Лиза Дэлби – Гейша (страница 1)

Лиза Дэлби

Гейша

Liza Dalby

GEISHA

Copyright © Liza Dalby, 1983

© В. В. Симаков (наследник), перевод, 1999, 2025

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство АЗБУКА», 2025 Издательство Иностранка®

Серийное оформление и оформление обложки Александра Андрейчука

Перевод с английского под редакцией Нины Беляевой

Предисловие

Гейши и антропология

Это книга о гейшах. Обращена она к тем, кого интересует загадочный и волнующий образ женщины Востока. С другой стороны, это книга о культуре Японии. Кто такая гейша и чем она занимается, можно понять, только рассматривая ее в общем культурном окружении. А значит, следует познакомиться с японскими обычаями, историей, правом, религиозными верованиями, одеждой и пищей японцев, их музыкой, эстетикой и тем, в чем среди всего прочего выражается их самобытность; без всего этого невозможно понять, кто же такие японские гейши. Вместе с тем в мои планы вовсе не входило из всего того, что составляет понятие гейши и связано с ним, пытаться сконструировать некую общую схему или теорию, которая помогла бы познать Японию. Феномен гейши лишь дает возможность проникнуть в сущность того, что представляют собой японцы и их страна.

Гейша вовсе не является особым сектором более обширной сферы жизни, скажем, японского общества в целом, она не есть его символ или типичный представитель. Но гейшу также не отнесешь к маргинальной субкультуре в области национального бытия. Гейши глубоко укоренены в японской культуре; в Стране восходящего солнца их считают «самой японской» из всех других групп населения, поддающихся идентификации. И вместе с тем это особый социальный типаж, который можно понять только в том случае, если учитывать его отличия от представителей прочих слоев общества.

Главная особенность гейши состоит в том, что она – антипод жены. Гейша резко отличается от жены во всех отношениях, и в каждом они полные противоположности. Если гейша выходит замуж, она перестает быть гейшей. С точки зрения японского мужчины, гейша и жена хорошо дополняют друг друга – в этом заключен смысл их параллельного существования. Хотя жена часто имеет профессию и работает вне дома, социально она прикована к нему[1]. В отличие от американцев, японские супруги крайне редко выходят из дома парой. Кроме того, любовь у японцев вовсе не обязательна при заключении брака, даже если он считается идеальным. Гейша должна быть сексуальной, в то время как жена может оставаться ледышкой; первая обязательно артистична, вторая бесцветна; первая весела и остроумна, вторая скучна и серьезна. Однако следует иметь в виду, что все эти противопоставляемые свойства в Японии самобытны; скажем, сексуальность там понимают несколько иначе, нежели в Америке и Европе.

Суть ремесла гейши наверняка приведет иностранку в негодование. «Игрушка для мужчин!» – скажет она, и тем самым профессия гейши будет заклеймена навечно. С точки зрения стороннего наблюдателя, для которого мужчина в Японии во всех отношениях занимает однозначно доминирующее положение, такое раздвоение женской роли дает японкам право считать свое положение несправедливым. Почему жена не может проводить время вне дома с мужем? Почему гейше нельзя заключить брак и устроиться на обычную работу, как всем? Зачем вообще нужны эти гейши? Но в Японии жены и гейши относятся к подобным вопросам по-разному, и это различие не объяснить непониманием или превратными представлениями.

В этой книге основное внимание уделяется мировоззрению гейш. Естественно, на него влияет то, как жены относятся к гейшам, и то, как сами гейши воспринимают мнение жен. Хотя гейшу никак не назовешь феминисткой, она по иронии судьбы сумела обрести экономическую самостоятельность, добилась известной власти и влияния исключительно благодаря себе. Гейша пользуется свободой, недоступной для жены, и планирует карьеру, не боясь оказаться выброшенной на улицу в тридцать пять лет (во многих компаниях это верхний возрастной предел для служащей или секретарши). Я не могу разделить мнение западных феминисток о том, что гейша – рабыня-наложница, и не считаю эту профессию умирающей или подлежащей ликвидации, если речь идет о равноправии женщины с мужчиной. У читателей может быть своя точка зрения, я же попыталась нарисовать картину того, какой гейша видит себя самое и какое место отводит себе в японском обществе.

