Лиза Стрелкова – Guide to Russian Spirits или На посошок (страница 5)

В сосновом бору уже вовсю была ночь, все птички и зверушки спали. В лагере наступило затишье перед завтрашней бурей. Гирлянды частично выключили, оставив освещенными лишь главные места, вокруг пели сверчки и далеко-далеко тихо гудела поздняя электричка. Каждые десять минут Лиза останавливалась и оглядывалась в сторону далеких ворот, надеясь, что вот-вот раздастся звук дребезжащей открывающейся калитки. Неимоверно скучно. Вот бы включить музыку снова, но многие студенты уже заснули, а звуки в дикой природе разносятся лучше. Лиза кружилась на месте, напевая под нос что-то про яблоки на снегу. Даня, увидев, как его напарница мается от безделия, вручил ей огромную пластиковую миску и марлю, чтобы выдавливать малиновый сок без косточек и мякоти.

Они уже нарезали лимоны, перелили водку в огромные пластиковые бутылки, чтобы там она настаивалась с ингредиентами, но ни одну настойку не могли закончить из-за того, что им вовремя не привезли ингредиенты. Сахар для каждой из настоек, лимонный сок для усиления настойки с лимоном, а имбирь в качестве дополнения для другой настойки с лимоном. Малину, наверное, было рановато давить, но напарница восприняла это предложение с энтузиазмом: «Будь готов — всегда готов!». Лиза оставила пальто в корпусе, поэтому поеживаясь, засучила рукава толстовки и схватила початую бутылку водки. Даня с немым ужасом наблюдал, как она льет спирт себе на руки, протирает их друг от друга. Ужасное расточительство! А вдруг первокурсникам не хватит!

— Это очень приятно, я даже не ожидала, – Лиза месила малину во всю силу, брызгая и пачкая все вокруг, «да ладно, потом вытру». Капли летели на стол, на одежду, попадали в глаза. Но настроение было бодрое! Ее напарник вздохнул и начал аккуратно нарезать мяту для лимонной настойки. В будущем барном меню будет всего три настойки со схожими ингредиентами: малиновая, лимон-мята и лимон-имбирь. Остальное место занимало шампанское, чистая водка, безалкогольные коктейли из колы и соков и минералка. Они хотели максимально воссоздать советские буфеты, может даже слегка театральные. Завтрашнего вечера уже ждали белые накрахмаленные шапки советских работников общепита, а для Лизы подготовили небольшой белый фартучек.

— Готовить в принципе приятно. В такие моменты понимаешь, что такое медитация и почему она расслабляет, — Даня нарезал мяту и прошелся по ней ножом плашмя.

— Какое твое любимое блюдо?

— Рататуй. Да, как из мультика, я просто очень люблю овощи, — он улыбнулся и вдруг замолчал, обнаружив, что уронил на землю ветку мяты и теперь она была вся в грязи. — Как бы тут убраться, вряд ли что-то получится подстелить. Производство должно быть стерильным.

— Кстати, забыла спросить, почему тут так много гирлянд? Откуда вообще электричество? — Лиза отряхнула руки и поменяла марлю. Она заметила, что забыла снять свое любимое кольцо, и теперь на нем и под ним — везде была малина, кусочками мякоти и косточками.

— О, я как раз уточнил у Арины все подробности. Хорошие вопросы ты задаешь, тоже стало интересно. Лагерь был закрыт с восьмидесятых, но им владеет частная организация «Спутник». Наши ребята получили разрешение на проведение мероприятия с условием, что мы максимально его отмоем и не сломаем ничего. И сделаем миллиард фотографий и видео, конечно. Эта организация хочет потом сдавать лагерь под мероприятия, а мы, получается, были первые желающие, да еще и умеющие в контент журналисты. Они решили вопрос с электричеством и привезли еще дополнительный бензиновый генератор. И на выходных лагерь тоже будет охранять и осматривать сторож, который живет неподалеку, — Даня сдул челку со лба, взбалтывая водку с лимоном.

— Почти даром достался, — Лиза восхитилась тому, что они первые переступили этот порог, который был нетронутым столько лет.

— Да, но это логично, наверное. Все ради пиара. Место туристическое, Волга, сосновый бор, красивый советский антураж… Я бы сказал, что это будущий модный санаторий, если дела у них пойдут в гору.

— Да, сейчас хипстеров как грязи….

Лиза с Даней одновременно обернулись на резкий скрип калитки, раздавшийся на весь лагерь. Никого не было видно. Скрип повторился, более протяжно, как будто калитка распахнулась. И все затихло. Даня смело вышел из барной зоны и быстро пошел в сторону калитки. Лиза посмотрела ему в спину так, будто ее предали («не бросай меня тут одну»), а потом побежала следом. Она оглянулась назад, раздумывая, не взять ли бутылку для обороны, но поняла, что не сможет так просто опустить ее на вражескую голову.

