Лора Олеева – Я подарю тебе тьму (страница 31)

— А ты не брыкайся! Иначе закую в цепь. У меня тут где-то завалялась одна лишняя.

— Что вы хотите сделать?

— Наказывать буду. Я же сказал.

— Только посмейте!

Льерен вдруг свободной рукой задирает мне юбку, полностью обнажая ноги и, кажется, даже трусы.

— Ай! Не смейте!

Я брыкаюсь, но это мне не помогает. Мужчина продолжает вжимать меня в постель, так что я с трудом поворачиваю голову. Пытаюсь дотянуться рукой до мага, но мои пальцы лишь хватают воздух. Слышу смешок Льерена.

— Так, это тебе за подслушивание!

И легкий шлепок обжигает мне ягодицу. Он такой слабый, что больше похож на ласку, чем на реальное наказание.

— Пустите!

Вместо этого Льерен начинает поглаживать мне правую ягодицу, потом осторожно просовывает пальцы под трусики и продолжает гладить там. Я пугаюсь не на шутку.

— Не надо! Пожалуйста! — умоляю шепотом. В моем голосе уже звенят слезы.

Тут же давление на меня исчезает. Я подскакиваю и срываюсь с кровати, но мужчина ловит меня на лету и силком усаживает к себе на колени. Лицо Льерена тоже пылает. Дыхание с шумом вырывается у него из груди.

— Мне нравится, когда ты вся горишь, как сейчас, — говорит Льерен и рукой гладит мою щеку.

Потом проводит большим пальцем мне по нижней губе. Пульс у меня зашкаливает.

— Мне нужно мое лекарство, Астра, — требовательно говорит мужчина, и кровь отливает у меня от лица.

— Что я должна сделать?

Кажется, однажды настанет момент, когда я не смогу ему отказать и в последней просьбе.

— Поцелуй меня! Сама!

Я перевожу взгляд на губы мага. Осторожно наклоняюсь и касаюсь их своими.

— Ну нет, — шепчет Льерен. — Сегодня я этим не могу удовольствоваться.

Он прижимает меня к своей груди и впивается в губы. Я чувствую, как его язык проникает внутрь, и, начиная расслабляться, полностью отдаюсь этому восхитительному чувству. Рука Льерена снова забирается мне под юбку и проскальзывает между ног. Я пугаюсь.

— Пожалуйста! — умоляю я.

Рука Льерена застывает. Потом он резко встает и отворачивается.

— Иди! — резко бросает он. — Иначе я за себя не ручаюсь.

И начинает надевать приготовленную чистую рубашку, по-прежнему не глядя на меня.

Я опрометью несусь из его спальни. В коридоре едва не падаю, так кружится голова и подкашиваются ноги. Все тело горит, а низ живота сводит. Я поправляю одежду, бегу в ванную, где долго плещусь холодной водой, стараясь успокоиться. Господи, что он со мной делает! Хоть бы уже сделал это, чем так мучить. Только гордость и уверенность в том, что приличная девушка не может сразу согласиться, удерживают меня от полной капитуляции. Но вот чувствую, что скоро этой борьбе настанет конец.

За ужином я глаза боюсь поднять на мага. Еда не лезет мне в рот, я быстро прощаюсь со всеми и ухожу в свою комнату. Запираюсь и ставлю к двери стул на ночь, чтобы услышать, если маг будет красться ко мне в ночи. Но, увы, этого не происходит. Я прислушиваюсь до полуночи, а затем засыпаю беспокойным сном.

За завтраком я с тревогой жду, кто же спустится к нам — Льерен или Тиэрен. Но по лукавой улыбке на губах мага сразу же догадываюсь о сегодняшнем обитателе тела. Вместо приветствия Льерен совершенно беззастенчиво притягивает меня к себе и целует на глазах Арветы, которая смущенно отворачивается. Кажется, даже мой дракон смирился с неизбежностью.

После ухода мага я жадно набрасываюсь на лестраль. Мне необходимо выучить как можно больше рун. Эта работа требует сосредоточения и терпения. И еще: так я стараюсь забыться от смущающих меня воспоминаний и фантазий. К вечеру у меня уже пухнет голова, а рука отваливается. Я с замиранием сердца жду Льерена. Нет, я обманываю сама себя — я ждала его целый день, просто это ожидание отошло на задний план, пока я занималась другими делами.

