Лора Шин – На шифре. Инсайдерская история криптовалютного бума (страница 70)

Как предполагают некоторые, теневое правительство появилось, потому что фонд опасался Комиссии по ценным бумагам. Если у Ethereum не будет центральной оси, он переживет даже атаку SEC. Хотя другим кажется, что в EF объединяют понятия централизации и организованности. Один человек говорит: «Какое-то время им казалось, что если они будут слишком организованы, то будут слишком продуктивны, слишком центральны, получат слишком много власти в сообществе».

Но другая причина непрозрачности фонда может сводиться к тому, что все это время Виталик, хоть сам и не контролировал Ethereum, имел большинство голосов в фонде. Даже при Ларсе, Уэйне и Вадиме у него было три голоса плюс право решения в случае ничьей. Когда они ушли, остались только два других голоса – у Мин и Патрика Сторченеггера. В сообществе считали, что это лицемерие – строить технологию для открытых, прозрачных и честных организаций, в то время как сами закрыты и непроницаемы. А уж то, что Виталик полностью контролировал совет, могли считать пиком лицемерия.

Несмотря на все это, теневому правительству наконец удалось то, о чем так мечтали многие в фонде и в сообществе: они придумали такой план по избавлению от Мин, который устроил Виталика. Айю и Виталика на «ДевКон 3» познакомил именно Томас. Еще вылетая из Канкуна, Виталик уже остановил выбор на Айе. Он не хотел искать кандидатов по обычным каналам, но хотел побыстрее выставить Мин, чувствуя, что это важнее, чем спорить из-за ее преемника. К тому же главный минус Айи был в том, что она недостаточно профессиональна, а не в том, что она станет активно работать во вред фонду, – и казалось, что этот-то минус компенсировать куда проще.

Вообще говоря, хотя резюме Айи выглядело получше, чем у Мин, многие считали, что она вовсе не тот кандидат, которого бы предложили профессиональные рекрутеры. Она и сама позже признается, что плохо понимала, что вообще собой представляет Ethereum Foundation. Отдельные наблюдатели, хоть многим из них Айя нравится, не могут не отметить одну ее заметную характеристику, которую обычно не указывают в резюме: она – азиатка. Как сказал один человек: «Молодые люди подчиняются гормонам, а профессиональные отношения могут быть близкими, но без страхов, присущих физическим отношениям». (Виталик ответил в мессенджере, что выбрал Айю за характер: «Спокойная и не охочая до славы»; затем добавил: «Полагаю, это просто такая азиатская культура?»)

На каникулах Виталик, Мин и программисты находились в подвешенном состоянии: вроде бы Мин согласилась уйти, но потом уговорила Виталика на годичный срок передачи дел. На Рождество и Новый год Виталик с друзьями сперва ездили на Пхукет, где в основном купались и отъедались, а потом в Бангкок, где проводили время в гостях у некоторых китов. Между делом они работали над грантами и техническими обновлениями, чтобы Ethereum выдерживал наплыв транзакций, а также над бюджетом и планами следующего года с учетом того, что эфир поднялся до 700 долларов; плюс запустили важный тестнет. Один участник помнит, как Томас – который, по его словам, «любит, когда у него много подружек», – шутил несколько раз, что девушке Виталика не помешает второй парень. Но Виталик не знал, что друзья втайне от него замыслили то, что они назвали Бангкокским планом.

За два дня до окончания ретрита, в Новый год, во время дневной прогулки вдоль узкой речки в одном из парков Бангкока они вышли к дереву с веткой, свисавшей до земли. Кто-то залез на нее, за ним последовали остальные. Сидя на ней, Виталик, Томас, Айя и остальные любовались течением воды. То ли повлияла мирная атмосфера и вид на воду, то ли неожиданное желание залезть на дерево, но они вдруг разоткровенничались. И друзья сказали Виталику, что замену Мин Айей нужно ускорить. На целый год это затягивать нельзя. Как он позже вспомнит, они «навалились» вместе и потребовали быть жестким. Это дело касалось не его одного. Каждую минуту из-за отложенного решения страдают другие. Ему посоветовали установить Мин дедлайн на конец текущего месяца. Он понял, что одной из его ошибок было позволить ей определять временные рамки. А еще он понял, что если этого не сделает, то подведет всех.

Позже он скажет, что друзья «словно провели интервенцию», будто не подозревал, что на самом деле с ним пытались поговорить об этом уже несколько месяцев. Хотя Виталик довольно давно не скрывал, как ему не нравится работать с Мин, не нравилось ему и ранить чужие чувства, и, по словам одного друга, даже если Томас заводил разговор о том, что Мин нужно уволить и что это пойдет на пользу фонду, Виталик не отвечал «нет» – просто кивал и уходил, избегая большого конфликта с Мин и заодно маленького из-за споров с Томасом.

Но, сидя на дереве и осознав, что отсрочка ранит его друзей, Виталик наконец согласился.

