Лора Себастьян – Принцесса пепла (страница 71)
— Я устал от смертей, — говорит наконец принц. — Убивая тюремных стражников, я... не колебался ни секунды. Я убил их, как будто так и надо, и совершен-но не испытываю вины. Что за человек убивает дру-гих без зазрения совести?
— Человек, которому слишком часто приходилось убивать, — отвечаю я. — Но ты же понимаешь, что это была необходимость.
— Знаю. Просто всякий раз, убивая человека даже в бою, я постепенно превращаюсь в него.
Мне нет нужды уточнять, кого он имеет в виду.
— Сёрен, ты — не твой отец.
Я уже несколько раз произносила эти слова, но, по-хоже, с каждым разом принц верит мне всё меньше, хотя моя вера, напротив, растет.
Юноша не отвечает, и какое-то время мы бредем по туннелю молча, погруженные каждый в свои мыс-ли, а вода всё поднимается и поднимается. Должно быть, Блейз уже пересказал остальным мой план. Как они отреагировали? Наверное, не очень хоро-шо. Артемизия скорее всего нахмурилась, возвела глаза к небу и отпустила какое-то язвительное заме-чание. Цапля, разумеется, проявил тактичность, ве-роятно, лишь слегка повел бровями и дернул угол-
ком рта, выражая молчаливое неодобрение. Ничего, я всё им объясню, и они меня поймут. Я поступила правильно.
— Пришли. — Голос Сёрена выводит меня из за-думчивости.
Вдалеке показывается выход из туннеля, маленький круг темно-синего неба. Мы ускоряем шаг, стремясь поскорее до него добраться. Туннель расширяется и превращается в пещеру, выходящую прямо в океан. Судя по положению в небе луны, мы сейчас стоим, обратившись лицом на запад. В слабом лунном свете видно, что на некотором расстоянии от берега пока-чивается на волнах маленький шлюп. «Уэс».
— Ты был прав, — говорю я. — Нам придется плыть.
Принц смотрит на меня.
— Течение не очень сильное, но нам придется плыть против него.
Уверена, для Сёрена это пустяк, он беспокоится обо мне, и, надо сказать, у него для этого есть все основания. До сих пор мне случалось плавать только в теплых купальнях под дворцом, в неглубоких бас-сейнах со спокойной водой.
— Будет весело, — небрежно замечаю я, надеясь, что голос звучит достаточно уверенно.
Напрасно. Сёрен видит меня насквозь, но понима-ет, что выбора у нас попросту нет. Мы либо плывем, либо погибнем.
— Держись ближе ко мне, — командует он. — Ска-жи, если устанешь. Нам нужно добраться не до са-мого корабля, а до вон тех скал. — Он указывает на скопление поднимающихся над водой валунов, рядом с которыми покачивается на волнах шлюп.
Камни ближе к берегу, чем лодка, и всё же до них еще плыть и плыть; вдобавок есть риск, что кто-то
увидит, как мы карабкаемся на этот скалистый остро-вок. Что же, пока есть надежда, я не сдамся.
— Вперед, — говорю я.
Нельзя терять ни минуты.
♦ * *
Такое чувство, будто стоит мне продвинуться на дюйм вперед, как волны тут же отбрасывают меня на два дюйма назад. Если для Сёрена это слабое тече-ние, то, надеюсь, мне никогда не придется столкнуть-ся с сильным. Я так замерзла, что почти ничего не чувствую. Пальцы на руках и на ногах онемели, и я боюсь, что они отвалятся прежде, чем мы доберемся до камней.
Сёрен плывет впереди, но я уверена: он мог бы плыть быстрее, но сдерживается, чтобы держаться ря-дом со мной.
— Отдохнем? — выдыхает он. Видно, что он тоже замерз, несмотря на пришитые к его плащу огнен-ные камни.
Мои зубы выбивают барабанную дробь.
— Мы уже почти на месте, — отвечаю я, отчаянно работая руками.
— Осталась половина пути, — уточняет Сёрен.
Мне хочется плакать, но это только ослабит меня еще больше, а я никак не могу себе этого позволить. Поплакать можно будет позже, когда я окажусь в те-пле и безопасности — тогда я смогу рыдать, сколько душе угодно, а сейчас нельзя.
Нужно перестать думать, чтобы выжить — так я всегда поступала, когда меня наказывали по прика-зу кайзера. Больше он меня и пальцем не тронет, на-поминаю я себе. Нужно отключить разум, сосредо-точиться только на движениях рук и ног. Мое созна-
ние летит впереди меня, оно уже там, в лодке, в тепле, в безопасности, на свободе.
Тепло, безопасность и свобода.
Тепло, безопасность и свобода.
Я мысленно твержу эти слова, как заклинание, ста-раясь больше ни о чем не думать. Всё остальное не имеет значения. Я даже почти забываю о плывущем рядом Сёрене, хотя он то и дело посматривает, по-спеваю ли я за ним.
