Лия Широкова – Бывший муж. По осколкам прошлых ошибок (страница 7)

Оля, улыбнувшись, выходит из кабинета. Я возвращаюсь к работе, закидывая мармеладки одну за другой, как будто они не конфеты, а маленькие порции энергии, необходимые для продолжения жизни.

Цифры и строки уже сливаются в одно пятно. Закрываю лицо ладонями, давая глазам отдохнуть. В тишине мысли выскальзывают из-под контроля и текут в опасном направлении — к фотографиям.

Становится дурно.

Мне кажется, что я физически могу потерять сознание здесь, среди табелей и актов. Шум в кабинете возвращает меня в чувства: коллеги возвращаются после обеда, их тихие разговоры, звуки клавиш — всё это создаёт фон, за который я цепляюсь.

— Лера, тебя вызывает Александр Николаевич.

Голос Марии Вадимовны, нашего главного бухгалтера, звучит так неожиданно, что я вздрагиваю всем телом. Поднимаю голову. Она стоит рядом, скрестив руки на груди, и ее обычно спокойное лицо теперь обеспокоенное.

— Зачем?

Директор никогда не вызывал к себе обычного бухгалтера. Все вопросы шли через Марию Вадимовну.

— Мне тоже это интересно.

В её глазах читается недоумение, смешанное с профессиональной настороженностью. Любое вмешательство сверху в её отдел она воспринимает как потенциальную угрозу ее занимаемой должности.

Сердце, и так еле перекачивающее кровь в эти дни, замирает, а потом начинает биться с новой, тревожной силой. Я поднимаюсь из-за стола, ощущая, как ноги стали ватными, и направляюсь в дальний конец коридора, к массивной двери с табличкой «Директор». Дверь приоткрыта. Я стучу костяшками пальцев.

— Войдите.

Александр Николаевич сидит за массивным столом, изучая какие-то бумаги.

— Здравствуйте.

Он на мгновение отрывает взгляд от документов, кивает на стул напротив.

— Юсупова Валерия Андреевна.

— Да, — опускаюсь на край стула, спина неестественно прямая.

— Вы попали под сокращение штата, — говорит он ровно, без эмоций, не отрывая взгляда от документов.

В ушах зазвенело. Я не поняла. Вернее, поняла слова, но их смысл отказался укладываться в сознании.

— Что? — только и могу выдавить я.

— Вот документы, — он протягивает мне через стол лист бумаги.

Я беру документ дрожащими руками. Соглашение сторон. Требование написать заявление по собственному желанию. Отработать две недели. Получить три оклада в качестве компенсации.

В моей жизни явно началась чёрная полоса. Она не просто началась, она расширяется, поглощая всё на своем пути — мужа, чувства, дом, а теперь и работу. Опора, последняя точка стабильности.

— Мария Вадимовна в курсе? — спрашиваю я, пытаясь найти хоть какую-то логику.

— Нет, — он откладывает остальные документы.

Странно. Я ничего не понимаю. Как так?

— А если я откажусь от соглашения?

— Давайте не будем создавать друг другу проблемы. Подписывайте, — протягивает мне ручку.

— Я плохо работала? — не унимаюсь я, чувствуя, как меня разрывает от несправедливости.

— Насколько мне известно, Мария Вадимовна вас ценила.

— Тогда почему я?

— Валерия, это не моя инициатива. Больше я вам сказать ничего не могу.

— Но…

— Если вы не подпишете, мне придётся вас уволить по статье.

Если это не его инициатива, значит, его кто-то заставил это сделать.

— Кто?

— Ваша фамилия сама за всё говорит.

Глава 7. Лера

Выскакиваю из кабинета Александра Николаевича, хорошенько хлопаю дверью. Неужели так просто можно уволить человека по чьей-то прихоти?

Юсупов.

Не укладывается в голове: как низко должен был опуститься Камиль, чтобы так подло поступить со мной. Думает, я побегу к нему, униженно приползу, потому что осталась без работы? Он что, перепутал меня со своей любовницей?

Подлетаю к своему рабочему столу, рывком открываю ящик, достаю пакет и начинаю сгребать вещи.

— Лера, что случилось? — из соседнего кабинета появляется Мария Вадимовна.

— Меня сократили!

— Как?! — тут же разносится по кабинету.

— Это какая-то ошибка. Я сейчас всё выясню.

— Никакой ошибки нет, — останавливаю её.

— Лера, что происходит?

— Я вышла замуж за мудака, который самоутверждается за мой счёт.

В наступившей тишине слышны лишь приглушённые вздохи и перешёптывания.

— Я ухожу на больничный. С сегодняшнего дня.

Хватаю сумку и выхожу из кабинета, не оглядываясь. Понимаю, что подставляю девочек и Марию Вадимовну, не передав дела, но мне так обидно, что сейчас плевать на всех.

До Ваниной квартиры добираюсь на автомате. Первым делом иду в его кабинет. Сажусь в кожаное кресло, открываю ноутбук. На сайте госуслуг заполняю заявление на развод. Детей нет. Общего имущества тоже. Значит, разведут быстро. Галочку о смене фамилии ставлю без колебаний. Я Дашевская. Прекрасная фамилия. Зачем я её сменила?

Захлопнув крышку ноутбука, чувствую странное облегчение. Выхожу из кабинета, направляюсь в свою комнату, как вдруг по квартире разносится громкий хлопок двери, а следом взволнованный голос Вани:

— Миш, это не случайность. Кто-то целенаправленно вставляет нам палки в колёса. Не могла же партия запчастей бесследно испариться после таможни.

Ваня, заметив меня, на миг замирает, но тут же продолжает говорить, проходя мимо меня в кабинет.

— Нет. До сегодняшнего дня с логистикой проблем не было ни разу. Узнай, кто подсуетился…

Дверь в кабинет закрылась, приглушив его голос. А у меня в голове возникает догадка. Это точно не совпадение! Конечно! Камиль понял, кто мог меня приютить. И решил дожать!

Вот же урод. У меня просто нет больше слов. Как будто это другой человек, и я никогда не знала его.

— Нет, — шепчу в тишине коридора. — Нет, так не пойдёт. Я ему устрою.

Одеваюсь и вылетаю из квартиры, направляясь в офис Юсупова. Ладно, он пытается испортить мою жизнь. Но зачем трогать других? Зачем портить то, что другим стоило столько усилий?

Как низко.

На метро я добираюсь быстро. Попытки остыть, обдумать план, взять себя в руки разбиваются о бетонную стену кипящей ярости. Она клокочет внутри, горячая и слепая, выжигая все остальные эмоции.

Охраннику показываю паспорт. Он ухмыляется и пропускает без вопросов. Действительно, волшебная фамилия. Чего я раньше ей не пользовалась?

Поднимаюсь по лестнице на второй этаж. Уверенной походкой подхожу к кабинету, где за два прошедших года была всего лишь однажды.