Лиза Лазаревская – Цветок для хищника (страница 90)

— Только не потому, что он обижал меня, София, — объяснила я, потянувшись вперёд и взяв её за руку. Девушка поддалась и села на край кровати. — И я бы никогда не заставляла тебя расплачиваться за наши с ним отношения. Хоть это и не важно. Он всегда был со мной тем мужчиной, о котором я боялась думать даже в самых смелых мечтаниях.

— Почему тогда...

— Потому что моя жизнь рушится, — заплакала я, не дав ей закончить вопрос. Я никому не могла рассказать о произошедшем.

Дамиану — потому что не хотела, чтобы он увидел меня в том свете, в котором они меня выставляли. Грязной, противной шлюхой, ртом которой пользовался весь детдом.

Родителям — потому что меня травили те самые люди из детского дома, о которых они годами заботились. Я не хотела ставить их перед выбором.

Элине — по той же самой причине. Она ещё больше расстроится.

Но прямо передо мной появилась София, похожая на спасательный круг. Она обнимала меня и гладила по голове, пока я рыдала, прижимаясь к её плечу.

— Я никому об этом не говорила.

— Поделись со мной, Ася. Мы обязательно что-нибудь придумаем, я тебе обещаю.

— Я не могу... Не могу...

— Пожалуйста... Я тебе помогу, слышишь? — умоляюще прошептала девушка. — Это связано с тем, кто толкнул тебя?

Ей тоже сказали, что меня толкнули.

София вряд ли могла чем-то мне помочь, но я просто не выдерживала больше находиться один на один со своим горем.

С правдой, которую от всех скрывала.

— Я съехала сама, София.

— Что?.. Это было случайно?

— Нет, не случайно. Я съехала сама, из-за чего у меня случился выкидыш.

— Выкидыш?.. — переспросила она, не в состоянии скрыть ужаса в голосе. Я подняла голову и увидела, что теперь слёзы скатывались по её щекам тоже.

— Пожалуйста, поклянись никому не говорить. Особенно брату.

— Ася, я... — девушка тянула с ответом, заставляя меня засомневаться. — Постараюсь.

Мне не стоило говорить дальше, но всё-таки...

Я продолжила:

— Меня шантажируют, София. Ребята из моего детского дома завезли меня в туалет и сделали фотографии со мной. Ужасные фотографии, где я... — проговорить вслух оказалось сложнее, чем казалось.

— Что они с тобой сделали, Ася?

Я покачала головой.

— Они обещали показать эти фотографии Дамиану. И не только ему. Обещали выставить меня... шлюхой.

— Господи... Почему ты говоришь об этом только сейчас?..

— Я не хочу, чтобы он видел меня такой...

— Господи, боже, боже! Ася, они бы ничего ему не показали! Показать это — признаться в своём преступлении. Он бы убил их, ты же понимаешь? Они просто пытались тебя запугать таким образом!

— Ты не понимаешь.

— Я всё понимаю. Меня тоже шантажировали. Я тоже боялась и мне было стыдно признаться в этом, но мне пришлось.

Ещё никогда раньше я не видела Софию настолько серьёзной. Она говорила правду? Её тоже когда-то шантажировали?

— Что эти твари от тебя хотели? Денег?

— Да. Они требовали их к понедельнику.

— Прошу тебя, не бойся. Они за всё ответят.

— Ты обещала не рассказывать Дамиану... Я не переживу, если он узнает, что они со мной сделали...

— Он должен узнать! — выпалила София. — Они надругались над тобой!

— Не кричи, прошу тебя.

— Ася, они должны ответить. Почему ты так боишься, что об этом узнает Дамиан?

— Потому что я и так калека, София! Потому что я не хочу быть ещё и противной калекой! Чтобы он постоянно представлял, как в меня совали свои грязные члены!

Большими пальцами обеих рук София смахнула сначала мои слёзы, а затем и свои. О чём я только думала, решившись всё ей рассказать? Я просто взяла и перекинула всю ответственность на её плечи.

Все мои решения в итоге оказывались неверными.

— Ася, никогда больше не говори и не допускай мысли о том, что мой брат может так низко подумать о тебе, — решительно заявила София. Мне стало стыдно перед ней. — Я была в похожей ситуации. Мне тоже было стыдно признаться и я не могла найти выхода, но стыдиться должны не мы с тобой, а эти нелюди. За то, что такие мерзкие мысли просто поселились в их головах, понимаешь? — София заключила мои руки в замок из своих. — Я знаю своего брата лучше, чем кто-либо. Я знаю, какую безумную любовь он испытывает к тебе. Знаю, что ты наполняешь его жизнь особым смыслом. И знаю, что он никогда не простит меня, если я сейчас промолчу и не расскажу ему, кто в ответе за то, что с тобой произошло.

Я задыхалась, понимая, что София не отступит, как бы сильно я ни умоляла её молчать.

Она всё расскажет Дамиану.

Я съехала с лестницы, убив нашего малыша, по одной причине — только чтобы он не узнал.

А в итоге...

Всё оказалось зря.

Я осталась жива, а Дамиан всё равно услышит правду.

— Ты позвонишь ему? Прямо сейчас? — спросила я, почувствовав, как София проходилась по моему лицу салфеткой — та сразу же впитывала в себя солёную влагу.

Девушка кивнула и пообещала вернуться через две минуты, перед этим спросив у меня имена. Три имени, которым ничего не стоило уничтожить мою жизнь.

Я сглотнула подступающую к горлу желчь.

Пальцы на руках в одно мгновение заледенели.

София действительно вернулась очень быстро, словно боялась оставлять меня одну. А я больше ничего не боялась — всё страшное было позади.

Кроме одного — как теперь он будет смотреть на меня? Что будет думать?

Я не знала.

И не хотела знать.

Глава 37

Утро субботы, сутками ранее

Дамиан

Очередная ночь без сна. В компании одного стакана виски и включённого ноутбука, которым я ни разу не воспользовался. Я сходил с ума от бессонницы. И от всего происходящего в моей жизни дерьма, которое поселилось внутри, словно злокачественная опухоль.

Цвет светофора с жёлтого быстро сменился зелёным — и за считанные секунды я набрал скорость в сто километров в час.

Сегодня я отменил все дела, но съездил на загородный объект. Хотел, чтобы дорога меня разгрузила. Хотел хоть на мгновение забыть, что она больше не желала меня видеть.

Нет.

Я был не в состоянии. Я помнил каждое её слово. Помнил, каким душераздирающим, пронзительным взглядом она смотрела на меня. Без слов, абсолютно беззвучно он показывал мне, как сильно я подвёл её.