Лия Седая – Мой дикий мэн (страница 11)

Ну, круто. А я что могу поделать?

На этот вопрос мне сын ответить не смог. Наоборот, сам меня переспросил:

– Батя, а чо мне делать? – его явно штормило и штормило очень даже прилично.

– А ты где?

– Так тут, в больнице с ней. Только она меня с собой не взяла, – как маленький нажаловался он. – Сказала, что нехер мне смотреть на все это.

– Так и сказала? – мне стало смешно.

Узнаю Евку.

Отличная девчонка, не зря ее сразу старшенькому в жены определил. Кремень, в клубе у меня работала как заведенная, любую задницу пережевывала так, что мужики-управленцы завидовали. А уж как Мирослава наизнанку вывернула – просто огонь.

Уж она-то родить мне внука должна без проблем.

– Батя, хорош ржать!

– Так я и не ржу, – я решил быть немного милосерднее к сыну. – Выйди на улицу, покури, что ли.

– Так я уже полпачки за полчаса!

– Тогда – терпи.

Я сам вышел из травмпункта, вернулся к машине и достал свои сигареты. Парни, как и я, постоянно не курили. Так, от случая к случаю, когда нужно было сосредоточиться или просто подумать, потупить в тишине одному.

И в чем-то я даже Мира понимал.

Рождение первого ребенка для всех мужиков проходит волнительно. Это – рубеж.

– Бать, а когда меня мама рожала, что ты делал? – сына разматывало как ветошь.

– На ивээсе сидел, – честно поделился я правдой, которую мои сыновья еще и не знали даже. – Но это хреновый пример для подражания, ты так не делай, ладно? Евка расстроится точно.

– За что сидел? – он сейчас шутки воспринимать был не способен.

– Да было за что, – я тоже подкурил и выдохнул дым в воздух. – Ты, короче, давай, не теряйся и далеко от нее не уходи. Я очень жалел, что твой первый крик не услышал, но мне бы и не дали, времена другие были, не пускали в больнички тогда.

– Понял.

Звонок резко оборвался, а я хмыкнул.

Побежал же явно под двери палаты или где там рожают нынче. А я вдруг провалился в воспоминания. Задумался, оперся о кузов машины локтем, еще раз затянулся.

Первая и единственная жена подарила мне когда-то Мира и Яра. А потом ушла от нас, спряталась на облаках, оставляя меня с детьми на руках против всего этого мира.

И я выжил. Вылез. Затолкал тоску по ней куда-то на дно души работой. Заглушал, как мог, пока она не превратилась в легкую грусть и благодарность за рожденных сыновей.

Вырастил я их и неплохо вроде даже воспитал. Дал им все, научил быть самостоятельными. А сейчас вот, сегодня, дедом стану. Я громко цыкнул и выкинул сигарету под колесо машины.

Тоже же рубеж. Очередной.

– Де-ед, – медленно протянул я вслух, глядя на окна травмпункта, где сейчас сидела моя Заноза. – Дед, который собрался себе новую любовницу завести. Дед Медведь и бабка Заноза. Н-да...

Жизнь упорно мне подсовывала доказательства, что я уже не тот молодчик, которым себя чувствовал. Но вот хер-то она и угадала!

Да и Женя на бабку не тянула.

Не молодайка, да. Женщина в самом соку. Ножки-то я не зря ей огладил сегодня, и сам кайфанул от нежной кожи и ее заставил немножко встряхнуться. Вспомнить, что она не только упрямая и вредная училка, но и женщина.

С охерительной фигуркой, между прочим!

Такую из койки выпускать не хочется. Только, чую я, пока мы до койки доберемся, она мне всю кровь выпьет, и мозг чайной ложечкой съест на десерт. Я закрыл машину и пошел обратно за ней. Ну, зато так и интереснее, с одной стороны. Послушных и покладистых за пачку купюр я и так могу найти легко. А такую, как Женя – днем с огнем...

Кабинет врача был почему-то заперт.

Я толкнул дверь пару раз, повернул ручку, но безрезультатно. Это они что, заперлись там вдвоем? В башку, как назло, сразу же влезло воспоминание, что блядский молоденький доктор тоже был блондином. Не таким сладеньким, как Женин ученик в школе, которого я видел, но все же.

– Где ваш врач? – я едва сдержался, чтобы не рявкнуть на медсестру, которая давала нам инвалидную коляску и неосторожно высунулась сейчас из соседнего кабинета.

– Так, на обед ушел, – растерялась она.

– А где Женя? Легкова Евгения Викторовна.

– Так, ушла, – продолжала «такать» медсестра, растерявшись от моего рыка.

– Куда ушла?

– Так, домой, – она уже даже руками развела в стороны, чтобы до меня лучше дошло. – Перелома у нее нет, мы ее обезболили, ортез надели и она ушла.

– А запасной выход где?

Медсестра молча показала пальцев в противоположный конец длинного коридора.

Вот Заноза!

Наверняка, увидела, что я пасусь возле машины и удрала через запасной выход. Не попрощалась даже, невоспитанная училка! Кто учит нынешних детей, ай-яй-яй...

Я обезоруживающе улыбнулся медсестре:

– Спасибо большое.

– Пожалуйста, – она зависла повторно, как и при нашем появлении здесь.

Но мне уже было плевать на нее.

Удрала Заноза все-таки. Я развернулся и снова зашагал к выходу. Какая сильная и самостоятельная личность ко мне в любовницы просится, глядите-ка. Я снова достал телефон и набрал нужный номер, уже садясь в машину.

Куда ты денешься от Медведя, дорогая моя раненая львица, ну, куда?

Твой отказ зафиксирован, не взыщи уж...

– Эдик, – я мог себе позволить обращаться к этому дятлу просто так, по имени. – Помнишь же, о чем мы договаривались? Пиши все, наступил план Б.

Глава 10. Михаил Михайлович

Всегда любил раннее утро.

И понедельники тоже. Не считал их началом недели, для меня всю жизнь понедельник был обычным днем. Это для бюджетников выходные были выходными, а я пахал ежедневно, всегда. Было ради чего, не за зарплату трудился.

Я отпил кофе из большого стакана, купленного на заправке по трассе из Москвы. Поглядел на часы. Что-то задерживается Эдик, этого я не люблю. Все договоренности должны исполняться четенько, потому что за них платится денежка.

Я даже фыркнул.

Денежка, блядь. Нехилая денежка, я бы даже сказал деньга.

– Михаил Михайлович! – когда директор Жениной художественной школы подъехал все же, он изобразил безудержную радость. Разве что лобызаться в уста мои усатые не полез.

– Дистанцию держи, я брезгливый, – я отгородился от него стаканом с кофе.

Не хватало мне тут еще обнимашек с кем попало.

– Заявление привез?

– Да, – он, видимо, уже привык, что его так обрубают или просто стерпел ради баблишка. – Вот!

Я забрал у него исписанный лист.