Лорет Уайт – Неупокоенные кости (страница 34)

Хелен невидящим взглядом уставилась в пустоту между Джейн и Дунканом. Фейт подошла к ней сзади и принялась осторожно массировать матери плечи. Мистер Дженсен продолжал пялиться в телевизор, но Джейн заметила, что в глубоких, как ущелья, морщинах у него на щеках поблескивает влага. Похоже, старик понимает по крайней мере часть того, что происходит, решила она.

– Должна сразу предупредить: эта находка стала отправным пунктом текущего полицейского расследования. Мы расследуем убийство, миссис Джилл, и…

– Так ее убили? Мою девочку убили?! – Голос Хелен прозвучал слабо, хрипло.

– Исследование останков показало, что Аннелиза Дженсен погибла, скорее всего, в результате двух сильных ударов по голове, нанесенных тупым тяжелым предметом. Этого, а также обстоятельств обнаружения останков вполне достаточно для официального открытия дела об убийстве. – Джейн немного помолчала. – Кроме того, мы должны известить вас, что на момент смерти ваша дочь была беременна.

Спрятав лицо в ладонях, Хелен тихо заплакала. Фейт опустилась рядом, обняла мать за плечи и прижала к себе, пытаясь хоть как-то ее утешить. Курт Дженсен не пошевелился, но он по-прежнему сжимал подлокотники кресла, и костяшки его пальцев побелели от напряжения.

– Вы знали о беременности дочери, когда заявляли о ее исчезновении? – спросила Джейн.

Хелен Дженсен подняла покрасневшее, заплаканное лицо и отрицательно покачала головой.

– Мы ничего не знали, – сказала Фейт, побледнев как полотно. – Ничего. Мы… Это точно?

– Эксперты-антропологи, обследовавшие останки, в этом уверены. Они называют даже срок – около трех месяцев.

При этих словах мать снова залилась слезами. Теперь она рыдала в голос, раскачиваясь из стороны в сторону. Фейт смотрела на Джейн сердито: мол, поглядите, что вы наделали!.. Дункан в растерянности щелкал кнопкой карандаша. Момент был очень тяжелый. Джейн понимала, что эти люди сломлены, уничтожены горем. Десятки лет ожидания не притупили боль, и новости, которые на них обрушились, ранили почти так же глубоко и сильно, как могли бы ранить сорок семь лет назад.

– У вас есть предположения относительно личности отца ребенка? – спросила Джейн.

Миссис Дженсен судорожно всхлипнула.

– Нет, нет, я не знаю… Разве только… Может, это Робби? Он… он ухаживал за Аннелиз…

– Робби Девинь, – пояснила Фейт.

– Был ли в жизни Аннелизы еще какой-то молодой человек?

Хелен покачала головой, но Фейт сказала:

– Может, это Дэррил Хендрикс?.. Он был репетитором Аннелизы, помогал ей с математикой. Естественно, они много времени проводили вместе. Моя сестра иногда даже ездила к нему домой, чтобы заниматься, и… Люди говорили, между ними что-то есть. Дэррил исчез в те же выходные, и многие решили, что он убедил мою сестру уехать с ним.

Дункан старательно записывал каждое слово. Фейт колебалась, словно раздумывая, сказать ли Джейн что-то еще или лучше промолчать. Наконец она решилась.

– Аннелиз пару раз упоминала о парне, который заходил к ней в «Лучшие пончики» – в закусочную, где она работала на каникулах и по выходным в течение учебного года. Она… – Фейт слегка покраснела. – Я была тогда маленькая, поэтому помню совсем немного. Но мне всегда казалось, что в этом типе было что-то странное. Он был как-то слишком навязчив. Может, ты, мама, что-то знаешь? Аннелиз ничего тебе не рассказывала? Ну что он ее, типа, преследовал? Что она его боялась?

Хелен снова покачала головой:

– Наша Аннелиз очень переменилась в последние несколько месяцев перед… перед тем как исчезла. Стала очень закрытой. Она ничего не рассказывала… Можно было подумать, Аннелиз стремится сама себя уничтожить. – Ее голос сорвался под влиянием эмоций и горя. – За эти сорок семь лет не было ни одного дня, ни одного часа, ни одной минуты, когда бы я не тосковала по моей девочке. Я должна ее увидеть, детектив! Я должна знать, что она на самом деле вернулась домой. Когда я ее увижу?

Джейн на мгновение представила себе выгнутые дуги ребер, кости ног, пробитый череп… Со всей деликатностью, на которую была способна, она сказала:

– Я постараюсь узнать, как это можно организовать, но сейчас наши эксперты еще работают с… с телом. После того как проведем формальную идентификацию…

Но Хелен ее не слушала – она вся была во власти собственных эмоций.

– Как она там оказалась, детектив? – спросила Фейт. – При чем тут часовня? Кто это сделал?

