Лорд Дансени – Проклятие Ведуньи (страница 19)

– Так и есть, – подтвердил я.

– Туда ведь все джентльмены своих сыновей отдают, так? – уточнил он.

– Не все, но некоторые, – отвечал я.

– Знамо дело, другой такой школы в целом свете нету, – отозвался Марлин.

– Нету, – подтвердил я.

– Но, знамо дело, возвращаться туда незачем, – намекнул он.

– Боюсь, придется, – покачал головой я.

– А если б вы вдруг расхворались? – подсказал Марлин.

– Ну разве что я и впрямь заболел бы чем-то серьезным: легкой простудой тут не отделаешься, – улыбнулся я.

– Побей меня Бог, есть же хвори, в которых простые люди вообще не разбираются, а вот доктор Рори из Клонру знает их назубок, все равно как старуха – кличку собственного кота.

– Боюсь, такие хвори разоблачить нетрудно, – задумчиво произнес я.

– Только не когда доктор Рори берется за дело, побей меня Бог, – заявил он. – А то ж сейчас гуси начнут ночами слетаться на болота, все одно что куры на птичий двор.

От таких искушений большинство мальчиков обычно избавлены – их родители об этом бдительно заботятся; а что еще больше усугубляло соблазн – так это что доктор Рори тоже участвовал в охоте, завершившейся в Клоннабранне, и у меня было такое чувство, что он сделает все, о чем бы я ни попросил.

– Нет, – вздохнул я, – я не могу не поехать в Итон только потому, что мне хочется пострелять гусей.

Я обвел глазами болото в обрамлении бледно-изумрудных полумесяцев невысоких холмов, которые не окружали его полностью, со всех сторон: взгляд мой устремлялся все дальше и дальше над яркими островками мха в озерцах размером с каминный коврик – и еще дальше и дальше, пока по берегам озер не начинали клубиться облака; а пока я глядел, одиночество этой диковинной земли обрело голос, и две ноты слетели с высот вниз, такие же волшебные, как и все небесные звуки, и на краткий миг я приметил кроншнепа, этого музыкального скитальца, на фоне облачной горы.

– Кроме того, я не уверен, что успею найти доктора Рори, – добавил я.

– Так он в эту самую минуту как раз в Клонру и есть, – подсказал Марлин.

Честно скажу, если б не подсказка Марлина, я бы решил, что доктора Рори вряд ли отыщу, и преодолел бы искушение. Но слова Марлина заставили меня призадуматься. Если бы хорошее образование прельщало меня больше, нежели крик кроншнепа, я бы, вероятно, сейчас подыскал бы себе занятие получше; и однако ж мне тут очень даже уютно в просторной благоустроенной квартире, и сожалеть о том, что в прошлом что-то могло сложиться иначе, столь же тщетно, как мечтать о луне, до которой в один прекрасный день можно и добраться, а вот вернуть прошлое – никогда.

Так что я поднялся на ноги и зашагал вместе с Марлином через болото, обратно к дому его матери, задержавшись лишь только для того, чтобы пополнить ягдташ до полудюжины бекасов: я собирался послать их миссис Лэнли.

Мы спустились по крутому и рыхлому торфяному откосу – здесь болото обрывалось и хмуро взирало сверху вниз на ту землю, где жили одни только Марлины, – и подошли к побеленным стенам, поблескивающим под темной кровлей. Марлин ввел меня в дом, и при виде меня его мать, верно, снова пришла в то самое расположение духа, в котором я застал ее в последний свой визит: она поднялась со стула, и высоко воздела правую руку, и заговорила о великих городах Ирландии, что стоят ниже по течению реки, протекающей у домика.

– Мир о них узнает, когда Ирландия обретет свободу! – восклицала она. – Наш народ станет взирать с балконов на флотилии из чужих земель. Величественные корабли Африки войдут в наши гавани с сокровищами Занзибара. Привезут они шелка из самых дальних пределов Востока и драгоценности из Индий и разоденут Ирландию как королеву, и жемчуга рассыплются из их сокровищниц, когда причалят корабли, и покатятся по лестницам наших гаваней прямо в воду. Все моря узнают о кораблях наших, и слух о нашей стране разнесется по белу свету: в самых дальних краях узнают о ее славе!

И она уставилась в огонь, или, может, в клубы дыма, поднимающиеся над ним, высматривая что-то, ведомое лишь ей одной, и долго молчала. А затем отвернулась от очага ко мне.

