Лия Ришар – Парень подруги. Я не буду твоей (страница 9)

Глава 9

Слабый свет Луны падал на его лицо, заостряя черты. Глаза в полутьме казались ещё темнее, чем обычно.

– Что тебе надо? – резко спросила я.

Уж Матвея точно не ждала. И его появление не на шутку настораживало.

– Разбудил? – спросил он, привалившись плечом к дверному косяку.

– Как будто тебя это волнует, – фыркнула я. – Говори, что тебе надо и уходи.

Он отпихнул меня плечом и зашёл в комнату. Я даже рот приоткрыла от такой наглости.

– Обалдел, Ковалёв? – спустя пару секунд возмутилась я.

Он развернулся и включил ночник, что стоял на тумбочке. Комнату мягко осветил тёплый, золотистый свет.

– Выйди, – требовательно велела я, открыв дверь шире.

В ответ на это Матвей лишь усмехнулся и уселся на кровать, оперевшись на неё сзади обеими руками. Вскинул подбородок, устремив спокойный, смеющийся взгляд на меня.

– Я поговорить хочу.

– А я не хочу, – тут же ответила я. – Выйди.

– Для твоей подруги важно, чтобы мы перестали собачиться, – сказал он, не сводя с меня своих нахальных глаз. – Я пришёл с миром.

– Да ты что, – недоверчиво хмыкнула я, скрестив руки на груди.

Он опустил взгляд ниже, остановил его на моих ногах. Задумчиво цокнул языком.

– Так вот что ты прячешь за своими шароварами.

Я резким движением одернула футболку, чувствуя, как начинают полыхать щеки.

– Садись рядом, – миролюбиво предложил Матвей, снова глядя в мои глаза. – Заодно прикроешься одеялом.

– Я не верю ни одному твоему слову, – предупредила его я и, раздраженно вздохнув, всё–таки села на кровать, спрятав ноги под одеялом.

– Я не так плох, – Ковалёв подвинулся к стене и, облокотившись на неё спиной, согнул одну ногу в колене. – Просто мы не с того начали. Я могу даже извиниться за то, что перегородил дорогу.

– Так извинись, – с вызовом глядя на него, потребовала я.

Матвей пожал плечами, широко и вполне дружелюбно улыбнулся. Так, будто никогда и не был придурком.

– Извини.

Я задумчиво сканировала его взглядом некоторое время. Затем кивнула.

– Принято.

– Я рад, что между нами больше нет напряжения, – облегченно сказал Ковалёв.

– Ты обещал превратить мою жизнь в Ад, – напомнила ему я.

Матвей рассмеялся, запрокинув голову.

– И ты восприняла всерьёз? – приподнял он брови. – Я просто был зол. Нес фигню. Но недавно подумал и решил, что нечего нам ссориться. Да и Марина беспокоится, а я не хочу ее расстраивать. Думаю, ты тоже. Верно?

– Верно, – кивнула я.

– И давно вы… дружите? – поинтересовался Матвей.

– С первого курса, – ответила я. Поведение Ковалёва меня очень удивляло. Я не могла расслабиться.

– Она классная, – с мечтательной улыбкой сообщил мне он. – Красивая, весёлая, умная. По–моему мне реально повезло.

– Это точно, – осторожно согласилась я. – Ты ведь… не обидишь ее?

– Не смогу, даже если захочу, – вздохнул Матвей. – Она слишком мила. Наверное, я влюбился.

– А ведёшь себя с ней, как с какой–то куклой, – буркнула я.

– Я работаю над этим, – признался Ковалёв. Он прикусил губу, доверительно посмотрел на меня и развёл руками: – Просто Марина не такая, как другие девушки, понимаешь? С ней надо по–другому. Я научусь, обещаю.

– Надеюсь, – я не сводила с него напряжённого взгляда. – Но ты не обязан передо мной отчитываться.

