Лоис Лоури – Сын (страница 2)

После первой недели их перевели во временное отделение, где они развлекали себя разговорами и играми, прежде чем вернуться две недели спустя в большую знакомую компанию Рожениц. В общежитии они вновь встретили старых подруг, у многих из которых за это время заметно выросли животы, и заняли свои прежние места в группе. На вид все они были похожи – в бесформенных, как халаты, платьях и с одинаковыми прическами, но каждая при этом была неповторимой личностью. Надя умела обратить что угодно в шутку, Мириам была серьезна и застенчива, Сьюзен отличалась организованностью и целеустремленностью.

Когда Роженицы вернулись после Плодоношения, разговоров о Задаче велось удивительно мало. «Как все прошло?» – спросила одна из девушек, и ответом было лишь небрежное пожатие плечами со словами: «Все в порядке. Совсем легко». Или криво брошенное: «Не так уж и плохо», хотя по выражению лица становилось ясно, что приятного было мало.

– Рада, что ты вернулась.

– Спасибо. Как тут дела без меня?

– Все так же. Только что прибыли две новые Роженицы. А Нэнси ушла.

– Куда ее отправили?

– На Ферму.

– Неплохо. Ей самой этого хотелось.

Обычный, ничего не значащий разговор. Нэнси недавно принесла третий Плод. После третьего Роженицы получали новое назначение – на Ферму, Фабрику Одежды, в Центр Распределения Еды.

Клэр помнила, что Нэнси надеялась попасть на Ферму. Ей нравилось быть на открытом воздухе, и на Ферму несколько месяцев назад получила Назначение одна из ее подруг, а Нэнси надеялась провести очередной период своей рабочей жизни в обществе кого-то ей небезразличного. Клэр была за нее рада.

Но ее тревожило собственное будущее. Хотя у нее остались лишь смутные воспоминания, она знала, что во время ее собственного Плодоношения что-то пошло не так. Ясно было, что ни у кого больше не осталось ран. Она пыталась робко расспрашивать других, рожавших больше одного раза, но тех, похоже, такие вопросы поражали и приводили в замешательство.

– У тебя все еще болит живот? – шепотом спросила Клэр у Мириам, которая восстанавливалась вместе с ней.

Они сидели рядом за завтраком.

– Болит? Нет, – ответила Мириам.

– У меня болит – там, где шрам. Когда я на него нажимаю, – объяснила Клэр, осторожно дотрагиваясь до этого места.

– Шрам? – поморщилась Мириам. – У меня нет шрама.

Отвернувшись, она включилась в другую беседу.

Клэр снова попробовала осторожно расспросить других Рожениц, но шрамов ни у кого не было. Ни у кого не было раны. Вскоре болеть перестало, и она попыталась не обращать внимания на неприятное чувство, будто что-то пошло совсем не так, как следовало.

А потом ее вызвали. В середине дня, когда Роженицы сидели в столовой, голос из громкоговорителя объявил:

– Клэр, прошу явиться в кабинет сразу после обеда.

Она взволнованно огляделась. Напротив сидела Элисса, ее подруга. Обе стали Двенадцатилетними в один год, тогда же их обеих и назначили, и они были знакомы по школе. Но Элисса появилась здесь позже, и ее осеменили после Клэр. Сейчас она пребывала на ранней стадии своего первого Плодоношения.

– Что бы это могло значить? – спросила Элисса, когда они услышали распоряжение.

– Не знаю.

– Ты что-то сделала не так?

Клэр нахмурилась:

– Вряд ли. Может, забыла сложить белье в стирку.

– Сомневаюсь, что тебя из-за этого стали бы вызывать.

– Наверное. Это такая мелочь.

– Что ж, – сказала Элисса, собирая пустую посуду, – скоро выяснишь. Вероятно, ничего серьезного. До скорого! – Она ушла, оставив Клэр за столом одну.

Но все оказалось более чем серьезно. Клэр в смятении стояла перед комиссией, которая сообщила ей о своем решении. Ее лишили сертификата.

– Собирай вещи, – велели ей. – Сегодня вечером тебя переводят.

– Но почему? – спросила она. – Из-за того, что… Да, я понимаю, что-то пошло не так, но…

К ней были добры и внимательны.

– Это не твоя вина.

– Что не моя вина? – Клэр понимала, что напористость проявлять не стоит, но не могла остановиться. – Если бы вы просто объяснили…

Глава комиссии пожал плечами:

– Такое случается. Проблема со здоровьем. Ее должны были обнаружить раньше. Тебя не следовало осеменять. Кто проводил твой первый осмотр?

– Не помню, как ее звали.

– Что ж, выясним. Будем надеяться, что раньше она не ошибалась и у нее будет второй шанс.

После этого Клэр сказали, что она может идти, но она остановилась в дверях, поскольку не могла не спросить:

– А мой Плод?