Даже в такое позднее время организаторы все еще ходили по территории, засыпая ямки и убирая огромные ветки под ногами к краю забора. Пара человек хозяйничали в столовой и «Пищеблоке», оттирая грязь и выбирая из груды барахла целые тарелки и половники. Алена где-то двадцать минут назад прибежала к ребятам в бар, грустно плюхнулась на стул и сообщила, что в холодильнике мышь повесилась. И судя по ее тону — буквально. Она ушла обратно, сетуя на то, что приходится работать больше, чем они изначально рассчитывали. Остальные спали, или находились где-то далеко на территории, уже без особой цели, точечно. Калитку могли открывать разве что студенты с продуктами. Ради них вход и оставили открытым на ночь.

Даня остановился под ближайшей ко входу гирляндой, пытаясь разглядеть, что происходит впереди. Лиза скосила глаза на наручные часы Дани и нахмурилась. Электричка пришла так рано? Или они бежали через лес до них? Если бежали… то от кого или от чего?

— Ира? Что с тобой? Обещала же приехать вовремя. Мы тебя обыскались и пришлось поднимать всех на уши с продуктами, тут же еще связь не ловит, — вдруг громко и по-отечески пожурил Даня, вглядываясь в темноту. Ли подняла брови, потому что Ирой вроде бы звали ту самую пропавшую девушку с кухни. Которая их подставила и не приехала вовремя. Явилась, не запылилась!

Неожиданно, в голову пришло ругательство, которое любила произносить покойная бабушка, да еще говорила бабуля его часто и со вкусом — марамойка. Но Лиза отмахнулась, не уверенная, что это слово подходило к контексту. Ком в горле от тревожных мыслей про посторонних, зашедших к ним в темноте, ушел сам по себе. Свои.

— Простите, я сначала перепутала электричку, выехала с опозданием, а потом вообще заснула в вагоне, пропустила остановку и уехала далеко, до самой Запрудни, — из тени вышла хрупкая девушка в белой рубашке и юбке, прикрывающей колени. Белая кожа, огромные темные глаза и балетки на ногах. На рубашке было нескольких небольших пятен грязи, а рыжие волосы, кажется, изначально закрученные в локоны, растрепались так, что напоминали прическу домовенка Кузи — и в них запуталось несколько сухих листочков. Ира выглядела так, словно ее рубашкой вытерли ноги, а ее головой подмели дорогу от осенней листвы. И лица на ней не было, такое бледное и уставшее.

— С тобой все нормально? Что случилось? — Лиза аккуратно подошла к ней и прикоснулась к руке, оказавшейся неожиданно холодной и влажной. От мертвецкого холода ее передернуло. — Ты замерзла? Где твоя сумка?

— Со мной все хорошо. Даже нет, не так… Мне никогда не было так хорошо!

Она замолчала, будто сделав паузу для того, чтобы насладиться моментом. Глаза закрылись, губа была прикушена, на щеках от улыбки появились две ямочки. В сочетании с растрепанным видом это было дико. Очень дико. Глаза распахнулись, и Ира быстро-быстро заговорила срывающимся голосом.

— Я так рада быть здесь! Просто ужасно непутевая, не складывается у меня с электричками. Знаю, звучит абсурдно, понимаю. Я сама в шоке, какая я дура. А вам еще не позвонить… Ой, сумка у калитки, сейчас принесу. Калитка тяжелая, пришлось поставить баклажку и двумя руками дернуть. Сразу подскажите, где моя кровать?

— Чего-чего?

Бурный поток речи прервался. Ира посмотрела в сторону лагеря, и Лиза увидела, что ее зрачки сильно расширены, хотя они стояли прямо под гирляндой. От рассеянного пустого взгляда Иры затылок покрылся холодной липкой влагой. Что с ней? Что за чертовщина? На нее напали? Кого разбудить? Доедет ли сюда вообще полиция? Скорая помощь? Мозг выдавал множество тревожных идей, одну за другой, но отказывался придумывать им объяснения. Лиза прерывисто вздохнула, не зная с чего начать. Она не знала Иру достаточно близко, но видела иногда в библиотеке, на парах. Девушка никогда не поднимала глаз от книги или от тетради. И до сегодняшнего дня выглядело вполне обычно.

Даня накинул на Ирины плечи свою тонкую рубашку (под которой оказалась черная футболка), чем вызвал робкую улыбку. Девушка уютно укуталась и широко зевнула. Посреди ночного свежего воздуха вдруг пахнуло перегаром. Лиза принюхалась — но запах исчез. Показалось, что ли?

— Сделать тебе чаю? Крепкого, с сахаром? — шепнула Ли, наклонившись к Ире. Та мило улыбнулась и замотала головой.

— Ребят, все нормально. Я просто очень волновалась и потерялась. Села не на ту электричку, потом поняла это и пыталась найти расписание новой, потом быстро перебегала между поездами и… и…

— И все, — раздался знакомый голос сзади. А потом забренчали многочисленные цепочки, бившиеся о ключицы при каждом широком шаге. На Лизином сердце стало чуть легче. Это идет ее любимый дядя Степа.