До того, как моя мама изменила папе, мы друг с другом всем делились. После измены мама превратилась в огромный спутанный моток с секретами.
Тот документ был назван по имени пациентки: Т. Казинс. Как долго мама является терапевтом Табиты? И какие вообще можно дать рекомендации девушке вроде нее?
Я натягиваю пальто и выхожу из дома до того, как мама успевает заговорить со мной, и мне придется слушать ее вранье. Я ничего не узнаю, если буду что-то у нее спрашивать. Она скажет что-нибудь про «конфиденциальность пациента», но, наверное, у нее просто на генном уровне заложено защищать испорченных девчонок, которые вырастут и станут кем-то вроде нее.
Может, я ошибаюсь, и проблема не в Табби. Может, проблема в тех, кто ее окружает. Может, в Бэке. (Да, проблема определенно в нем, ведь он меня бросил.) И какой бы скотиной он ни был, я не могу забыть того, насколько испуганным он выглядел, стоя у меня на пороге в тот день. Он действительно думает, что его могут посадить в тюрьму, и я единственный человек, который своевременно может выяснить правду, чтобы предотвратить это. Только вот в одиночку я не справлюсь.
Киган в Stop & Shop, как я и думала. Я надеюсь, он не проработает тут всю жизнь, но затем я понимаю, что мне нет до этого дела. Он не моя проблема. И его жизнь меня не касается. Но мне нужно сделать так, чтобы она меня касалась, потому что я хочу знать правду.
– Киган Лич, – окликаю я его.
Он окидывает меня взглядом с ног до головы.
– Что тебе нужно? – спрашивает он.
– То же, что и тебе, – отвечаю я. – Я хочу, чтобы она получила по заслугам.
30
Элли
МЫ ПЕРЕСТАЛИ ТУСИТЬ ВЧЕТВЕРОМ почти сразу после вечеринки в честь дня рождения Марка. Табби уговорила меня устроить ее у меня дома, чтобы все могли поплавать в бассейне. Киган, который даже не пришел на вечеринку, внезапно обзавелся какой-то блондинкой, которая вешалась на него на всех фотографиях в «Инстаграме». Они стали повсюду ходить с Табби и Марком, а меня исключили. Четыре человека – компания, пять – толпа. И это означало, что вместо того, чтобы видеться с Табби каждый день, я почти перестала видеть ее.
И все же Киган подготовил для меня прощальный подарок. Я пошла в Stop & Shop и оказалась в очереди на его кассу, поскольку работала только она. Я намеревалась сделать вид, что его не знаю, но у него были свои мысли на этот счет.
– Им нужно расстаться, – сказал он. – У них нездоровые отношения. Я уже пытался. Скажи ей, что ты видела, как он целует другую девушку на твоей последней вечеринке. Просто скажи ей, и она тебе поверит.
Моя последняя вечеринка была посвящена дню рождения Марка. Я задумалась над тем, было ли отсутствие Кигана вызвано лишь его желанием избежать встречи со мной.
– Я не буду ее обманывать. – Я скрестила руки на груди. – Это же неправда, да?
Он не ответил, только сказал, что с меня одиннадцать долларов сорок шесть центов и поинтересовался, каким способом я буду платить.
Я не знаю, что они делали вчетвером, ходили ли на двойные свидания или же оставались дома, чтобы посмотреть фильмы или разойтись по разным комнатам и целоваться. Я не знала, было ли мне все равно. Я представляла себе свадебные салфетки с монограммами.
Мне неловко признавать это, но я хотела, чтобы снова началась учеба. Я хотела, чтобы Марк вернулся в Принстон и Киган исчез из наших жизней вместе с ним, потому что эти двое шли комплектом. Я хотела, чтобы мы с Табби снова были вдвоем. У меня была бы настоящая Табби, а не ее фальшивая версия. В последние пару раз, когда мы с ней виделись, она вела себя очень странно, словно ее запрограммировали говорить определенные вещи. Мы были заняты «тем» и «этим». На меня у нее не было времени.