– Марина о тебе много рассказывала, – закинув локоть на колено, поведал Матвей. – Говорила, что вы очень близки. Поэтому я здесь. Хочу, чтобы ты была спокойна и не парилась. Ведь Марина для тебя многое значит.

– Она мне как сестра, – тут же ответила я. И, нахмурив брови, добавила: – и если ты ее обидишь, если ты поведёшь себя с ней…

– Все–все, успокойся, – Ковалёв поднял обе руки вверх, будто сдаётся. – Я хороший, правда.

– Это ещё проверить надо, – я не спешила ему верить.

– Да, я бывал с тобой груб, – признал Матвей, – вёл себя как кретин. Но это защитная реакция. Так что прости, Даш. Я был не прав. – Он протянул мне ладонь и улыбнулся. – Мир?

Поколебавшись, я обхватила пальцами его ладонь, ощутив тепло. Осторожно заглянула в глаза, пытаясь отыскать в них подсказку такого поведения. И не успела опомниться, как Ковалёв вдруг дёрнул меня на себя так, что я тотчас оказалась лицом к лицу с ним. А в следующую секунду он накрыл мои губы своими, прижимая меня к себе мертвой хваткой.

Я не сразу поняла, что происходит. Просто замерла в его руках, забыв, как дышать. По телу пронеслись мурашки, сердце забарабанило с бешеной силой. Глаза сами собой закрылись, непроизвольно. Все произошло внезапно. Слишком неожиданно. И мозг на несколько секунд отключился.

А потом нас обоих озарила яркая вспышка. Я открыла глаза, когда Матвей отстранился и, сияя широкой, довольной улыбкой, разглядывал что–то в телефоне.

– Вау, – хмыкнул он. – Получилось отлично.

– Ты что сделал? – округлив глаза, тихо спросила я. А потом, окончательно придя в себя, попыталась выхватить его телефон. – Ты что сделал?! Отдай сюда!

Ковалёв со смехом поднялся с кровати, ловко увернувшись от моих рук.

– Не сейчас, малышка, – убрав телефон в задний карман джинс, развел руками он. И, усмехнувшись, добавил: – Ты очень ненасытная!

– Я тебя убью! – грозно пообещала я, рванув к нему. – Слышишь? Я тебя прикончу! Козел! Урод!

– Ты всегда ведёшь себя как дерево во время поцелуев? – задумчиво поинтересовался он, пропустив мои слова мимо ушей. Широкая улыбка так и сверкала на его лице. Он просто светился самодовольством. – Могла бы и ответить.

Я подлетела к нему и, не контролируя себя, принялась лупить руками по его груди. Матвей лишь смеялся. А потом поймал меня за руки и, с силой удерживая их, наклонился ко мне, заглядывая в глаза:

– Я же говорил, не зли меня, – прошептал он, криво улыбаясь. – Я обещал превратить твою жизнь в Ад. И обещания свои всегда выполняю.

– Что ты будешь делать с этим фото? – прошипела я, пронзая его гневным взглядом. Я ещё никогда не была такой злой, как сейчас. – Покажешь Марине? Рассоришь нас?

– Не знаю, – беспечно ответил Ковалёв. – Все зависит от тебя.

– Что это значит? – дёрнув рукой, хмуро спросила я.

– Будь милой и я, возможно, сжалюсь над тобой, – деланно–задумчиво сообщил он и снова победно улыбнулся, – а может быть и нет.

– Чтоб ты провалился, – я всё–таки выдернула руки из его хватки и пулей вылетела из комнаты.

Ворвавшись в ванную, захлопнула дверь, включила холодную воду и, набрав ее в ладони, резко выплеснула себе в лицо. А потом ещё. И ещё. Часто дыша, опёрлась руками о раковину и до боли прикусила губу, наблюдая за тем, как с лица срываются капли и падают вниз.

Ну почему я такая глупая? Как я могла сразу не среагировать? Почему замешкалась?! Надо было выгнать его! Не впускать! Если бы я знала, что так будет, ни за что бы не поехала на эту чёртову дачу!