– Мы приложим все силы, чтобы ответить на эти вопросы, – сказала Джейн. – Однако первым шагом должна стать формальная идентификация останков. Как только будет официально признано, что это именно Аннелиза, мы получим полную свободу действий. Но сначала вы или ваш муж, миссис Дженсен, должны дать нам письменное согласие на забор ваших биоматериалов для последующего анализа. Мы можем сделать это прямо сейчас: вы подписываете стандартную форму, мы берем у вас капельку крови или мазок из горла и доставляем в лабораторию. Как только специалисты выделят генетический профиль останков, они сравнят его с вашими образцами, чтобы подтвердить близкое родство.

Вытерев трясущейся рукой глаза, Хелен неуверенно посмотрела на мужа.

– Это совершенно добровольно, разумеется, – сказала Джейн. – Закон об установлении личности по профилю ДНК строго регламентирует порядок обращения с образцами. Профили ДНК, предоставленной членами семьи, вносятся в базу данных родственников пропавших без вести, которая является частью Общенационального банка генетической информации. По этому закону профиль ДНК, принадлежащей кровному родственнику, разрешено сравнивать только с профилем ДНК пропавшего без вести или неопознанного тела. Его нельзя сравнивать с аналогичным профилем осужденного преступника или с образцами ДНК, найденными на месте преступления. Переданные добровольно образцы ДНК запрещается передавать для сравнения за границы страны. Разумеется, иногда так случается, что информация, полученная в результате сравнительного анализа ДНК-профилей близких родственников, противоречит тому, что́ было известно членам семьи ранее, однако подобные сведения ни в коем случае не подлежат раскрытию, если это не является необходимым для успеха расследования. Если вы откажетесь, никаких санкций не последует… – Джейн посмотрела на Фейт. – Мы также можем взять образец у вас, ведь вы тоже ближайшая родственница.

– Нет-нет, конечно… Я согласна. – Хелен кивнула. – Можете взять образец у меня. Курт… он не совсем понимает, что подписывает или делает. С недавних пор я официально считаюсь его доверенным лицом, так что… Когда вы хотите это сделать?

– Мы можем взять образец сразу после того, как зададим вам еще несколько вопросов о тех выходных, когда Аннелиза пропала. Вы не против?

– Нет, я совершенно не против, – ответила Хелен и нервным движением поправила фартук.

«Шестерка из Шорвью»

Джилл

Потягивая коктейли, Джилл и Кара наблюдали, как муж Джилл Исайя готовит традиционный эритрейский ужин в оборудованной самой современной техникой летней кухне их тринадцатимиллионного особняка, стоящего на живописном побережье близ Игл-Харбор. Вечер был прохладным, но инфракрасные панели под потолком патио давали достаточно тепла, чтобы чувствовать себя комфортно. В каменном очаге потрескивал огонь, из колонок доносился джаз. Пейзажный бассейн мерцал бирюзовой водой, на дальнем берегу пролива перемигивались огни. В подогреваемой ванне рядом с бассейном Зара и ее бойфренд наслаждались итальянским красным вином.

Вино – точнее, спиртное, потому что употребляли они не только вино, – стало постоянной компонентой общения между Карой и Джилл с сегодняшнего утра, когда за ранним обедом они едва не поссорились. Обе, однако, притворились, что ничего не произошло, и старательно поглощали разнообразные горячительные напитки, делая вид, будто вовсю наслаждаются последними часами совместного уик-энда, оставшимися до того момента, когда Кара вновь сядет на паро́м, чтобы вернуться к себе на Сомерсби. Впрочем, точно так же подруги поступали на протяжении всего времени, прошедшего с той трагической осени семьдесят шестого. Получай удовольствие и двигайся дальше. Главное – не останавливаться, не думать, не обращать внимания на яд, который циркулировал в их жилах, потому что, откровенно говоря, никто из них не был уверен, что сумеет противостоять отраве, если остановится и задумается.

Сегодня, впрочем, Джилл никак не могла отделаться от пока еще смутного ощущения, будто вся ее жизнь начинает медленно соскальзывать в пропасть, десятилетиями маячившую где-то на периферии сознания. Глядя на Кару, которая смеялась, потягивала из бокала коктейль, перекидывалась шуточками с Исайей, Джилл думала о том, как естественно и непринужденно у нее это выходит, словно никакой ссоры, никакой безобразной сцены за ланчем не было и в помине. Исайя, разумеется, тоже вел себя как обычно; не отрываясь от готовки, он развлекал гостью рассказами о забавных случаях на работе. В воздухе аппетитно пахло экзотическими специями.

Джилл тоже сделала глоток из своего бокала, но не почувствовала вкуса. Интересно, задумалась она, правдивы ли обвинения, которые утром бросила ей в лицо Кара? Неужели ее отношения с мужем, ее семья, ее благотворительная деятельность и вообще вся ее взрослая жизнь построены на зыбком песке вины, стыда и раскаяния? Неужели подсознательно она действительно пыталась искупить прошлое тем, что влюбилась в Исайю и вышла за него замуж? А тот факт, что для обслуживания своего банкета она обратилась именно в «Кейп вайндз кейтеринг»?.. Это ведь тоже что-то значит, да? А ее помощь беженцам, большинство которых прибыло из африканских стран? Неужели все это просто должно было подавить глубоко запрятанный страх, что на самом деле она скрытая расистка?