Супружеская чета приходит заранее и явно очень нервничает. Я отвожу посетителей сразу в кабинет мага, как он наказал. Льерен приходит ближе к вечеру, румяный от ледяного вечернего ветра. Его глаза сияют. Я выбегаю встречать мага в холл, надеясь… Сама не зная на что. Нет, лукавлю: я жду поцелуя, но не получаю его.

— Посетители в кабинете? — деловито спрашивает маг.

— Да, — грустно говорю я.

М-да, подслушать сегодня не придется. Маг на то и маг, что даже сквозь стену и дверь меня выследил. Или рискнуть быть наказанной еще раз? М-м, в прошлый раз было очень даже…

— Пойдем, — вдруг говорит Льерен и машет приглашающе рукой.

— А?..

— Господин и госпожа Мапрель, — втащив меня за собой в кабинет, твердо говорит маг. — При сегодняшнем разговоре будет присутствовать моя ассистентка. Надеюсь, вы не возражаете?

Да куда же они, бедные, денутся? Вон как смиренно головами закачали. Я сажусь в углу, стараясь слиться со стеной. Душу переполняет благодарность к Льерену за то, что позволил утолить любопытство. Какой же он все-таки чуткий!

— Итак, — снова превращаясь в строгого следователя, говорит Льерен, — я сегодня посмотрел информацию по Нурдоку. Связался магически с тамошним дознавателем и уточнил.

— Что уточнили? — пугается женщина.

— Насчет ваших родственников. Оказывается, десять дней назад сына вашей тети, госпожа Мапрель, зарезали на улице при попытке ограбления.

— Да, мне пришло письмо от родителей, — волнуясь, говорит женщина. — Но я не смогла поехать на похороны. Только собиралась, но тут с Алексом стали твориться странности… — она выразительно показывает на мужа. — Не могла же я его оставить одного?

— Убийство произошло на улице Шиповника, — продолжает маг. — Тело нашли около дома кожевника. Умер мгновенно от удара в сердце.

— Бедный Коль, — прикладывает к глазам платочек женщина. — В детстве мы были очень дружны. Даже хотели пожениться. В шутку, конечно. Мы же кровные родственники.

— Это многое объясняет, — с намеком говорит маг.

— Что объясняет?

— Я сейчас перечислю некоторые признаки, а вы скажите, было ли у вас что-нибудь похожее в доме за эти десять дней. Хорошо? — супруги кивают. — Сами открывались или закрывались двери? Вяли ли быстро цветы? Пахло бессмертником? Вода мутнела?

Супруги переглядываются и кивают.

— А было ли так, что вы не могли вспомнить, как оказались в том или ином месте?

И снова испуганные кивки.

— Что у нас в доме, господин маг? — с тревогой спрашивает господин Мапрель.

Я, затаив дыхание, жду ответа мага.

— У вас клерр!

Женщина ахает и зажимает рот рукой. Я едва не фыркаю от разочарования. Вот так читаешь, читаешь детектив, а глава, где говорится, кто убийца, внезапно написана по-тарабарски. Что, серьезно? И я устремляю на Льерена угрожающе-упрекающий взор.

Глава 29

Клерр

— А они бывают? — хмурится господин Мапрель.

Кажется, никому из присутствующих нет дела до моих переживаний. Я еле слышно кашляю.

— Клерр, — бросив быстрый взгляд в мою сторону, поясняет Льерен, — а по-другому его зовут подселенец, это душа умершего. Не в силах расстаться с этим миром, она ищет живую душу, к которой подселяется. Чаще всего находит пристанище у близкого человека или кровного родственника. Или же в его окружении. Поэтому обычно близкие родственники после смерти члена семьи носят специальные амулеты, а в доме раскладывают специальные травы.

«А у нас еще и завешивают зеркала», — хочется мне поделиться сведениями о своей родине, но я молчу, понимая несвоевременность моего порыва.

— Но это же просто традиция, — неуверенно произносит женщина.

— Да, в большинстве случаев душа без проблем покидает мир.

— Но вы думаете, что в этот раз мой кузен не отправился за грань?

— Я не думаю. Я в этом уверен. Все совпадает: после своей смерти ваш кузен, госпожа Мапрель, подселился в тело вашего мужа. Если бы вы послушались советов целителя, то, возможно, изгнали бы его. Но вы нарушили обряд изгнания, и тогда подселенец перешел к вам от мужа.

Глаза женщины округляются от ужаса.