В качестве антрополога я собирала материал для книги о естественных условиях жизни гейш, как говорят в нашей науке, в поле: поехала в Японию и жила среди гейш. Мои знания карюкай – «мира ивы и цветов», как называют сообщество гейш, – почерпнуты из самых разнообразных источников. Я разговаривала с гейшами, бывшими и нынешними, владельцами заведений с гейшами, представителями четырнадцати ведомств, регистрирующих гейш в разных городах Японии. Иногда беседы были недолгими, в других случаях проводились многократные встречи в течение тех четырнадцати месяцев, которые заняли у меня полевые исследования. Иностранцу гейша может видеться совершенно определенным явлением, имеющим строгие границы и свойства, а в Японии гейш великое разнообразие, как форм и оттенков у розы. Чтобы разобраться в этих различиях, я разослала по четырнадцати общинам гейш опросные листы и получила ответы от ста участниц.

Анкетирование и беседа считаются стандартными методами исследования. К таковым же у антропологов относятся прямое общение и личное участие в повседневной жизни исследуемой группы. Ради этого я и примкнула к коллективу гейш общины Понтотё в Киото. Лично мне термин «исследование» не нравится, поскольку он предполагает известную эмоциональную отстраненность, якобы необходимую для полной объективности. Мне же позволили приобщиться к жизни этих женщин, за что я очень благодарна. Я старалась вникать во все, что происходило в моем окружении, однако очень скоро поняла: отдаваясь новой жизни всей душой, я оказалась не в состоянии сохранять требуемую дистанцию между собой и предметом исследования. Обучение ремеслу гейши захватило меня целиком. Объективность, подведение итогов и анализ собственного опыта пришли гораздо позже.

И все же книга моя остается глубоко субъективной, я много места отвела откровенному изложению личных переживаний. Выражаясь точнее, описанию своего опыта в качестве гейши Итигику я отвела не меньше места, чем описанию жизни настоящих гейш, изучением которых я занималась все это время. Не хочу притворяться, что была наблюдателем-невидимкой, что смотрела со стороны и безучастно записывала все, что происходило у меня на глазах; было бы просто бесчестно утверждать, будто мое присутствие никак не влияло на отношения между людьми, которые меня интересовали. Наоборот: во время пребывания в роли гейши Итигику я сама стала знаменитостью, и меня интервьюировали так же часто, как я сама интервьюировала других.

В книге много внимания уделено гейше Итигику, и на то есть свои причины. Во-первых, мне хотелось показать, как женщина становится гейшей. Всякая новенькая должна пройти курс минараи – обучения путем наблюдения в особой японской школе, куда я с легкостью поступила. Встретили меня там спокойно, потому что для всех вокруг это было совершенно естественно: раз я хочу стать гейшей, курс минараи обязателен; более того, узнав о моем намерении серьезно познакомиться с жизнью гейш, они сами рекомендовали мне пройти обучение. Превращение аспирантки Лизы Крифилд в Итигику из общины Понтотё происходило постепенно, шаг за шагом, и в главах о собственном опыте я попыталась проследить это превращение. Поэтому на вопрос о том, как гейша становится гейшей, я отвечаю на основе личных впечатлений. Конечно, случай Итигику нетипичен, но типичной гейши и не существует.

Еще мне хотелось обрисовать испытанные мною, американкой, трудности, проистекавшие из различия культурных стандартов. Однако то, что вначале пугает как странное и непривычное, в повседневности ощущается вполне удобным и уместным. Так что в конце концов по ходу учебы японское мировосприятие пришло ко мне как единственно правильное и естественное. В книге сочетаются две позиции: с одной стороны, я выступаю как человек иного мира, которому важны объяснения; с другой стороны, я смотрю на происходящее изнутри и останавливаюсь на вопросах, которые для стороннего наблюдателя могут не представлять особого интереса, но кажутся любопытными и достойными внимания с точки зрения гейш.

Эту книгу можно считать этнографическим исследованием, описанием обычаев отдельной группы людей. Но я не собиралась составлять каталог привычек и нравов гейш в разных областях Японии. Всякое описание требует отправной точки, и я хочу объяснить свою. Эту книгу можно назвать интерпретацией этнографии; я поставила перед собой цель объяснить культурологический смысл и роль людей из мира гейши, предметов ее быта и тех ситуаций, в которых она оказывается. В некоторых случаях это требовало отклонений от темы (например, по поводу японского юмора), которые на первый взгляд могут показаться не имеющими никакого отношения к гейшам. И все же к какому бы вопросу культуры мы ни обратились – будь то личность гейши Сакурако, чайная церемония или введение гейши-ученицы в сексуальную жизнь, – его невозможно рассмотреть и тем более достоверно описать вне «паутины значимости», придающей этим вещам в «мире ивы и цветов» особый смысл.