Как же так… что теперь меня ждёт? Что он сделает? Неизвестность пугала больше всего. Ведь я даже понятия не имела, что может твориться в голове у Матвея. Такие, как он, обожают играть с людьми. Делают из них марионеток. И теперь я точно это поняла.

Глава 10

Всю ночь я не могла уснуть. Из–за тревожности, злости и сотни мыслей в голове. И сколько бы я не пыталась себя успокоить – не получалось. Я не могла придумать ничего дельного, не знала, как удалить дурацкое фото. Наверняка Матвей успел перекинуть его ещё куда–нибудь, помимо телефона. Каким бы придурком он не был, он далеко не глуп.



Больше всего меня пугало то, что Марина все узнает. Что увидит эту дурацкую фотку поцелуя и навсегда вычеркнет меня из своей жизни. Не поверит мне, возненавидит. Я не могу этого допустить. Она – мой самый близкий человек. Я дорожу ей, ее теплотой и поддержкой. Ни разу в жизни ко мне никто так хорошо не относился, как Марина. И теперь Ковалёв по щелчку пальцев может разрушить нашу с ней дружбу. Ведь для него это пустяк.



Громкий стук в дверь заставил меня распахнуть воспалённые глаза. Не успела я даже с кровати подняться, как в комнату влетела Марина. Она вся светилась. Довольная и радостная, с широкой улыбкой на лице.



– Ну сколько можно спать? – плюхнувшись рядом со мной на кровать, деланно возмутилась она. – Ушла вчера раньше всех, так ещё и дрыхнешь до обеда!



– Что такое? – поднявшись на локтях, хрипло спросила я. – Уже пора собираться?



– Нет, – махнула рукой подруга. – Матвей тоже ещё спит. – Снова улыбнувшись, она тихо прошептала: – у нас все было! Представляешь?



– Было? – нахмурилась я. А потом покраснела, сразу все поняв.



– Да, – часто закивала Маринка. – Набросился на меня, как зверь. Я даже пикнуть не успела!



– Меня сейчас стошнит, – вздохнула я. – Ничего больше не говори, прошу.



– Вот, противная, – беззлобно пробурчала подруга. И задумчиво добавила: – Конечно, я думала у нас все будет более романтично и нежно, а не так… безумно. Но мне все равно очень понравилось. Наверное, это и есть настоящая страсть.



Я не знала, что ей на это ответить. Как вообще переварить такую информацию? Ведь этот подонок сначала так нагло поцеловал меня, а потом переспал с моей подругой. И все это за одну ночь.



– Идём завтракать? – предложила Маринка. – Наверняка в этом шикарном доме найдётся какая–нибудь еда или хотя бы банка кофе.



– Ты иди, а я приду чуть позже, – пообещала я, – надо умыться.



– Хорошо, – кивнула подруга. И подозрительно на меня посмотрела: – с тобой все в порядке? Ты какая–то странная. Не заболела?



– Спала плохо на новом месте, – ответила я. – Дома высплюсь. Наверное.



– Ну ладно, – пожала плечами Марина. Смерив меня ещё раз внимательным взглядом, она встала с кровати. – Тогда жду тебя на кухне.



Я проследила за тем, как подруга вышла из комнаты и, обхватив лицо ладонями, закрыла глаза. Вот бы никого не видеть. Исчезнуть прямо сейчас. Избавиться раз и навсегда от того переплёта, в который я попала…



Глубоко вздохнув, я всё–таки встала с кровати, переоделась и поплелась в ванную. Там несколько раз умыла лицо холодной водой, почистила зубы и, собрав волосы в высокий хвост, посмотрела на себя в зеркало.



– Ты справишься, – упрямо глядя на своё отражение, сказала я, – не знаю как, но… справишься.