– Ох, мастер Чар-лиз, мастер Чар-лиз, – воскликнула она, – позабудьте все, что я тут наговорила!

Глава XVII

Я пересек участок между болотом и борином, где ивы клонили к земле свои вековые щелястые стволы – словно в плену ведьминских чар или словно они-то и были той самой порослью в нужном месте, которая передавала людям колдовскую силу, почерпнутую из древних тайн Земли. Я прошел немного вверх по борину и дальше, до Клонру, я ведь велел Райану заехать за мной попозже, а сейчас еще четырех не было. Я отыскал его в самом центре Клонру, в пабе; там же, в конюшне, он поставил двуколку.

– Я к доктору, Райан, – сообщил я.

– Вам нездоровится, сэр? – забеспокоился Райан.

– Мне в четверг возвращаться в Итон, – объяснил я.

– Побей меня Бог, вы для этого совсем плохи, – подтвердил Райан.

– Не знаешь, он у себя? – спросил я.

А поскольку все новости Клонру проходили через этот самый зал, где угнездился Райан, он смог рассказать мне все, что нужно.

– Доктор вернулся с полчаса назад и пробудет еще с час.

Так что я отправился к доктору Рори и застал его дома, как и говорил Райан. Горничная ввела меня в гостиную.

– Славная была охота! – воскликнул доктор, поднимаясь мне навстречу.

– Еще бы! – сказал я.

– Как ваше здоровье? – поинтересовался он.

– Вот об этом я как раз и пришел спросить у вас, – сказал я.

– А в чем дело? – сощурился он.

– Мне в четверг надо в Итон возвращаться, – сказал я.

– Это дело серьезное, – покачал головой доктор, – а тут псовые охоты мало не каждый день, да еще какие! Хотя с той охотой под Клонру ни одна не сравнится.

– Нельзя ли с этим что-нибудь сделать? – спросил я.

– Вы пришли по адресу, – кивнул он.

Я знать не знал, что на это ответить.

– Нет ли у вас, часом, насморка? – озабоченно спросил он. – В это время года подхватить простуду легче легкого, а ведь если ее не пролечить вовремя, могут быть серьезные осложнения.

– Нет, насморка нету, – вздохнул я.

– Ну-с, а не случилось ли вам упасть с лошади на охоте? Многие полагают, будто падение с лошади – это пустяки, дело житейское, но на самом-то деле повредить можно что угодно!

– Нет, и с лошади я не падал, – отозвался я.

Доктор Рори нахмурился и помолчал немного, словно проверяя, не возьму ли я назад свои слова. Затем потянулся за стетоскопом.

– А ну-ка я вас прослушаю, – предложил он.

А надо сказать, в тогдашние времена эти штуковины были ужасно неудобными: сужающиеся раструбы коротеньких слуховых трубок так и впивались в ребра; доктор Рори слушал – и мрачнел на глазах.

– Тут все в порядке, – проговорил он.

– Боюсь, придется-таки мне возвращаться, – ответил я.

– Погодите, – нетерпеливо бросил он, словно мыслитель, которого отвлек какой-то пустяк.

– Заведомо ложную справку я взять не могу, – заявил я: во мне, пусть и с запозданием, проснулась совесть.

– От меня вы заведомо ложной справки и не получите, – заверил доктор Рори.

– Боюсь, я на самом деле абсолютно здоров, – вздохнул я.

– Погодите-ка, – повторил он и добавил: – Абсолютно здоровых людей нет, есть недообследованные. – И, поразмыслив минуту-другую, спросил: – А вы в последнее время прививку делали?

– Нет, – помотал головой я.

– Тогда лучше бы привиться, – посоветовал доктор Рори.

– Почему? – не понял я.

– Потому что Маккласки – арендатор вашего отца; вдруг вам от него что-нибудь да понадобится! Мой долг как врача – предостеречь вас, чтобы вы к нему ни в коем случае не заглядывали, потому что, если заглянете, в Итон вы вернуться не сможете.

– Почему нет? – удивился я.

– Потому что у него оспа, – объяснил доктор. – Вам достаточно будет просто к нему в дом зайти. Вот только, если вы пренебрежете моим советом и все-таки к нему наведаетесь, лучше вам привиться за день-два до того, чтобы ту чертовщину, которая бултыхается в лимфе, малость расшевелить и подготовить к той чертовщине, которую несет в себе оспа.

– А вы не могли бы привить меня прямо сейчас? – спросил я.

– Мог бы, – кивнул доктор Рори.