Лиза Лазаревская – Цветок для хищника (страница 20)
Перекурив, я встал и подошёл к окну, перед этим снизив температуру кондиционера ещё на один градус. Всё моё тело горело, поэтому пришлось снять пиджак и расстегнуть две верхние пуговицы рубашки. Мой офис находился на двенадцатом этаже, поэтому огни ночной Варшавы почти ослепляли глаза.
Я больше не мог распылять своё внимание на ненужную хрень. Моя ладонь скользнула в карман брюк и достала телефон. Разблокировав его, я увидел, что пропущенных нет. За всю прошедшую рабочую неделю один-единственный раз она позвонила мне первой — при этом удосужившись сразу же сбросить вызов. Но это было не важно — Ася думала обо мне, если решила позвонить мне. Я, чёрт побери, хотел, чтобы она думала обо мне.
Так хотел, чтобы у неё никогда больше не было поводов для грусти, но сам факт того, что я был тем, кого она хотела услышать в момент отчаяния, дробило моё сердце.
Наконец я позвонил ей, однако легче не стало — ведь долгие гудки буквально изнуряли моё сознание. Господи, возьми трубку, цветочек. Возьми, иначе я не переживу эту грёбанную ночь.
На седьмом я думал, как бы сдержаться, чтобы не кинуть телефон в стену, но её голос успокоил демонов, захвативших мой рассудок.
— Дамиан, — ответила она, и могу поклясться, я расслышал улыбку в её тоне.
Боже, она улыбалась, называя моё имя. Приятное тепло разливалось по всему моему телу, заканчивая пальцами ног.
Что она делала со мной?
— Привет, цветочек.
— Привет.
— Ты долго не брала трубку. У тебя всё в порядке?
— Да, просто долго тянулась к телефону на самом деле. Не думала, что ты позвонишь, — теперь в её голосе были явные намёки на грусть.
— Я звонил тебе каждый день, — напомнил я.
— И каждый день я так же думала, что ты не позвонишь.
Мой сжатый кулак прислонился ко лбу, я закрыл глаза и стиснул челюсти.
— Не рассчитывай на то, что я когда-то исчезну из твоей жизни, Ася.
— Мне бы не хотелось, чтобы ты исчезал, — моё сердце, как будто под кайфом, готовилось выпрыгнуть из груди на бешеной скорости. — Но...
— Но? Что?
— Нет, ничего.
— Ася, — громче обычного сказал я.
— Это слишком громкие слова. Мы ведь знакомы с тобой всего неделю.
— И посмотри, что ты сделала со мной за эту неделю, цветочек.
— Что я сделала? — снова проблески радости в голосе. Её настроение так быстро менялось — и мне бы хотелось зафиксировать его на том моменте, где она рада.
— Мне нужно увидеть тебя. Я перезвоню по видеосвязи.
Не успела она запротестовать, как я уже звонил ей по видеозвонку. Камера её телефона сразу включилась — и наконец мои глаза испытали наслаждение, которого были лишены почти с самого начала недели. Ася держала телефон не сильно близко, захватывая немного пространства вокруг. Позади ясно была видна мягкая спинка кровати. Распущенные волосы ниспадали на плечи. Даже сквозь экран телефона я видел, как её щёки розовели от смущения.
— Ты заполнила собой все мои мысли.
— Не думаю, что это так.
— Поверь, цветочек. Я слишком преуменьшаю. Ты под моей кожей, не только в мыслях.
Теперь она заливалась красным оттенком, но её светло-серые глаза светились, словно огни ночного города. На секунду она опустила голову, не сумев сдержать улыбки и прикусив нижнюю губу.
— Ты был сильно занят с утра?
Возможно, таким образом она спрашивала, почему я не позвонил ей, как обычно.
— Я не хотел сильно отвлекать тебя.
— Ты вовсе не отвлекаешь меня. Мне нравится, когда ты звонишь.
Мускул на моей челюсти дрогнул. За всю мою жизнь не было слов, которые ощущались бы так приятно. Но момент был испорчен громким стуком в дверь. Я не успел прийти себя от удовольствия, которое она позволила мне испытать. Дверь открылась.
— Дамиан Станиславович, можно? — радостно пробормотала секретарша. Я не поворачивался, лишь периферическим зрением заметил, как она застыла в дверном проёме.
— Я занят, — сжато сказал я, проклиная всех мёртвых и живых, которые могли отвлекать меня от Аси — тем более в моменты, когда она находилась так далеко.
— О, извините, я просто...
— Рабочий день окончен. Ты можешь идти домой, — раздражённо выдохнул я. Учитывая, что её рабочий день был закончен примерно минут тридцать назад и она отдала мне всю документацию, я злился ещё больше.
— Извините, — бросила она, захлопнув за собой дверь. Ася наблюдала за происходящим так, словно смотрела захватывающую сцену в фильме.
— А кто это был?..
— Моя секретарша.
Печальная улыбка коснулась её губ.
— Красивая?
Я ухмыльнулся.
Ася была такой невинной. Совсем не тот тип женщин, которых я привык видеть в своей постели. Она была ангелом, созданным для того, чтобы её боготворили, уважали и целовали ей ноги, даже если они могли это не почувствовать.
— Ты так мило ревнуешь, цветочек.
— Я просто интересуюсь, — пухлые губы сжались в тонкую линию, на мгновение она отвела взгляд. — Ты не ответил.
Было много красивых женщин, но с её появлением в моей жизни они все перестали существовать, стали безликими, мутными пятнами, внешность которых я не смог бы рассмотреть даже при большом желании. Но желания не возникнет. Потому что ни в ком из них не было её глаз цвета пасмурного неба.
Никто из них не был
Это походило на тупую шутку — я погибал, не слыша её голос несколько часов, а она ревновала к какой-то секретарше.
— Не ответил, потому что это не стоит твоего внимания.
— Замечательно, — она расплылась в довольной улыбке, из-за чего моё сердцебиение ускорилось. Я надеялся, что она расскажет мне хорошие новости. Это всё, чего я хотел сейчас — помимо моего нового перманентного желания выкрасть её и увезти подальше от людских глаз. — На самом деле, у меня есть новости.
Ася точно умела читать мои мысли. Она так сильно чувствовал, что именно я хотел узнать.
— Хорошие?
— Да, я бы хотела поделиться этим с тобой.
— Я внимательно слушаю.
— Я уже говорила, что мне почти есть восемнадцать.
Осознание этого немного смягчало мысли о том, что я грёбанный педофил, если влюблён в несовершеннолетнюю.