В конце декабря один из друзей упомянул в разговоре с Джонни – главой службы поддержки в Polo, что его знакомый кит спрашивает, не собираются ли владельцы продать биржу компании Circle. Тогда-то Джонни впервые и услышал имя покупателя.

Circle – блокчейновая платежная компания из Бостона, существующая при поддержке Goldman Sachs, а их гендиректор – успешный серийный предприниматель (правда, их собственное пользовательское приложение так и не добилось популярности). Даже в 2017 году, когда крипта наконец вышла в мейнстрим, Circle не видели того наплыва покупателей, как некоторые конкуренты. Зато у них был один очень активный клиент – Polo, конвертировавшая крипту в фиат через их OTC-деск, на тот момент крупнейший в мире крипты. Поэтому в Circle было полное понимание головокружительных прибылей биржи.

В конце января Тайлер Фредерик, новый сотрудник юротдела Polo, пришедший из Fidelity, планировал уехать на выходные. Но ему сказали, что на субботу назначена планерка по телефону. В Polo ужасно переживали из-за вопросов безопасности, поэтому извне он бы не имел доступа к рабочей почте или компьютеру и не смог бы поучаствовать. И в вечер перед отъездом (как потом предположил Тайлер, чтобы ему не преподнесли это в дурном свете) Джулс сообщила новости: Circle купит биржу. Он давно чувствовал, что долго Polo в таком состоянии не протянет, и поэтому обрадовался.

Примерно в то же время комплаенс-менеджера, одного из первых пяти работников Poloniex, проработавшего на своем месте четыре года, вызвали на личную встречу. Когда он приехал, его встретили юристы одной активной в мире крипты конторы. Хотя он подписал документы на свои опционы год назад, в январе, ему сказали, что Circle купит Polo до того, как опционы исполнятся в апреле 2018‑го, – год спустя после одобрения в совете. Поэтому он мог либо подписать согласие на единовременную выплату в 2 тысячи долларов, либо остаться ни с чем.

Он был в шоке – он же дружил с Тристаном. По его словам, юристы отказались называть цену приобретения биржи или стоимость его акций. Еще ему сказали, что показать договор своему юристу не получится – подписывать нужно здесь и сейчас. Будучи до работы в Polo простым трудягой и не имея понятия о слияниях и приобретениях, он поверил, что иначе ничего не получит, и согласился на 2 тысячи. В договор входило и его согласие удалить или уничтожить все свои сообщения и прочие документы, касающиеся Polo.

Джонни находился в Португалии, в первом отпуске за время его работы в Polo. Джулс, Руби и юрист сообщили ему о приобретении по видеосвязи. Джулс сидела сбоку, юрист – посередине, а Руби – за кадром. Юрист с улыбкой поведал, что работа в Circle – огромная возможность, но его опционы ничего не стоят, даже если их исполнят. Впрочем, теперь он все равно не сможет ими воспользоваться. Джонни отказался: «Нет, я не буду работать в Circle. Я хочу опционы». Джулс встала. По его словам, она заявила, что у него нет никаких прав и что, если ему не хочется работать в Poloniex, он может уволиться прямо сейчас. Джонни ответил, что если ему не дадут возможности проконсультироваться с адвокатом, то он начнет записывать разговор. Тогда юрист Polo ответил, что больше на данный момент сделать ничего нельзя, придется договариваться о встрече с адвокатом Джонни. На этом разговор закончился.

Джонни поработал еще несколько дней, но его юрист слишком долго тянул с делом, поэтому он решил уволиться.

Когда Тайлер вернулся в следующий вторник, ему передали, будто несколько сотрудников, услышав новости, уволились, потому что являлись идеологами крипты и решили, что Polo продает душу дьяволу, раз Circle работает при поддержке Goldman Sachs. Еще он подумал, что они наверняка уже накопили кучу эфира и могут не работать до конца жизни. Зато странные собеседования, через которые он прошел, вдруг приобрели смысл в этом свете – оглядываясь назад, он понял, что утопические картины будущего Polo, которые рисовали ему Джулс и Майк, на самом деле относились к Circle.

В конце декабря 2017 года, когда эфир торговался в районе 700 долларов, Виталик прочитал твит своего старого друга анархиста Амира, который в 2013 году пригласил его в миланский сквот «Макао», а потом жил с Михаем в Лондоне, куда пригласил Гэвина, рассказав ему о крипте. Амир твитнул: «Биткойн становится провальным проектом. Семена его гибели – в руинах сообщества, ослепленного огромным ростом стоимости, и в грядущей божественной расплате. Однажды вы все поймете мои слова, но будет поздно, поезд уже уйдет». Виталик процитировал твит и написал: «К этому предупреждению должны прислушаться *все* криптосообщества, включая Ethereum. Нужно отличать сотни миллиардов долларов на цифровой бумаге от настоящего достижения чего-то важного для людей». В следующем твите он упоминает шардинг (сегментирование) – это способ выполнять в блокчейне больше транзакций в секунду: