Лора Лей – Подменная дочь (страница 73)

Мы уже закончили обсуждение, когда управдом хлопнул себя по лбу и вручил мне конверт, почему-то красный.

— Вторая барышня, чуть не забыл! Это письмо вместе с подарочными деньгами передал господин Хэ Ки, незаметно шепнув, что оно — для Вас. Мне показалась странной секретность, я открыл, признаюсь, но так ничего и не понял…Никто, кроме меня, об этом не узнает, клянусь! — Мо Ксу поклонился и…сбежал, а я развернула послание несбывшегося мужа, чтобы прифигеть от его содержания.

Хэ Ки благодарил, извинялся, заверял в почтении и прочее. Пропустила, сосредоточившись на основной части, из которой следовало, что молодожен считает своим долгом предостеречь меня в отношении семьи премьер-министра, конкретно — от возможных происков младшего Ляна, в чьем поганом характере имел сомнительную честь убедиться лично. Не суть.

Так вот, из письма следовало, что автору «посчастливилось» стать невольным свидетелем сговора младшего Ляна с его начальником, сулившего обоим преференции в будущем, для чего они написали рапорт императору о новом механизме, использующем силу падающей воды, который Лян-гунцзы высмотрел в одном из поместий в пригороде и о котором пока никто не знает, кроме каких-то неизвестных владельцев дома и их слуг-деревенщин. И самого сына премьера, пожелавшего выдать изобретение за своё.

А потом в суде случился конфуз, когда то же колесо представили генерал Гу и сыновья и господин Лян внезапно выразил несогласие с их авторством, после чего был отправлен в кратковременный отпуск лично государем «для поправки здоровья». Хэ Ки писал, что чиновники, впечатленные новинкой, активно обсуждали случившееся и приняли сторону генерала, поскольку в его «сопроводиловке» были указаны и расчеты, и мастера, и ранний вариант механизма, уже давно работающего в поместье Гу, в то время как в записке Ляна-младшего было сообщено лишь о применении и внешнем виде колеса.

Хэ Ки, помимо прочего, настоятельно советовал быть с аккуратным с сынком первого чиновника, а еще (совсем неожиданно) — обратить внимание на его поведение и наклонности…

Я долго сидела с посланием в руке, перечитывала написанное мелким, убористым, однако вполне читаемым почерком думающего, осторожного, но сильного человека, и постепенно пришла к выводу, что ему можно верить, а от предупреждения — не отмахиваться.

Поняла и то, что мне родней сказано было не всё — не хотели грязь месить или расстраивать, неважно. Главное, в душе заворочалось что-то темное: не злость, но желание разобраться с попыткой интеллектуального воровства (себя я считаю… честным прогрессором, как и других «товарищей по партии попаданцев») и всколыхнувшейся тревогой за…судьбу Чен Юнь. По местным меркам — сводной сестры, образно говоря. Неслучайно я её вспоминала…Надо к ней наведаться…Не стал бы Хэ Ки предупреждать и намекать без оснований, почему-то я была в этом уверена.

Как водится, на ловца и зверь бежит: в особняк начали приходить приглашения от столичных семей то на день рождения, то на праздник цветов, то на поэтические посиделки…

«Не все, видать, от жары обезумели и разбежались…Или, наоборот, обалдели от духоты и желают развлечься доступными способами. А может, и от любопытства маятся — как же, главный холостяк в расход пошел, маркиза поделилась, что слухи бродят по столице, как призрак коммунизма» — думала я, перебирая доставленную корреспонденцию и решая, куда пойти, куда податься, кого найти, кому…Ладно, с кем поругаться — это ж очевидно, что мне такой фортель (помолвку с Цзяном) не простят, постараются пройтись и по ногам, и косточки перемыть публично, да и от пакостей, наверняка, придется уворачиваться. Всё по канону…

Забавно, но среди принесенных писем из дома премьера не было ни одного, зато доблестные родственнички явились «собственною персоною» пред наши светлые очи, и визит этот положил начало серии весьма неоднозначных последствий…

Но прежде, чем это случилось, мне пришлось решить знакомую всем женщинам проблему с «нечего надеть» и попутно провести разъяснительную работу с наложницей Нин все на ту же тему «кто в доме хозяйка». До чего же упоротая баба!

За годы моего добровольного уединения про наряды на выход я думала в последнюю очередь: есть мужские костюмчики, спортивный, деревенский и домашние — вот и хватит. Шеньки жужжали периодически, я так же периодически отмахивалась. А с приездом родни и некоторой активизацией общественной жизни и присутствием Фэй-фурен вопрос стал ребром — девушке нужны платья по статусу.

Что здесь хорошо — одежда шилась дорогая, «долгоиграющая», и избавлялись от неё…осмотрительно, то есть, складывали в короба и хранили «на всякий случай» или с помпой передаривали бедным родственникам, подрастающему поколению или же пускали на рукоделие. Вот и «луки» предшественницы после моего «отстранения» перенесли на склад и…забыли, благодаря чему сейчас гардеробчик достали с полок и из сундуков, перетряхнули, что-то быстренько освежили, что-то переделали и несколько образов я «поимела», но недостаточно.