Я должна решить эту проблему. Поговорить с Матвеем. Попросить прощения, если надо. Я готова и на это. Лишь бы он удалил фото, лишь бы Марина не узнала.



Я вышла из ванной и практически сразу столкнулась с Ковалевым. Заспанным, лохматым и… полуголым. На нем были одни лишь штаны, свободно сидящие на бёдрах. Я тут же отвела взгляд от его поджарого тела и, собравшись с мыслями, посмотрела в слегка прищуренные глаза.



– Матвей, – стараясь выглядеть как можно увереннее, начала я. – Нам надо поговорить.



– И о чем же? – изобразив любопытство, поинтересовался он. – Что–то случилось?



– Перестань, – сквозь зубы велела я.



Ковалёв усмехнулся, похлопал меня ладонью по щеке.



– Не в твоих правилах сейчас командовать.



Я едва сдержалась, чтобы не двинуть ему как следует. Во мне все клокотало. Злость горячей лавой растекалась по венам.



– Хорошо, – выдохнула я и развела руками. – Просто выслушай меня. Прошу.



– Ну ок, – пожал плечами Ковалев. – Только побыстрее. Не люблю нудные разговоры.



– Я знаю, ты хотел меня проучить, – терпеливо сказала я. – Я поняла, что с тобой не стоит шутить. Извини меня, если я тебя чем–то обидела.



– Дальше, – зевнул он.



Я прожгла его ненавистным взглядом и продолжила:



– Марина – моя лучшая подруга, я не хочу ее терять. Ведь и ты и я знаем, что поцелуй ненастоящий. Что ты это все подстроил. Поэтому удали фото.



– А повежливее? – карие глаза смотрели с интересом и любопытством. – Например, со словом «пожалуйста».



– Матвей, удали пожалуйста фото, – терпеливо попросила я.



Ковалёв цокнул языком, устремил задумчивый взгляд к потолку и снова посмотрел на меня.



– Ладно, звучит убедительно.



– Удалишь? – оживилась я. Даже сердце забилось чаще.



– Я бы с радостью, но не могу, – печально вздохнул он.



– Почему? – не теряя надежды, тут же спросила я.



Ковалёв улыбнулся – я уже успела выучить его эту улыбку. Дерзкую, лукавую. И самодовольную.



– Потому что не хочу, – сообщил мне он. И, перестав улыбаться, отодвинул меня. – А теперь отойди, Капитанша. Мне надо принять душ.



Я сердито посмотрела ему вслед и, тихо ругнувшись, спустилась вниз. Да, будет не так просто сделать так, чтобы Ковалёв удалил фото. Он ещё вдоволь поиздевается надо мной, прежде чем ему наскучит эта дурацкая игра. Мне оставалось только надеяться, что Марина ничего не узнает.



Я зашла на кухню. Подруга разливала кипяток по чашкам, напевая какую–то песню. Носа коснулся аромат кофе.



– Ты долго, – отметила она, пододвигая ко мне чашку. – Ещё остался шашлык. Может, будешь?



– Нет, – отказалась я, сев за стол. – Попью кофе. Скоро мы домой?



– Не знаю, – пожала плечами Маринка. – Наверное, как парни позавтракают.



– Я вызову такси, – сообщила я, глотнув кофе. – Уеду раньше.



Мне срочно нужно уехать отсюда, чтобы привести мысли в порядок и как следует подумать. Я не могу оставаться в этом доме.



– Что за бред? – вскинула брови подруга, недоуменно взглянув на меня. – Поедем все вместе. Зачем тратиться?



– Я хочу домой, – эти слова прозвучали резче, чем я планировала.



– Что–то случилось? – недоумевала она. – Не пойму, что с тобой такое.



– Ничего, – сделав ещё один глоток кофе, как можно спокойнее ответила я.



Воспоминание о поцелуе с Матвеем выбило меня из колеи. И одновременно вызвало мурашки по коже. Он украл мой первый поцелуй. И это тоже причиняло боль. Я даже представить не могла, что первый поцелуй будет именно таким.



