Лия Седая – Мой борзый хам (страница 3)

Лифт плавно и бесшумно понес меня наверх.

Уши, как всегда, немного закладывало после смены. После громкой музыки в клубе в них словно ваты кто-то напихивал, все становилось приглушенным. Я смотрела на светящиеся кнопки этажей и чувствовала, как сердце колотится как заводной молоточек.

Тук-тук по горлу.

Тук-тук по ребрам.

– Профессионализм, Ева! – я нахмурилась себе самой в зеркало. – Это просто еще один мажор. Мальчишка по натуре, который считает вседозволенность нормой. Он просто так забавляется.

Я шумно вдохнула воздух через нос.

Да-а, все так и есть. Кто-то забавляется, а я могу потерять работу в секунду. Кто знает, если я этого Мирослава пошлю прямым текстом, вдруг его папа обидится?

В то, что меня тащат в номер, чтобы просто пообщаться по работе я не верила ни на грамм. Ну, серьезно?

Лифт плавно притормозил и остановился, раздвинул беззвучно свои створки, показывая мне этаж отеля. Целый холл с паркетным полом, зеркалами в золоченых рамах и одной-единственной дверью из темного дерева. Пентхаус. Весь этот этаж - личные апартаменты Мирослава Медведева, теперь-то я это уже знала.

Я шагнула на паркет и захотелось выругаться.

Дурацкие каблуки! Цокают так оглушительно, что он точно уже понял, что я приехала. Я подошла к двери, но руку поднять не успела. Автоматика с готовностью отвела ее в сторону.

Уронила мое сердце куда-то под плинтус, издевательски тихо шурша.

Видел, значит, меня по камерам.

И ждет.

В нос ударил запах. Не еды или ароматизаторов, ничего такого. Запах был мужским. Как-то вот сразу становилось понятно, что тут живет мужчина, один. Пахло кожей, деревом. Терпкие ароматы, брутальные.

Ну, и коньяком, конечно.

– Ева, давай уже, – я зашипела на себя мысленно, перенося ногу через порог.

Ой, мамочки, как будто на растерзание иду...

И ведь, по сути, так оно и есть. Кое-кто сейчас хочет меня сломать, себе подчинить, а я должна отчаянно сопротивляться, да еще и лицо при этом сохранить. Задача невыполнимая, как мне кажется.

Я поджала губы и решительно вошла.

Посмотрим еще, кто кого!

Мирослав стоял у огромного панорамного окна в гостиной. Смотрел на пожарище ночных огней внизу, на занимающийся рассвет, что его смазывал. Он уже успел переодеться, сменил рубашку на тонкий джемпер. И эта клятая одежка обрисовывала каждую его мышцы на спине и плечах.

Я сглотнула.

«Мальчишка» был отлично сложен, этого не отнять.

– Опоздала на четыре минуты после закрытия клуба, – он даже не обернулся. – Ты непунктуальна, Ева? Что ты там про профессионализм говорила ночью?

Дверь за моей спиной так же плавно закрылась до щелчка. Бахнула мне по нервам сухим негромким звуком.

– Или ты просто таким образом выказываешь неуважение? – Мирослав повернулся ко мне.

Я вскинула голову.

А с чего мне тебя уважать, м? За что, за оскорбления? За попытки унизить?

– Добрый... почти уже утро, господин Медведев...

– Мирослав, – он лениво отошел от окна. Он вообще только так и двигался. Расслабленно, неторопливо. Как огромный, знающий свою силу и свою цену, хищник.

– Что?

– Называй меня Мирослав, когда мы наедине, – повторил он.

Я еще раз моргнула.

Да я вообще-то не планировала больше с тобой наедине оставаться, если что. Я уже думала о том, чтобы прийти сюда в сопровождении охранника завтра. Ну, боюсь я одна ночью по отелю ходить, слабой девушке простительно.

Но я благоразумно молчала под его взглядом.

Он снова осматривал меня с головы до ног. Как будто оценивал опять. Раздумывал, на что я ему гожусь. Я вытянулась в струнку под этим взглядом.

– Туфли сними, – вдруг приказал Медведев.

– Что?!

– Не люблю, когда каблуки цокают по паркету. Сними туфли.

У меня воздух застрял в груди.

Что за ерунда?!

Это требование было настолько нелепым и принижающим достоинство, что я даже растерялась. Может, еще и раздеться сразу? Ну, а что?

– Ева.

Я опустила голову. Приказ начальства. На его собственной территории. А мне есть что терять. Я наклонилась, обхватила сначала пятку одной туфли, потом другой. Поставила аккуратно обувь вместе, пережидая горячую волну, прилившую к пальцам.

Ночь напролет на шпильках – то еще приключение.

Прохладный пол остужал ступни, но я все равно злилась. Остаться босой перед Медведевым было безумно... унизительно!

– Садись, – он кивнул мне на кресло перед камином.

– Мирослав Михайлович, – я сцепила пальцы.

– Мирослав!

Я заткнулась.

Поняла. Господин директор очень сердит и суров. Буду отвечать только на поставленные вопросы и все. Устал он, наверное, полночи просидев за столом в клубе.

– Сядь, – я послушно прошла к креслу и села.

Нет!

Утонула в этом огромном кожаном монстре, почти воткнувшись коленками себе в подбородок. Черт, как можно сохранять рабочее настроение, если меня сейчас в сон потянет от таких мягких подушек?

– Итак, брифинг, – голос Мирослава заставил. – Опоздала почему?

– Кипер не закрывался.

– Ясно. За последний квартал клуб дал рост выручки на пятнадцать процентов. Твоя заслуга?

Я кое-как удержалась, чтобы не раскрыть рот от удивления.

Я ждала какую угодно похабщину! А тут действительно деловые вопросы.

– Это работа всей команды.

– Но управляешь ей ты. Умеешь выжимать максимум из всех, кто рядом?

– Просто люблю, когда все четко работает и добиваюсь этого, – я насупилась. Понять его не могла. Он задавал вопросы на границе работы и личного интереса. Это сбивало с толку.

– А твоя такая напористость, она на все сферы жизни распространяется?

Медведев приподнял бровь, глядя прямо в глаза.