Лиза Лазаревская – Цветок для хищника (страница 55)

Я попробовала перевести тему, чтобы эта витающая в воздухе грустная нота испарилась. Только я не сразу поняла, что открыла портал в ад.

В его глазах запылал огонь.

— Как насчёт букета, который тебе подарили, малыш? Ты узнала, кто это был? Или мне придётся обращаться в курьерскую службу, чтобы получить ответ?

Я была настолько подавлена, что после тех сообщений и думать забыла про букет. Утром после своего дня рождения я спросила о нём тётю Сеню, но все приглашённые ею гости пришли — поэтому она тоже не знала, кто прислал мне цветы.

Только Дамиану я этого не скажу.

— Это были знакомые тёти Сени и дяди Марата, как я тебе и говорила.

— Кто конкретно? — не унимался он, и кровь в моих венах закипела.

— Я не запомнила фамилию, но они не смогли прийти. И мне приятно, что ты ревнуешь меня, но это немного переходит все границы, Дамиан. Это всего лишь букет цветов, подаренный на день рождения.

— Я хочу знать, кто присылает моей девочке цветы.

— Ну всё, ты теперь знаешь.

— Я всё ещё не знаю.

— Дамиан, хватит! — я повысила голос, стараясь звучать серьёзно. — Прекрати ревновать, пожалуйста.

— Я не могу прекратить, Ася. Я думал, что смогу обуздать себя, что буду в состоянии держать свою ревность под контролем, но, очевидно, был не прав. Когда дело касается тебя, я перестаю мыслить рационально. Я вообще перестаю мыслить — мой пульс только и может, что отбивать твоё имя. Я ревную, как бешеный, как ненормальный, как псих.

— Это ненормально, Дамиан...

Его неадекватная ревность совсем мне не льстила, ведь она могла съедать его, а мне бы этого совсем не хотелось.

— Я не хочу пытаться изменить тебя, но хотя бы прекрати ревновать там, где это совсем неуместно. Очень прошу тебя.

— Я постараюсь, малыш.

— Спасибо.

Я потянулась к лежащему на тумбочке телефону, чтобы проверить сообщения. Дядя Марат должен был вернуться домой под утро, где-то часов в восемь-девять, поэтому мы с Элиной договорились встретиться в семь утра в кафе недалёко от дома. Мне было так неудобно оставлять её, ведь она повела меня в клуб специально, чтобы отвлечь от грустных мыслей. Но даже в этом она отнеслась с пониманием.

— Ты не забыл, что нам рано вставать? — сонно пробубнила я.

— Я вообще не планирую спать.

— А что ты планируешь?

— Смотреть на тебя.

Дамиан поднимал моё настроение, когда я ловила на себе очарованный взгляд.

Неужели я могла вызывать такую реакцию?

— Но прежде чем ты заснёшь, я приготовлю ночной перекус.

— Перекус? Зачем?

— Просто, чтобы был?

— Дамиан, это совсем не обязательно!

— Обязательно, Ася.

Я осталась лежать в огромной кровати, когда он, голый, пошёл готовить мне перекус. Он замечал любые мелочи, связанные со мной?

Его отсутствие длилось недолго.

Мужчина стоял передо мной полностью обнажённый, что заставляло мои щёки пылать ярким пламенем.

— Ты не мог бы надеть трусы? Я ещё не привыкла к этой... этому... к нему, в общем.

Рассмеявшись, Дамиан достал из шкафа одежду.

— Достаточно было только трусов, — сообщила я, когда он натягивал на себя штаны.

— Мне нужно сходить в магазин. В моём холодильнике слишком скудный выбор для перекуса.

— Дамиан, господи, нет! Не нужно идти покупать мне еду! Я ничего даже не буду есть!

— Если не захочешь — не будешь. Но твой перекус будет стоять на твоей тумбочке. Ты скажешь, что предпочитаешь?

— Я ничего не скажу. Не нужно никуда идти.

— Тогда я выберу сам.

Он поцеловал меня в макушку, после чего пошёл к выходу.

— Я скоро вернусь, малыш.

Каждый раз, когда я думала, что моя влюблённость в этого мужчину достигла передела, он заставлял мои чувства подниматься ещё выше.

***

— Какого хрена ты делаешь в моей квартире ночью? — я услышала недовольный голос Дамиана.

Правда, недовольный — это мягко сказано. Если бы его тон был направлен на меня, я бы разревелась. Но он говорил тихо, словно стараясь меня не разбудить.

Я заснула сразу же, как только он вернулся, и не имела ни малейшего понятия, с кем он разговаривал сейчас.

— Где ты взяла ключи? Ты что, сделала дубликат?

— Разве это имеет значения? — женский голос.

Сладкий, манящий.

Она флиртовала с ним. У меня складывалось ощущение, что я знала обладательницу этого голоса — как минимум её имя.

— Это имеет значения. Возвращай мне ключи и выметайся отсюда, Марина.

— Я не верю, что между нами всё закончено! — выпалила она.

— Заткнись, нахрен! Между нами не было ничего, кроме секса. Я никогда не давал тебе надежд на что-то большее.

— То, что мы спали, уже было моей надеждой!

— Заткнись, я тебе сказал.

Господи, он был так груб, что мне стало её почти жаль.

Я услышала резкий крик, похожий на рыдания.

— Пожалуйста, давай попробуем ещё раз, — просила она, истерично рыдая.

— Марина.

— Ты кого-то нашёл себе, да? Она здесь, правда?

Тогда я услышала странный звук, грохот, словно сюда на бешенной скорости бежал человек. И я оказалась права.

Девушка влетела в спальню. Включив свет и увидев меня, лежащую на кровати и прикрывающую наготу одеялом, она застыла на месте. Она походила на девушку с обложки журнала — длинноногая, длинноволосая блондинка, с ярким макияжем и на каблуках.

Она смотрела на меня с презрением.