Проходит, кажется, вечность, но вот мы добира-емся до камней, и юноша помогает мне на них за-браться.
— Т-т-ты ж-же г-г-гов-в-ворил... вс-с-сего п-п-полчаса, — выдавливаю я, так цепляясь за валун, что камень больно впивается в ладони.
— Вообще-то я думаю, мы доплыли быстрее, — с удивлением в голосе сообщает мне Сёрен. — На-верное, ты даже уложилась в двадцать пять минут.
У меня так стучат зубы, что я не могу ответить. Сёрен опять пытается завернуть меня в плащ, но я снова отталкиваю теплую ткань.
— Ну хоть на минуточку, — уговаривает он.
Я качаю головой.
— Всё хорошо.
Очевидно, Сёрен мне не верит.
— В лодке есть одеяла, — говорит он, снова свора-чивает плащ и перекидывает через плечо, потом об-нимает меня за талию и помогает забраться на следу-ющий валун. — И сухая одежда.
— И к-к-кофе? — с надеждой интересуюсь я, кое-как шагая по скользким камням. Туфли я давно поте-ряла, и мои бедные ступни кровоточат и горят от со-леной воды. Живительно, как я вообще держусь на ногах. Наконец я забираюсь на относительно ровный участок и перевожу дух. Шлюп стоит примерно на
расстоянии броска камня от скал, может быть, в па-ре ярдов.
Сёрен подтягивается на руках и тоже забирается на валун.
— Кофе нет, только вино, зато хорошее, — обо-дряет он меня.
Я глубоко вздыхаю и снова начинаю двигаться по направлению к лодке, перелезая с одного камня на другой. Ледяной ветер продувает до костей, от холо-да у меня почти не сгибаются пальцы, и трудно дер-жаться за выступы на камнях, однако я упрямо ползу вперед. Знаю, нужно двигаться быстрее, но я не мо-гу — меня и так не покидает ощущение, что я вот-вот упаду бездыханной.
— Ты молодец, — выдыхает Сёрен сквозь сжатые зубы. Я с легким злорадством отмечаю, что он то-же порядком выбился из сил. А ведь из него с детст-ва стремились сделать закаленного воина, наверняка ему случалось попадать и в более серьезные передря-ги, и всё же ему тоже нелегко приходится. — Глав-ное — не смотри вниз, — предупреждает он вдруг.
Разумеется, я тут же смотрю вниз и, естественно, моментально об этом жалею.
Мы забрались уже довольно высоко, внизу уже нет воды, только мелкие, острые камни: если я поскольз-нусь и упаду на эту мель, то разобьюсь в лепешку. Я судорожно перевожу дыхание и поспешно отвожу взгляд от камней.
— Я же тебя предупреждал, — ворчит Сёрен. — Смотри только вперед и вверх.
Приходится стиснуть зубы, потому что сейчас не-подходящее время для споров. Осталось немного, шлюп уже совсем рядом, и всё же он пришвартован на некотором расстоянии от скалы, чтобы течение не разбило его о камни.
— Нам надо забраться еще выше, — говорит Сёрен, словно прочитав мои мысли. — А потом придется прыгать.
— Я б-б-боялась, что т-т-ты скажешь н-н-нечто п-п-подобное, — выдыхаю я, стуча зубами.
Сёрен хрипло, устало смеется.
Босые ступни скользят по мокрым камням, я всё чаще повисаю на руках, мышцы болезненно ноют; уверена, после этого подъема я не смогу пошевелить руками, но, главное, это будет уже потом.
Кайзерина Анке была права: иногда выживания до-статочно.
С берега долетает пронзительный крик, и Сёрен разражается потоком ругательств, из которых мне знакома только часть.
— Ничего, — бормочет он, бросая быстрый взгляд через плечо. — Мы почти добрались, а все их кора-бли сейчас стоят с другой стороны полуострова. К тому времени как стража доложит обо всём, нас уже здесь не будет. Всё нормально. — Почему у ме-ня такое чувство, будто он пытается убедить не меня, а себя?
Хочется обернуться и тоже взглянуть на берег, но я и без напоминаний Сёрена понимаю, что это не лучшая идея. Я и так с трудом переставляю ноги и це-пляюсь руками за камни. Сейчас в моих силах лишь карабкаться вверх, и, как ни странно, эта мысль меня успокаивает.
— Хорошо, — говорит Сёрен спустя пару мгнове-ний. — Теперь прыгай.
Я смотрю на покачивающийся внизу на волнах шлюп и сглатываю.
— Не буду тебе врать, Тора, будет больно, — го-ворит принц. Его голос действует так ободряюще, что я почти не обращаю внимания на ненавист-
ное имя. — Расслабь колени, а когда приземлишь-ся, сразу перекатывайся, чтобы смягчить удар. Спра-вишься?