Лора Олеева – Я подарю тебе тьму (страница 33)

— Ну как же! А лекарство? Или снова уламывать тебя?

Льерен хватает меня за юбку за секунду до того, как я соображаю, что самое время драпать. Притягивает к себе и усаживает на колени.

— А ужин? — краснею я, откладывая в сторону драгоценный листок.

— Подождет, — шепчет маг.

Потом осторожно, не сводя с меня глаз, расстегивает пуговицу на моей груди.

— Не надо, — шепчу я и дергаюсь.

— Сидеть! — приказывает маг, и его глаза вспыхивают огнем.

Он осторожно просовывает руку мне под рубашку и начинает поглаживать мою грудь. Потом зажимает сосок пальцами и сжимает. Я невольно закрываю глаза и стону, откидывая голову назад. Я не могу противостоять Льерену и его рукам. Чувствую поцелуи на своей шее и снова стону. Льерен подхватывает меня рукой под затылок и притягивает к себе для поцелуя.

— Надо будет что-то с этим делать, Звездочка! — шепчет он, закончив через десять минут ласкать и целовать меня. — И как можно скорее. Я так долго не выдержу.

И я полностью с ним соглашаюсь. В глубине души. Потому что вслух я ему в этом ни за что не признаюсь.

Глава 30

Когда получаешь розовую козу с желтою полосой

Эта ночь еще более мучительная. Меня утешает лишь то, что Льерен, желая мне приятных снов, шепчет:

— Я из-за тебя не смогу до утра заснуть.

Ну приятно все же, что не мне одной теперь мучиться.

Но утром я беру себя в руки. У меня столько дел! Вчера ближе к вечеру сапожник прислал мне записку с просьбой прийти к нему, «если госпоже Астре будет угодно». Угодно, еще как угодно. Я едва не бегу в лавку.

— Господин Капрак!

— Госпожа Астра!

Хозяин лавки рассыпается в любезностях, а его жена уже без намека приносит и чай, и свежие ватрушки, и варенье в вазочке. Отказываться неудобно, поэтому мне приходится завтракать вторично. А потом я приступаю к делу.

Желающих защитить свою обувь от воды и грязи оказалось предостаточно, и я целых два часа корплю над работой. Хорошо хоть, что краски у меня еще хватает в баночке: я ведь не трачу магическую краску бездумно.

— Я вот еще подумал, — рассчитавшись со мной сполна, предлагает господин Капрак, — ведь зимние сапоги тоже промокают.

— Ну разумеется, — пожимаю я плечами. — Снег — это ведь замерзшая вода. В принципе, зимой это не так страшно, но бывает и оттепель.

— Согласен. Может, предложить клиентам зачаровать и их зимнюю обувь? Как вы думаете?

А сапожник не дурак — понимает, как можно больше заработать.

— Почему бы и нет? Если им угодно платить, — поддерживаю я эту полезную идею.

Я выхожу из лавки, приятно обремененная серебрушками. И еще у меня к поясу подвешена очаровательная кожаная сумочка.

— Вам удобно будет в ней носить ваш инструмент, — с подобострастной улыбкой отдал мне подарок сапожник.

Подлизывается, понятное дело. Сегодня я на минуту задержалась на улице у другой сапожной мастерской. Она стоит чуть наискосок на противоположной стороне улицы. Заходить я в нее не стала, так, постояла пару минут, разглядывая вывеску. Зная, что господин Капрак видит мой маневр. И сапожник таки сделал вывод: если волка не кормить, то он в лес убежит. Я не стала даже заикаться сегодня о том, что мои чары делают его обувь эксклюзивной. Думаю, он это и сам понимает. А эксклюзивность вещь дорогая. Однако рвать плод надо лишь основательно созревшим. Искусственное дозаривание тут может все испортить. Так что к составлению письменного договора и к увеличению моего процента от прибыли мы еще вернемся, господин Капрак. А пока зрейте, зрейте.

Придя домой, я сажусь корпеть над рунами, которые мне показал вчера Льерен. Защитный амулет для бедной женщины надо сделать как можно быстрее. Дополнительная проблема состоит в том, что знаки надо написать достаточно мелкими, чтобы поместить, скажем, на медальоне или плоском кулоне. Но на худой конец сойдет и что-то вроде чокера, кожаного или матерчатого. В конце концов, жить захочешь, и не такое на себя напялишь.

Однако во второй половине дня силы меня покидают. В глазах рябит от черточек и завитков. К тому же мне не дает покоя одна задумка.

Что стоит у женщины на пути к саморазвитию и счастью? Правильно — быт! А тут, в этом отсталом Гросте, быт особенно отсталый. Ни тебе стиралки, ни тебе посудомойки, ни тебе холодильника. Ну ладно, это вещи сложные. Я слабо себе представляю их внутреннее строение. Хотя насчет холодильника стоит и подумать. Но пока Арвета превосходно обходится и погребом за домом. А вот что я могу попробовать изобрести прямо сейчас — так это пылесос!

Нет, ну а что? Это же просто! Он просто берет и… м-м-м… всасывает в себя. А потом это всосанное нужно выбросить. Магия, я полагаю, может заменить сложный механизм.

По моей просьбе господин Кримир изготовил из старой шляпной деревянной коробки что-то вроде пылесоса. Он проделал дыру и вставил внутрь полую железную трубку. Из нее выходит кожаный чулок. Он, по моему разумению, может заменить шланг. Вокруг выходного отверстия на чулок я приклеила коротко постриженную щетину от щетки. Ко дну коробки муж Арветы приделал колесики, а сверху ручку. Нет, ну а чем не пылесос?

Узнай Арвета про мою просьбу, она завалила бы меня вопросами, зачем мне это понадобилось. Но ее муж только внимательно выслушал и обещал подумать, как лучше смастерить такую странную вещь. И таки смастерил. Принес и молча отдал. Золото, а не человек.

Конструкция, конечно, выглядит кондово и бредово, признаюсь я сама себе. Но ведь все первые прототипы так выглядели, нет? Эта мысль служит мне утешением. А теперь главное.

Я долго продумывала, какие чары нанести на современный аналог пылесоса. И мне показалось, что я придумала такую комбинацию рун. «Сосать» и «сор» подходит идеально. В будущем можно будет добавить руну «вертеться». Ну а что? Пусть будет аналогом робота-пылесоса. Чем плохо? Сидишь, чай с Арветой попиваешь, а этот тут шуршит, ездит, чистоту наводит. Я такое на экране видела.

Что ж. Арвета хозяйничает на кухне, а мага пока нет. Пора! Зова трубит! То есть труба зовет! Пора приступать к экспериментам. Руки у меня не просто чешутся, а даже дрожат от предвкушения.

Я несколько раз прописываю придуманную мной комбинацию рун на листке чернилами. Потом красками. Обычными. Наконец достаю из футляра магическую кисть и с трепетом обмакиваю ее в черную краску. Рука у меня дрожит от волнения и нетерпения, но я заставляю себя успокоиться. Быстро наношу три руны на верхнюю часть моего деревянного франкенштейна. Руны вспыхивают и гаснут. Я быстро мою кисточку в заранее приготовленной воде, вытираю ее и убираю в футляр.

Сажусь на корточки перед моим изобретением и жду реакции. Коробка не двигается. Не дрожит. И не гудит. А она, вообще, должна гудеть? — запоздало догадываюсь я. Это наш земной пылесос громкий, а здесь он, может, беззвучный будет. Но как понять, сосет ли он пыль? Провожу хоботом по полу. Хм. Вот я дура. Чего ему сосать, если пол чистый? Хватаю мелкий сор с окна и пытаюсь его убрать. То есть вдуть. Короче, что он там делать должен. Без изменений.

Хм. Отрицательный результат тоже результат. Но надо понять, где ошибка. Хватаю учебник лестраля и начинаю проверять правильность написания рун. Тут вот так. Ага. И у меня так. Пересчитываю черточки, их соотношения между собой. Стоп! Руна «сор» чем-то отличается. В основе многих рун лежат общие элементы. Например, элемент, напоминающий человеческую руку, используют не в одной руне. К нему добавляют другие элементы. В руне «сор» основной элемент — это «земля». А к нему уже можно добавить другие, чтобы изменить значение символа. Так, что-то у меня не сходится. Точно! Вот этот элемент неправильно написан. Это у меня другая руна получилась. Вот как так? Глаз, что ли, уже замылился? Я, наверное, сегодня перезанималась. Ладно, дело поправимое. Надо, наверное, просто стереть руны… А можно ли магические руны стирать? Хм. Почему я об этом Тиэрена не спросила?

Я поворачиваюсь и застываю на месте. Ой-ой-ой! Это что такое еще?

Перед хоботом пылесоса я вижу большую проплешину. Куда-то делись половые доски, и снизу видна пустота подвала. Я осторожно подхожу к дыре и заглядываю в нее. Оттуда тянет сыростью и холодом. Черт! И правда подвал! На моих глазах дыра начинает медленно расползаться. Черт-черт-черт! Это что я такое тут наволхвовала? Может, все дело в руне? Я снова бросаюсь к учебнику и листаю его. О нет! Нет-нет! Руна, которую я по ошибке изобразила на моем недопылесосе, это руна «мир», «Земля». Это что же я наколдовала-то? Засосать мир? Всю планету? Да ежики зеленые! Надо срочно что-то делать: деактивировать этот аппарат, убрать его из комнаты. Секундную мысль спрятать его в шкаф и сделать вид, что все так и было, я давлю в зародыше. Нет, как ни крути, но придется сдаваться.

Я порываюсь было бежать за помощью, но застываю. Пока я занималась самобичеванием и впадала в панику, эта сволочь успела отъесть еще один кусок пола, и теперь перед порогом зияет конкретная такая дыра. Я бы, может, ее и перепрыгнула бы, но дверь-то закрыта. А она открывается внутрь.

— Арвета! — кричу я истошно. — Арве-е-е-ета-а-а-а!

Сейчас я завидую, что не обладаю таким трубным голосом, как у служанки.

— Что такое? — недовольно говорит явно оторванная от важных дел служанка.

— Ты это… осторожно дверь открой, только в комнату не входи! — умоляю я женщину.