Лия Седая – В плену Бурана (страница 7)

Я злобно, сквозь зубы, сплюнул в ближайший сугроб. Нахрен мысли! Подхватил лопату, висевшую на гвоздях прямо на стене дома. Дал мышцам разогреться, раскапывая пикап. Ехать куда-то сейчас нет смысла, метет сильно. Даже вчерашней колеи между деревьев уже не видать. Но размяться и выплеснуть напряжение надо очень. Это крохе хорошо, она вчера кончила.

А я вот нет.

Даже не смотря на то, что она была вся горячая и готовая, я не настолько урод, чтоб натягивать девчонку на член против ее воли. Мне одной Марийки с замороченной головой хватает пока.

Спутниковый телефон в бардачке был ледяным на ощупь.

Твою мать, надо было занести в тепло! Я согрел батарею в ладонях, включил аппарат. Набрал номер по памяти и услышал греющие душу гудки.

– Это я. Как все?

– Да пока тихо, – мой человек в городе отозвался быстро и без капли удивления. Он звонка всегда ждал, даже пока я чалился за колючкой. – Работаем, как ты приказал.

– Понял, – я потер отросшую на подбородке щетину пальцами. – Пробей-ка мне девочку одну. Маслова София Борисовна, двухтысячного года рождения.

– Кто такая?

– Так это ты мне скажи, – хмыкнул я в трубку.

– Понял. Буран, тут, конечно, пока все стихло, но ты аккуратнее, ладно?

– Добро, мой заботливый товарищ, – захмыкать захотелось еще сильнее.

Прощаться не стали ни он, ни я. Не в привычке, все важное сказано.

Я постучал замолкшим аппаратом по ладони. Холодно, твою мать, как! Надо искать жрачку, Машу нужно кормить. И кормить надо мясом, а не бутербродами и блинами всякими.

Мой косяк, что подготовить дом не успели, да кто ж знал, что вот так все выйдет? Чувствовать себя загнанным в угол зверем мне не нравилось. Был бы один – я бы показал клыки этим гадам сразу же.

Но я не один, это ограничивает.

Вывалившись из салона, я открыл крышку багажника. Размотал брезент, достал из него новенькую винтовку. Хорошая игрушка, а, главное, не на меня оформлена. Такой же новенький Макаров пришлось засунуть под ремень и почти запрыгать на месте.

Ух-х, мля...

Холодный металл просто обжигал кожу, продирал до костей. Да твою же, я сейчас тут сальсу изображу какую-нить нахер экспромтом! Стиснув зубы, пришлось постоять и перетерпеть. Вспомнить жаркое тело крохи. Горячую влагу, в которую вчера до смерти хотелось окунуться и забыться. Согреться в податливом и ласковом женском теле.

Штормит тебя, Буран, шторми-ит...

Лишь бы не сорвало с голодухи, лишь бы...

Загрузив в карманы куртки патроны и телефон, я снова закрыл машину по привычке и пошел в дом. Убрал лопату, грохнув ею по стене случайно. И распахнул дверь, шагая в теплое нутро дома. Чтобы сразу же наткнуться на испуганную кроху, распластавшуюся по стене и с ужасом смотрящую на винтовку:

– Пожалуйста, не убивай!

Глава 6

– Соня, а дядя Вадя вернется?

Я посмотрела в голубые глазенки и покрепче прижала девочку к себе. Укрыла ее плечи толстым пледом, в который мы обе кутались, сидя на ее кровати.

Не для тепла. Для призрачного чувства безопасности.

Оставаться одним в пустом большом доме посреди снежного леса было жутко.

– Конечно, вернется, Маш. Обязательно вернется.

– А если он заблудится? – рассудительности ей было не занимать. – Вон, смотри, как темно на улице уже.

Я посмотрела.

За окном действительно стремительно темнело, а метель даже не думала будто успокаиваться. И мне тоже было до безумия страшно. Черт, мне даже на ужине с ворами в блатном ресторане, куда я однажды по работе пробралась официанткой, не так было страшно! Но я же не могу сказать об этом Маше, верно?

Не могу.

Так что я только еще плотнее укрыла нас обеих.

Вернется он. Не может не вернуться.

С Вадимом было страшно. Но без него – еще сильнее. Вчера я думала, что он меня возьмет силой. Особенно после его слов про расплату за спасение. Но он потребовал от меня того, о чем говорил там, на трассе. Смотреть за Машей, пока его нет. Готовить ей еду.

Как будто я бы так этого не сделала!

Я же понимаю, что мы все трое сейчас заперты в этом страшном лесу.

Снега столько намело, что я уже сомневаюсь, что пикап Вадима проберется сквозь него обратно. А сейчас он вообще ушел. Испугал меня опять до чертиков своим ружьем и перекошенным лицом, что я даже не сразу поверила, что он просто на охоту собрался. Не знаю, что в моей голове возникло, но вид у него был такой, что я на самом деле подумала о смерти.

Непростой он человек, непростой.

И жутко нелогичный.

Я медленно придавила кончиками зубов нижнюю губу до боли.

– Маша, а дядя Вадим тебе кто? – расспрашивать ребенка было стыдно, но куда деваться?

– Дядя, – она покосилась на меня как на непонятливую. – Дядя Вадя.

– Ага.

Та-ак...

Понятнее особо не стало.

Может, она его просто дядей зовет, как все дети взрослых мужчин. Хотя, похожи же. Может, действительно, родственник. Относится он к ней очень нежно, я бы даже сказала, что как к собственному ребенку.

– Он уезжал куда-то, – вдруг начала говорить Маша, нахохлившись и прижавшись к моему боку под пледом. – Надо-олго. Мы с мамой ему всегда подарки отправляли. На почте, знаешь? Такие коробочки синие. Больши-ие!

Я кивнула.

Знаю.

– А что вы ему отправляли? Что он любит?

– Мама говорила, что он всегда очень хочет конфет. Я даже ему на свои деньги покупала свои любимые, мне мама давала. В кошельке таком красивом, он дома остался. И еще сигареты, но мама их сама покупала. Мне еще нельзя такое покупать, я маленькая.

Марийка тяжело вздохнула, а у меня внутри вдруг щелкнуло.

Конфеты, сигареты? Он что, на вахте какой-то был?

– А еще колбасу! Вкусную такую, ее можно было грызть! А потом он приехал, а мама уехала. Ну, это дядя Вадя так сказал.

– А куда мама уехала?

Маша молча отвернулась.

Опустила голову, не стала отвечать. Стало так неловко, будто я задела что-то очень больное для нее. Захотелось застонать от разочарования. Ничерта не понимаю, ничерта! Ну, не ездят матери девочек, одетых в брендовые вещи, на вахту тоже!

Но спрашивать у нее больше вообще ничего не буду.

Ребенок не источник получения информации, у меня тоже есть принципы, кто бы что ни говорил и как бы ни считал.

– Он добрый, – Маша вдруг шмыгнула носом. – И мама добрая и хорошая. Она его очень любила, всегда фотографии рассматривала. И даже плакала, я видела.

Я медленно прикрыла веки.

Так, может, Маша дочь Вадима? Настоящая?

Если ее мама его очень любила и ждала. И они похожи жутко. Неужели он отобрал ребенка у своей бывшей? Точно, похитил! И спрятался с ней здесь, где никто не найдет.