Лиза Марклунд – Трясина (страница 35)

В дверях комнаты Свена появилась Хелена.

– Привет, Свен! Как я рада познакомиться с тобой. У тебя новая машинка?

Свен обернулся, покосился на нее. Потом протянул «Феррари». Хелена театрально ахнула.

– О, какая прекрасная машинка! Вся красная! Можно мне ее подержать?

Свен положил машинку в ее протянутые ладони. Она с интересом поднесла ее к лицу.

– Что за модель? – спросила она.

– «Феррари тестаросса купе», – снисходительно ответил Свен, показывая, что Хелена ничего не понимает.

– Она быстро ездит?

– Очень-очень быстро, – ответил Свен, забирая машинку.

– Идите ужинать, – позвала их Карин.

Она нажарила фрикадельки из лосятины и приготовила картофельное пюре с маслом и мускатным орехом. Маркус уплетал за обе щеки, а вот Викингу кусок в горло не лез.

– А где Густав? – спросила Хелена.

– Начался сезон охоты на лося, – ответила Карин.

– Они живут в охотничьем домике на горе Польберг, пока не отстреляют большую часть квоты, – пояснил Викинг.

После еды Хелена уложила Маркуса в старой детской кроватке, поставленной в гостевой комнате. Свен ушел к себе, Карин и Викинг сидели на диване, глядя на дождь за окном.

– Завтра в девять вы можете пойти подписать контракт на квартиру и забрать ключи, – сказала Карин.

Викинг кивнул. Его не покидало чувство, что он летит в пропасть.

– Отлично, – сказал он.

– Правда? – спросила мама.

Он тяжело вздохнул.

– Мы не могли жить дальше в Хелениной крошечной двушке, нам было там невыносимо тесно. А найти чего-нибудь побольше не удалось. Просто невозможно!

– А купить виллу было никак?

Он хотел рассмеяться, но стиснул зубы. Люди, живущие в Норрботтене, не могли взять в толк, что даже обычная квартира в Стокгольме стоит несколько миллионов.

– Тебе ведь нравилась твоя работа?

После окончания академии он работал в Норрмальме, ему предложили оформиться в наряд на постоянной основе. Это самая престижная полицейская работа в Швеции. Он отказался.

– Здесь спокойнее, – проговорил он. – И Маркусу здесь будет лучше. Да и у Хелены тут жизнь будет постабильнее, ей не придется ездить работать по разным местам, как раньше…

Он смолк.

– Вы всегда можете изменить свое решение, – сказала Карин.

Густав вышел на пенсию раньше времени. И это все решило. Рухнул его последний аргумент против возвращения – что он не сможет работать с отцом.

– Им удалось что-то выяснить про того мужика, которого нашли мертвым в Стурфорсене? – спросил Викинг.

Карин покачала головой.

– Кажется, нет, – ответила она. – Это будет первое дело, за которое тебе придется взяться.

Викинг поднялся.

– Пойду лягу, – сказал он и поцеловал мать в лоб.

Войдя в квартиру, Хелена ахнула. Восемьдесят семь квадратных метров, три комнаты, кухня и ванная комната с настоящей с ванной. В гостиной окна до полу, свет заливал комнату.

– О боже! – воскликнула она. – Тут все еще роскошнее, чем я думала.

– Судя по всему, только после ремонта, – ответил Викинг, пристраивая в ванной комнате пеленальник.

Ее шаги эхом отдавались в пустой квартире. Она проводила кончиками пальцев по подоконникам и дверным косякам. Зашла в кухню, включила кран.

– И холодильник, и морозильник! – воскликнула она. – И место для посудомойки!

Она вышла к нему в прихожую, запустила руки ему под свитер и поцеловала его.

– Нам здесь будет хорошо, – сказала она.

Он кивнул, но ему хотелось плакать.

– Пойдем, – шепнула она. – Возьми меня в кухне на столешнице.

27 августа 2020 года, четверг

В прежние времена – вернее, до конца прошлого тысячелетия – существовали большая больница в Будене и большая больница в Лулео. Поскольку расстояние между этими городами составляет всего три мили, стало ясно, что больниц многовато – в этом вопросе все стороны, все политические партии были единодушны.