Глава комиссии бросил на нее пренебрежительный взгляд, но, смягчившись, повернулся к сидевшей рядом за столом женщине и кивнул на лежавшие перед ней бумаги.

– Какой номер? – спросила женщина, но он не ответил. – Ладно, проверю по имени. Ты Клэр?

Будто они не знали. Ее вызвали сюда по имени. Но Клэр кивнула.

Женщина провела пальцем по странице.

– Да, вот ты. Клэр: Плод номер Тридцать Шесть. Да, вижу отметки об осложнениях. – Она подняла взгляд.

А Клэр дотронулась до живота, вспоминая.

Женщина положила бумагу обратно в стопку и постучала по краям, выравнивая ее.

– С мальчиком все хорошо, – сказала она.

Глава комиссии яростно на нее посмотрел.

– С Плодом, – поправилась женщина. – В смысле, с Плодом все хорошо. Сложности медицинского характера на него не повлияли. С тобой тоже все будет хорошо, Клэр, – дружелюбно добавила она.

– Куда меня отправляют? – спросила Клэр, внезапно испугавшись.

Ей пока не сказали, что она получила новое Назначение. Просто лишили сертификата, так что Роженицей ей больше не быть. Вполне разумно – ее тело не сумело надлежащим образом исполнить эту функцию. Но что, если?.. Что, если тех, кого лишили сертификата, просто удаляют? Как часто бывало с теми, кто не оправдал ожиданий?

Но ответ успокоил ее.

– В Рыбный Инкубаторий, – сказал глава комиссии. – Там не хватает рабочих и нужна помощь. Обучение начнется с завтрашнего дня. Придется нагонять. К счастью, ты достаточно сообразительна.

Он махнул рукой, отпуская Клэр, и она вернулась в общежитие, чтобы собрать вещи. Было время отдыха. Другие Роженицы спали за закрытыми дверями своих крошечных комнаток.

«Мальчик, – подумала Клэр, собирая скудные пожитки. – Это был мальчик. Я произвела на свет мальчика. Сына». На нее вновь нахлынуло чувство утраты.

3

– Тебе выдадут велосипед.

Мужчина, на значке у которого было написано «ДИМИТРИЙ. ДИРЕКТОР ИНКУБАТОРИЯ», показал на велосипедную стойку. Он встретил Клэр у входа, нисколько не удивившись ее появлению. Ему явно уже о ней сообщили.

Клэр кивнула. Она больше года не покидала пределов Родильного Дома и его окрестностей и не нуждалась в каком-либо транспортном средстве. Сюда она пришла пешком из района на северо-востоке, где селили Рожениц, прихватив с собой чемоданчик с вещами. Путь был недалек, и она знала дорогу, но по прошествии месяцев многое казалось новым и незнакомым. Проходя мимо школы, Клэр увидела детей, тренировавшихся на игровом поле, но никто, похоже, ее не узнал, хотя они и бросали любопытные взгляды на шедшую по дорожке посреди дня девушку – большинство в это время были на работе. Те, кому требовалось поддерживать форму, перемещались от одного здания к другому на велосипедах. Никто не ходил пешком. Маленькая девочка с лентами в волосах улыбнулась Клэр, оторвавшись от своих упражнений, и тайком помахала ей рукой. Клэр улыбнулась в ответ, вспомнив те времена, когда сама носила ленточки, но преподаватель что-то резко крикнул девочке, и та, скорчив рожицу, вернулась к назначенной ей гимнастике.

По другую сторону Центральной Площади, в Жилой зоне, Клэр заметила маленький дом, где она росла. Там теперь жили другие люди – недавно назначенная друг другу пара, возможно, ожидая…

Клэр отвела взгляд от Воспитательного Центра, куда, как она знала, забирали Плоды после рождения, обычно группами, чаще всего рано утром. Как-то раз, проснувшись на рассвете, она посмотрела в окно своей комнатки и увидела четыре Плода в корзинках, которых грузили в двухколесную тележку, прицепленную сзади к велосипеду. Проверив, что корзинки надежно закреплены, служащий Родильного Дома уехал в сторону Воспитательного Центра, чтобы доставить туда Плоды.

Клэр не знала, забрали ли уже ее собственный Плод, ее мальчика номер Тридцать Шесть, в Воспитательный Центр. В Родильном Доме всегда ждали какое-то время – иногда дни, а порой недели, – чтобы убедиться, что все хорошо и Плоды здоровы, прежде чем их туда передать.

Что ж, пришло время выбросить мысль о нем из головы. Вздохнув, Клэр двинулась дальше, мимо здания Департамента Юстиции. Там работал Питер, которого она когда-то знала как старшего брата – задиру. Если бы он выглянул в окно и увидел медленно идущую мимо девушку, узнал бы он Клэр? И не было бы ему все равно?