Лия Седая – Мой борзый хам (страница 5)
– Отпустите! – я попыталась оттолкнуть его плечи от себя. Застонала мысленно. Но вслух – удержалась. У моего стона, прав Медведев, прав, тональность уже не та. – Немедленно отпустите меня!
Сильные руки, казавшиеся мне каменными, разжались.
И я отскочила.
Одернула пиджак, хватая почему-то холодный воздух ртом. Туфли! Где мои туфли?! Бежать отсюда скорее...
Я вскинула взгляд, сгорая от стыда. Мирослав спокойно шел к креслу, в котором я до этого сидела. Сел в него, расставив широко ноги, расслабился. Но только не взглядом. В его глазах горел огонь.
И это все маленькой мне?
А можно не надо?
– Отдайте мои туфли!
Мирослав, не спуская с меня темных глаз, в которых плясали чертики удовлетворения и не потухшего интереса, медленно поставил мои туфли на свое колено.
Шпильки надавили на дорогую ткань, образуя легкие ямки.
– Отдам. Но с одним условием.
Я против воли скользнула взглядом на его раскрытый пах. Выпуклость даже и не думала пропадать! Захотелось приложить к щекам ладошки, остудить пожарище на них хотя бы так.
Он ведь и не подумал успокоиться! Я истерично сглотнула сухим горлом:
– С каким?
Глава 5
Такси лениво переругивалось гудками с другими такими же, замирая иногда в коротких пробках. А я устало прикрыла веки. Не хочу ни о чем думать. Просто хочу чувствовать спиной жесткую спинку сиденья, держаться за нее мыслями, чтобы не думать о другом.
В голову настойчиво лезло лицо Мирослава.
Его бархатистый, ставший хищно низким голос. И его руки...
– С каким условием? – мой голос отличался качественно. В нем был страх.
Он ухмыльнулся.
Выпрямился сидя, поставил мои туфли на пол рядом с собой. И поманил меня к себе.
– Подойди, Ев. Поставь свою ногу сюда, – он похлопал по собственному колену.
Я даже сейчас поморщилась, вспоминая это. Настолько пошлыми мне тогда его слова показались. Настолько грязными, унизительными. Я замешкалась, пробежалась взглядом по его гостиной. Пыталась поймать уверенность хоть в чем-то. Я же не знала, что мне делать, если он вздумал бы приставать! Вот вообще не представляла!
Отбиваться?
А смысл? Я помнила ощущение его плеч под ладонями. Там такие мускулы, что мне вовек с таким бугаем не справиться, это же смешно. Я ниже его на две головы!
– Ев, давай. Не заставляй меня по-детски угрожать увольнением, ладно? Мы с тобой взрослые люди.
– Я... Я не понимаю, – в горле настойчиво царапалось волнение.
– Я не просил понимать. Я приказал.
Я не могла не слышать знакомые нотки в его голосе. Он действительно сын своего отца. Хозяин нашего комплекса тоже умел так разговаривать. И ослушаться его никогда не возникало даже мысли. Вот только...
Он не просил никогда делать то, что приказывал Мирослав.
Но... Увольнение? Серьезно? Вот так вот, в первый день? Я малодушно понадеялась на то, что хозяин не позволит ему этого сделать. Я же три года на него работаю! У меня все идеально отлажено, даже Мирослав отметил увеличение выручки.
А если не заступится?
Он ему все же сын... Я сжала зубы от досады. Вот почему? Почему, Евка, ты никогда не слушала сплетен? Сейчас любая информация о семье Медведевых дала бы мне возможность найти варианты поведения. А я ведь ничего не знаю об их отношениях! Всегда пресекала любую болтовню о хозяине среди персонала. Только работа! Только хардкор!
Обида куснула душу громадным клыком.
– Ев-ва-а...
Да плевать!
Пусть думает обо мне, что хочет! Я-то знаю, что я ни в чем не виновата!
Хочет устроить какой-то адский тест на профнепригодность – пусть устраивает! Если он по-другому не умеет, пусть тащит свои садомазохистские штучки в коллектив. А я посмотрю, насколько клуб выиграет от его методов. Вообще самоустранюсь, у меня же теперь есть непосредственный начальник. Буду заниматься только персоналом, как у меня в трудовом договоре написано и все.
Я подтолкнула себя мысленно.
Давай, Ев. Покажи ему, что ты его не боишься, не дай себя растоптать. Он хочет послушную и слабую мышку в подчинение? Так вот – нет! Не получит этот самодовольный хам ее в виде меня.
Я поправила волосы.
Убрала за ухо выбившуюся от его пальцев прядку. И пошла. Опять как на казнь, но опять же с гордо поднятой головой. И взгляда больше не отводила. А хотелось заскулить и броситься прочь из номера, честно. Ягодицы сжались, покрылись гусиной кожей.
Противная холодная капелька пота медленно стекала по ложбинке позвоночника.
– Вот и умничка, – похвалил меня Мирослав, когда я поставила ступню ему на колено.
Холодную, замерзшую. И что уж скрывать, отекшую немного после ночи на каблуках. Если бы не он, я бы уже стояла дома под душем, обливая себя теплой водой. Но его брюки тоже были ничего. Холодная, приятная гладкая ткань. Плюсы, Ев, ищи плюсы во всем, иначе рехнешься.
Крупная ладонь накрыла мою ногу.
Горячие пальцы сжали ступню, укрыв полностью, от пальчиков с розовым педикюром до взъема. Обхватили, сдавили легонечко.
Я широко раскрытыми глазами смотрела на Мирослава.
Он ненормальный?!
Новый директор как будто забыл про наши словесные игры. Взял мою ступню, поставил себе на одну ладонь, а второй стал разминать. Аккуратно, но чувствительно. Продавил все места, где сейчас болело. Растер кожу снизу вверх, заставляя жаркую кровь оттекать от пальцев.
И я не выдержала.
Замычала про себя, зажмуриваясь. Покачнулась еле заметно, когда он прошелся по моей икре. Нагло влез пальцами под брючину, разглаживая каждую уставшую мышцу.
Какой позор, Божечки...
Какой позор...
Но как же классно...
– Другую, – скомандовал Мирослав, аккуратно опуская мою ступню на пол.
И я послушалась сразу же.
У него точно волшебные руки! Я поменяла ноги, уже не чувствуя дергающей боли в подушечках перед пальцами. Как будто усталость куда-то испарилась. Только кожа стала розовой, разогретой.
Пусть он катится к черту.
Даже если это проверка какая-то, то в данный момент она мне нравится. Не все же ему одному получать удовольствие от нашего общения. Пусть хотя бы такое, позорное и странное, но у меня оно тоже будет.
Я начну его снова ненавидеть как только он отпустит мою вторую ногу.
Честно!
Мирослав перехватил мою лодыжку, поднял с пола туфлю и надел ее мне на ногу. А что происходит-то? Помогите-е...
Секунда – и я оказалась полностью обутой.
Как он вообще понял, что я с ног валюсь? Я прикусила слизистую щеки. Неужели так заметно было, а? Настолько, что господин Медведев решился поиграть в рыцаря? Какая забота! Вот только рыцари не угрожают увольнением, на минуточку. Не намекают на него.