Вопрос заключался только в том, какую из них закрыть, а какую оставить. Много лет по этому поводу шла дикая ругань. В конце концов в неизменной партии власти Норрботтена – Социал-демократической – все настолько переругались, что регион грозил распасться на два лагеря.

Тут на сцену вышел Сильный человек[13] партии и решил дело. На тот момент он возглавлял муниципальный совет города Питео и обладал безграничной верой в собственные способности. За два миллиарда средств налогоплательщиков он решил попросту закрыть обе больницы и построить новую на полпути между двумя городами. Мощный шаг, чтобы не допустить раскола в партии, и отличный трамплин для его дальнейшего успеха – министр, член правления, директор банка и т. д.

Таким образом, самое современное учреждение здравоохранения в Европе оказалось в чистом поле неподалеку от Сёдра-Сундербюн – небольшого поселка, имевшего до конца 80-х годов отрицательный прирост населения и весьма мрачное будущее.

«Да уж, шведское стремление к компромиссам в своем самом худшем варианте, – подумал Викинг, заезжая на парковку и паркуя машину перед отделением онкологии. – Если никому ничего не достанется, то все будет по справедливости».

Парковка у больницы стоила восемь крон в час, 70 крон в сутки или 180 в неделю.

Викинг не стал платить, направился к главному входу. Он приехал прямо из аэропорта Каллакс, поэтому прибыл раньше назначенного времени. Зайдя в кафетерий, он изучил, что там предлагалось: кофе, пироги с разогревом в микроволновке и рулеты, сохранявшие свежесть вот уже десять лет. Взял себе травяной чай с куском пиццы, сухие хлебцы и обе вечерние газеты. Уселся в самом дальнем конце, максимально далеко от людей и дверей. Он и забыл, как сильно ненавидит больницы. Есть риск, что он протянет ноги от одной жалости к себе.

Он пробежал глазами первые страницы газет. Коронавирус распространялся по Европе. Фильму «Туристическая поездка» исполнялось 40 лет. У подруги кронпринцессы прошел девичник. Кроме того, ему пообещали советы, как избавиться от грибка стопы.

Выбросив газеты в мусорную корзину, он поднялся в отделение и уселся ждать. Задерганная женщина-врач объяснила ему, что будет означать «хирургия в понедельник». Эзофагоскопия, ринофарингоскопия с биопсией и тонзиллоэктомия. Ему пришлось спуститься в лабораторию и сдать кучу анализов.

Из больницы он вышел с таким ощущением, словно его выпустили из тюрьмы.

Под одним из стеклоочистителей торчала квитанция на штраф.

Викинг бросил ее в бардачок. Карина Бюрстранд в понедельник аннулирует.

Он сообщил Роланду Ларссону, что ему предстоит операция, но не сказал, какая именно. Теперь придется всем рассказать. Полицейскому руководству региона, Роланду, маме Карин, Маркусу. Роланду придется взять на себя его работу. Облучения у них в регионе не делают – ему придется переехать в Умео?

Выехав на трассу, он направился в сторону аэропорта Каллакс.

Стоянка такси в аэропорту Арланда представляла собой целый муравейник случайных перевозчиков. Викинг читал о наивных туристах, которым приходилось платить десятки тысяч крон, чтобы добраться до центра Стокгольма. Он выбрал одного, логотип фирмы которого был ему знаком, и попросил заранее назвать цену.

– Куда поедем?

Он попросил шофера отвезти его к Нюбруплан. Молодой парень за рулем забил в таксометр мало-мальски приемлемую сумму и стартовал.

– Домой едете, да? – спросил он, улыбаясь Викингу в зеркале заднего вида.

Неужели Викинг похож на человека, живущего рядом с Королевским драматическим театром? На одной из самых дорогих улиц Стокгольма.

– Нет, – ответил он и повернулся к боковому стеклу. Мимо пронеслась какая-то стройка – вокруг Арланды все время что-то строили.

– Стокгольм и правда удивительный город, – продолжал парень на диалекте, наводившем на мысль о равнинах Вестйёталанда. – Я учусь в КТИ[14], прохожу базовый технический курс. Дико интересно. Космос – это мое. Может быть, устроюсь потом на работу в NASA.