Одно дело, встречать гостей дома и порциями — тут и в одном-двух платьях норм, а вот выйти в люди, где те же дамы соберутся одномоментно и начнут тебя со всех сторон судить-рядить — уже не комильфо…После вдумчивых консультаций решили, что мне необходимо четыре новых или существенно обновленных комплекта — по одному для каждого визита в выбранные тетушкой и бабулей дома.

За иглу сели Шеньки и обе Мо, Линь и Лань, что гарантировало срочность и качество — по этому предмету у девочек был «зачет». Некоторое волнение вызвали аксессуары: от Чен Юнь мало что осталось, поскольку дело было не в крохоборстве семьи, а в самих цацках — они передавались истинным Гу, ну а я к ним, все-таки, не относилась. Мне, честно, вся эта куча блестяшек по барабану, но минимум новых заколок, браслетов, колец требовался, а тратить на них деньги мне ой как не хотелось…

Помощь пришла, откуда не ждали — от будущего свекра, приехавшего проведать невестку и доставившего заодно небольшой ларчик с украшениями — фамильными и новоделом, купленным господином Цзяном-старшим в одной из модных лавок. Не все украшения подходили для визитов — часть маркиза определила как подходящие для замужних дам, зато другие вполне «ложились» на созданные образы.

Сподвиглась я и на «фишку» — все равно стану притчей во языцех: сшили мне мастерицы из нашей мастерской халат с «лишелье» по подолу, рукавам и краям полочек, при этом выбрали мы довольно тонкую ткань и цвет, подходящий ко всем нарядам, то есть, я могла одеть его поверх любого из комплектов и получить дополнительные образы. Получилось необычно, но прикольно! Маркиза хмыкнула и одобрила, а бабуля похлопала в ладоши. Я была готова!

Осталось разобраться с планами наложницы Нин, всерьёз решившей сопровождать меня везде и всюду, о чем она лично уведомила меня в один из прекрасных дней. Ну-ну, бессмертный пони, вперед!

Глава 73

Мы как раз заканчивали прием новых жильцов — с десяток водоплавающих мелких пернатых, добытых хозяйственным оперативником Мо. Батюшка только крякнул, узнав о пополнении в Бамбуковом павильоне, но, видя воодушевление обитателей и ласковую улыбку матриарха, следящую за гомонящим отрядом, позавтракал и, покачивая головой, отправился на службу.

Где-то они разминулись, потому что влетела Нин Тинг в открытые ворота беспрепятственно и в боевом раскрасе — видимо, хотела поймать неуловимого супруга, забывшего к неё дорогу. А тут — шум, гам, суета…и господин Мо с очередной порцией приглашений.

И с места в карьер:

— Чень Ю, нам надо поговорить! Наедине! — о как!

— Приветствую Вас, уважаемая госпожа Нин! — вежливость — наше всё! — Я занята, но ради Вас…прервусь. Прошу за мной! Шень Сяо, подай чай в кабинет!

Сообразительная служанка подала чай и плотно закрыла двери. Нин оглядывалась, хмыкала, расправляла складки на платье — готовилась, короче, пока я вымыла руки и разлила чай. А потом ка-а-а-ак затараторила, чисто автомат Калашникова!

И про мою непочтительность, и самоуправство, и наложенные экономические санкции и несогласие с ними, и вмешательство в личную жизнь родителей (?), и позорящие усадьбу преобразования, и требующий обновления гардероб…Долго тарахтела: я и чайку попила, и почту просмотрела…

Последним аккордом концерта без заявок стала фраза:

— Я узнала, что госпожа Цао устраивает цветочный прием завтра, а у меня даже нет нового платья!

Я недоумевающе уставилась на гостью, отметив про себя, что красота её несколько поблекла, да и схуднула на мордашку радость наша…Переживает?

— Простите, госпожа Нин, я не поняла…Что Вы имеете ввиду?

— Не прикидывайся дурочкой, Чень Ю! В чем я пойду на прием к Цао?

— Опять не поняла…Какая связь между приемом в особняке Цао и Вашим платьем? — включила дурочку, сознательно провоцируя наложницу.

— Что значит — какая? Пришло приглашение, его следует принять! На такие собрания раньше…полагалось приходить в новых нарядах, Гу-фурен…всегда так делала… Вызови немедленно управляющего Мо, пусть выдаст мне тридцать таэлей, я успею купить платье в магазине готовой одежды — выплюнула дамочка приказ-обиду.

«Дошла до сути, наконец» — вздохнула и, отставив чашку, сложила руки на коленях, хотя желание было — на груди, а еще откинуться в кресле и положить ногу на ногу. Но…в следующий раз.