– Даш, ты меня пугаешь, – вздохнула Марина.



– Доброе утро, девчонки, – донёсся бодрый голос Матвея.



Через пару мгновений он появился возле нас. Его влажные волосы слегла завились после душа, падая тёмными прядями на лоб. На лице сияла довольная улыбка. На этот раз Ковалёв был одет полностью и не светил своим прессом.



– Доброе утро, – подруга расцвела в улыбке, обвив шею Матвея руками.



– Что у вас случилось? – поинтересовался он, оставив на губах Марины лёгкий поцелуй.



– Даша хочет ехать домой на такси, – тут же пожаловалась она. – Никак не могу ее уговорить поехать с нами. Она упрямая, ужас!



– Такси отсюда будет стоить дороговато, – сообщил мне Ковалёв. – Уверена, что готова выкинуть такие бабки, вместо того, чтобы подождать нас?



– Уверена, – мечтая его прикончить, ответила я. – Надо будет – пешком пойду.



– Даш, ну ты чего? – всплеснула руками Марина. – Сейчас парни попьют кофе и поедем.



Я ни секунды не могу оставаться рядом с Ковалевым. Казалось, ещё немного и я взорвусь.



– Твоя подруга права, – сказал он, прекрасно замечая мои эмоции. И прекрасно зная причину моего состояния. – Просто подожди.



– Я не стану ждать, – резко встав из–за стола, я пронзила Ковалёва своим взглядом. – Всем пока.



Я вышла из кухни, быстрым шагом прошла мимо Кирилла, попавшегося мне навстречу и, забрав из комнаты рюкзак, вышла на улицу.



На свежем воздухе стало немного легче. Я направилась к воротам, сминая подошвами кроссовок мокрую траву и мечтая оказаться как можно скорее дома. Но когда уже собиралась открыть калитку, чья–то рука схватила меня за локоть.



– Отцепись! – резко развернувшись, я грозно посмотрела на Ковалёва и дернула рукой. – Что тебе надо, а? Оставь меня в покое, урод!



Матвей рассмеялся. Но не отпустил меня.



– А я начинаю привыкать к твоей дерзости, – сообщил мне он. И уже более серьезно добавил: – ты поедешь с нами.



– Я не хочу! – выкрикнула я. – Ясно тебе? Я даже стоять рядом с тобой не хочу, не то, что ехать в одной машине!



Ковалёв некоторое время смотрел на меня. Казалось, он даже растерялся. Но только лишь на секунду.



– С этого момента ты делаешь все, что я захочу.



– А не пойти бы тебе? – прошипела я.



– Полгече, – он начинал злиться. Я видела, как на его лице заходили желваки. – Помни, что фото все ещё у меня. И я могу с ним сделать все, что угодно.



– Ты просто… гад, – выплюнула я. – Как тебе не стыдно, Ковалёв? Неужели не боишься потерять Марину? Это низко по отношению к ней!



Матвей криво усмехнулся, покачав головой.



– Ты думаешь я совсем дурак? – поинтересовался он, изогнув бровь. – Твоя подружка – очередная телка, которая решила позариться на бабло. Знаешь что я с такими делаю?



Я ошарашено смотрела на него. Даже дышать перестала.



– Трахаю и бросаю. Я даю им то, что они хотят. И беру своё.



– Ты… бросишь ее? – сглотнув, спросила я.



– Изначально так и планировалось, – на губах Матвея заиграла ухмылка. – Но потом появилась ты. И все стало намного интереснее.



– Какая же ты мразь, – выдохнула я, не сводя с него поражённого взгляда.



– А я никогда и не строил из себя хорошего, – ответил он. – И Марине твоей ничего не обещал. А тебе лучше прикусить свой язык, малышка и принять то, что теперь все будет по моим правилам.



– Засунь эти правила себе в задницу, – я всё–таки выдернула локоть из его пальцев. – Я все расскажу ей! Прямо сейчас!



