Лия Султан – Анатомия страсти (страница 2)

— He’s in the shower.

Он в душе.

И в ту же минуту Арлан вошел в комнату в спортивных штанах. Волосы, как и обнаженный торс блестели от влаги. Азиатка, увидев его за спиной, томно улыбнулась, повернулась к нему и прощебетала:

— Hey, baby. Somebody is calling you from your country.

Быстро перевела в уме: “Эй, малыш, тебе кто-то звонит из твоей страны”.

Малыш? Она назвала моего Арлана малышом?

Увидев меня, он тут же изменился в лице и подняв ноут со стола, сказал произнес:

— Зачем звонишь, Майя?

Эта сталь в голосе меня поразила и ранила. Он говорил со мной, как с чужой, смотрел на меня со злостью, а я не понимала, что я сделала, чем заслужила. Ничего не ответив, закрыла крышку ноутбука и расплакалась. Было безумно больно от его предательства. Больно представлять, что он целовал, обнимал, ласкал ее также как меня.

Жестоко. Очень жестоко. Все слова о любви ничего не значили, все обещания оказались ложными, пустыми. Мы не прошли проверку, мы завалили этот экзамен. Он ушел вперед, я плелась в хвосте со всем своим самокопанием, рефлексией, девичьей мнительностью.

Что было дальше, даже вспоминать не хочется. Невыносимая боль, ожидание звонка, которого так и не было, слезы, просмотр его Инстаграма (соцсеть, запрещенная на территории РФ). Он не публиковал ничего личного, только фото больницы, конференций. Но по хэштэгам его клиники я вышла на ту самую азиатку. Как оказалось, японку. Она работала там медсестрой и запостила селфи с Арланом. Где-то в кабинете, с надписью “My wolf” - “Мой волк”.

И вот он здесь. Сидит рядом со мной, держит мою голову в своих ладонях, смотрит встревоженно. По-прежнему красивый, возмужавший и теперь чужой. Мой бывший любимый.

— Майя, — зовет меня Арлан.

Арлан… Его имя означает вожак стаи волков. Волк и есть.

— Майя. Ты меня слышишь?

Глава 2

— Майя, ты меня слышишь? — повторяет Арлан, всматриваясь в мое лицо. Брови хмурит, как раньше. Такой же обворожительный. Такой притягательный.

Стоп, Майя. Включай голову. Это все химическая реакция, не более. Ты же сама знаешь.

— Слышу. Мне надо встать, — отвожу взгляд и пытаюсь оттолкнуться руками от пола.

— Нет, сиди, — он хватает меня за плечи и смотрит сурово. — Сейчас терапевт тебя осмотрит.

Тоже мне, начальник нашелся!

— Не указывай мне, что делать. Я хочу встать. И руки убери.

Он демонстративно их убирает и поднимает на уровне глаз растопыренные ладони. Взгляд по-прежнему жесткий, тяжелый. Я не слушаю его и все-таки поднимаюсь на ноги, но внезапно кружится голова, перед глазами все плывет и я хочу схватиться за полку, однако рука не слушается, летит мимо, как и я, и в это мгновение меня ловит Арлан.

Секунда. Вторая. Третья. Все устремляется куда-то вниз. Я на краю обрыва. Вдруг становится оглушающе тихо, ведь бывший сжимает меня в объятиях и смотрит внимательно сверху вниз. Уголки его твердых губ дрожат. Мое сердце перестает биться, а громкий стук его я, кажется, слышу. У нас внушительная разница в росте и рядом с ним я всегда казалась малюткой. А ему это нравилось, он даже меня маленькой называл. Где-то в параллельной Вселенной.

— Ты все такая же, пчелка Майя. Очень красивая и жутко упрямая.

Подбородок дрожит, хочу ответить ему и послать в дальние дали, откуда он к нам приехал, но слова не идут, горло будто колючей проволокой скручивает.

— Арлан Тимурович, Наталья Михайловна освободилась, уже бежит, — наше уединение нарушает медсестричка, которая увидев нас в недвусмысленной позе, быстро закрывает дверь.

Арлан Тимурович… с чего вдруг столько чести?

Вашу Машу! Не может быть! Нет же, ну нет.

— Арлан Тимурович? Так это ты новый главный?

— Я, — расплывается в довольной улыбке, а мне хочется заехать кулаком по наглой роже.

— Посади меня! — требую.

— Куда? — недоумевает он.

— На голову себе! — рявкаю. — На стул, куда еще?

Только этого для полного счастья мне не хватало. Арлан - наш новый главный врач, а значит, мой босс. Человек, с которым я спала… Нет, не просто спала, а которого любила больше всего на свете, теперь мой руководитель. Он видел меня голой, я видела его голым. Боже, я уволюсь!

— Майя! Господи, весь центр на ушах, — терапевт Наталья Михайловна залетает в мой кабинет аккурат, когда Арлан сажает меня на стул. В коридоре взволнованные пациентки наблюдают за операцией по спасению репродуктолога, пока коллега меня осматривает.

— Наталья Михайловна, мне кажется, Майю Каримовну надо отправить в больницу.

— Надо, — соглашается она и светит мне в глаза фонариком.

— Не надо. У меня прием, пациенты! Я нормально себя чувствую.

— Вы не можете на ногах стоять, — возражает бывший. — Как вы будете работать?

— Головой, а не ногами, — огрызаюсь, а Наталья Михайловна бросает на меня удивленный взгляд.

— С головой у вас, похоже, не все в порядке, — парирует он, а терапевт переключается на Арлана и не понимает, почему мы с новым главврачом общаемся как кошка с собакой.

— Да что вы говорите? У меня просто ушиб. Это не сотрясение, да? — с надеждой смотрю на нашу коллегу.

“Майя, не пали контору”, — говорит мне внутренний голос.

Правильно, я не должна себя выдавать, но во мне кипит негодование, боль и обида. Почему он? Почему здесь? Почему сейчас?

Меня начинает тошнить, прикрываю рот ладонью и надуваю щеки. Страшно хочется вырвать.

— Ведро! — громко велит терапевт новому главврачу.

За секунду передо мной оказывается ведро, куда летит весь мой завтрак.

— Скорую вызывайте. Сотрясение, — заключает Наталья Михайловна. — В больницу тебе надо, Майя.

Все тело обдает то мелкой дрожью, то пламенем. И это не только из-за сотрясения мозга, я знаю. Протираю влажные губы тыльной стороной ладони и смотрю на бывшего исподлобья, пока он звонит в 103, обрисовывает ситуацию, называет адрес.

— Ложитесь на кушетку Майя Каримовна, — от его приказного тона по позвоночнику пробегает холодок.

— У меня пациенты, — я пытаюсь сохранить хоть какие-то остатки гордости, но меня снова тошнит.

— Ваших пациентов я беру на себя.

Нет, вы только на него посмотрите. Без году неделя в центре, где я работаю два года, и уже хочет взять моих пациентов на себя. Он всегда был самоуверенным. В прошлом мне эта черта даже нравилась.

— Вы не знаете, что нужно…

Не успеваю договорить, потому что в палату входит генеральный директор клиники - седовласый и крепкий Марк Эдуардович Фидлер — академик, светила, главный внештатный репродуктолог нашей страны. Я всегда мечтала с ним работать, а сейчас он смотрит на меня по-отечески строго, но спокойно, а я думаю лишь о том, что выгляжу ужасно и от меня пахнет рвотой.

Мне, конечно, везет как утопленнику.

— Майя, что здесь случилось? — поправляя очки, спрашивает он.

Обреченно вздыхаю, будто на плаху ступаю. Если уж Фидлер спустился, то плохи мои дела.

— Марк Эдуардович, форс-мажор. Суррогатная мать забеременела от мужа пациентки. В смысле естественно. В смысле, он изменял ей с ее троюродной сестрой. И они подрались.

Три пары глаз удивленно смотрят на меня. Арлан складывает мускулистые руки на груди и хмыкает:

— Весело у вас тут однако.

— Ну что ж, бывает, — генеральный разводит руками. — А ты?

— Я хотела их разнять, но отлетела к шкафу и ударилась головой… Ой, — как только вспомнила об этом, тут же почувствовала боль в затылке и головокружение.

— Я считаю, Майю Каримовну нужно отправить на скорой в больницу. А далее по ситуации. Но я бы рекомендовал больничный.