Ковалёв рассмеялся. Так, будто только что услышал самый смешной анекдот в жизни.



– Давай, иди, – он махнул рукой в сторону дома. – Интересно, как отреагирует твоя недалекая подружка, когда узнает, что ты сделала за ее спиной?



– Она поверит мне, – упрямо заявила я. Меня начинало трясти от гнева и волнения. – Поверит, слышишь? И мы уедем отсюда вместе! А ты навсегда исчезнешь из ее жизни!



– Уверена? – вкрадчиво поинтересовался Ковалев. – Ведь я могу преподнести все иначе. И ей будет больно. Очень больно. Вряд ли Марина простит тебе тот поцелуй. А если и простит, то такой крепкой дружбы уже не будет.



– Будет, – стояла на своём я. – Она поймёт, какой ты козел.



– А ведь Марина много о тебе рассказывала, – задумчиво продолжал он и, коснувшись выбившейся пряди из моего хвоста, пропустил ее сквозь пальцы. – Говорила, что ты ее самая близкая подруга. И никогда ее не предашь. Вот она увидится, когда увидит фото, на котором ты целуешься с ее парнем.



Каждое его слово было ударом под дых. Голову заполонили тревожные мысли.



– Но меня поцеловал ты, – напомнила ему я. – Причём насильно.



– Да? – хмыкнул Матвей. И, наклонившись ко мне, тихо спросил: – а что же ты тогда сразу не оттолкнула меня?



Я молчала. Меня переполняли эмоции. Злость, паника, волнение. Голова закружилась, во рту пересохло.



– На фото не видно, кто кого поцеловал. Зато сам поцелуй видно во всей красе. – Не отстраняясь, сказал он. Его взгляд стал пытливым, глаза потемнели. – Мне нечего терять. А тебе?



Я судорожно вздохнула и, сцепив зубы, отвесила ему звонку пощёчину. Такую, что на щеке Матвея почти сразу появился красный след от моей ладони. Ковалёв хмыкнул, опустил взгляд вниз и схватился за щеку.



– Сегодня я спишу это на стресс, – он снова посмотрел на меня. Глаза его метали молнии. – Но в следующий раз все будет по–другому.



– Следующего раза не будет, – часто дыша, ответила я. – Я… не собираюсь больше с тобой разговорить. Даже рядом стоять не буду!



– Будешь, – абсолютно серьезно заявил Матвей. – Более того: ты сделаешь все, что скажу. И будешь рядом, когда скажу. Иначе все кончится очень плохо.



– И зачем? – подняла брови я. – Зачем тебе это? Ведь ты меня ненавидишь!



– И чем больше ненавижу, тем охотнее хочется тебя проучить, – теперь на губах Ковалёва появилась самодовольная улыбка. – Такие, как ты, всегда раздражали. Ты обычная дворовая девка в дешевых шмотках, а возомнила себя самой крутой.



Я хотела ему ответить. Сказать, что он мажор, который без денег отца – никто. Обозвать, снова ударить. Все, что угодно, лишь бы хоть как–нибудь сделать ему больно. Но на крыльцо вышла Марина и мне пришлось замолчать.



– Вы чего там застряли? – крикнула она. – Даш, ты всё–таки передумала?



– Милая, она поедет с нами, – приподняв меня за плечо, с добродушной улыбкой отозвался Матвей. – Я уговорил ее!



– Ура! – обрадовалась подруга. – Тогда ждём, пока Кирилл допьёт кофе и едем!



Я дернула плечом, скосив взгляд на Ковалёва.



– Ненавижу.



– Зато твоя подруга меня обожает, – подмигнул мне Матвей, накидывая на голову капюшон так, чтобы скрыть след от пощёчины.



Похлопав меня по плечу, он первый направился к дому. Мне ничего не оставалось, кроме как идти следом за ним, проклиная его не чем свет стоит.