Лия Ришар – (Не)желанная. Я тебя не отпущу (страница 26)

— Поцелуй меня, — велит муж, притягивая меня к себе.

И я, перекинув волосы на одно плечо, послушно целую его, нежно и мягко пробуя его губы на вкус. В этот момент шум моря плавно отдаляется, я чувствую лишь легкий ветер и прикосновения Вадима.

Мы с упоением целуемся, прижимаясь друг к другу. Руки мужа жадно и откровенно задирают рубашку на моем теле, стискивают ягодицы и бродят по талии, пробираясь к груди. В моем животе разрастается приятное, распирающее чувство предвкушения. А ещё я в который раз осознаю, что все делаю правильно. Именно сейчас, в эту минуту, все идет именно так, как нужно.

Мое дыхание учащается, становится глубоким, частым и смешивается с еле слышными стонами, когда Вадим чувственно мнет мою грудь, выводя подушечкой большого пальца круги на сосках.

— Я не собираюсь останавливаться, Ника, — сквозь поцелуй предупреждает Раевский. — Даже не думай сбегать.

— Даже и не думаю, — отвечаю я. И он властно и крепко захватывает мои губы своими, стягивая ладонью мои волосы на затылке.

Жар внутри меня усиливается, проносится вниз тяжелым, огненным шаром. Воздух и накаляется все сильнее, делается вязким, густым. Дышать становится нечем… моя грудь наливается тяжестью и горит от откровенных ласк.

Задрав рубашку, Вадим заставляет меня приподняться и приникает к моим соскам губами. Упираясь в его плечи ладонями, я запрокидываю голову и закрываю глаза, вытягиваясь струной. Между ног бешеная пульсация. То ли пульсирует каменный член, что вжимается в меня все сильнее, то ли моя мокрая плоть.

Вадим влажно играет языком с моими сосками. То дразнит, прикасаясь по очереди к острым, чувственным вершинкам, то облизывает их целиком и засасывает губами в горячий рот.

Изнемогая, я нетерпеливо ерзаю на выпускной твердости, кусаю губы и впиваюсь в обнаженные, крепкие плечи своего мужа. Это пытка и наслаждение одновременно. Я так возбуждена, что чувствую, как подо мной мокнут брюки Вадима. Где-то в глубине подсознания даже становится стыдно, но те яркие чувства, которые переполняют меня, затмевают весь стыд.

Приподняв меня, муж спускает брюки ниже, освобождая налитый член. Затем целует меня, сочно прикоснувшись своим языком к моему и мягко надавливая на мою талию ладонями, опускает вниз.

— Вадим… — открыв глаза, я ощущаю, как головка его члена тесно упирается мне между ног. Это волнующе, горячо и… немного страшно.

— Ты хочешь этого, девочка, — глаза мужа затуманены, в них медленно пляшут искры света от фонариков, которыми украшен шатер. — Доверься мне и расслабься.

Судорожно вздохнув, я киваю и позволяю опустить себя ниже. Приоткрыв рот, замираю на вздохе, когда чувствую, как в меня погружается твердое и горячее. Это… приятно. Безумно приятно и совсем немного больно. Во мне так влажно, что я с легкостью опускаюсь вниз, постепенно вбирая в себя член Вадима без остатка.

Упираясь коленями в шезлонг, я наклоняюсь к мужу. Мы встречаемся губами, жарко переплетаемся языками и я сама не замечаю, как начинаю медленно двигаться, плавно приподнимаясь вверх-вниз, судорожно и часто дыша сквозь поцелуи.

В низу живота что-то сладко лопается и взрывается, когда я ощущению, как во мне медленно и тесно скользит член. Напряжение нарастает по всему телу, давит, пульсирует, распирает изнутри.

— Не больно? — на секунду оторвавшись от моих губ, спрашивает Вадим. И тут же впивается в мою шею, лаская ее языком.

— Нет, — прерывисто выдыхаю я. — Хорошо… очень…

Я почти не чувствую боли, ее перекрывает нарастающее, острое удовольствие. В голове — густой туман. Я ничего не слышу. Ощущая горячее дыхание Вадима на своей шее, плотно покрываюсь мурашками и наслаждаюсь новыми, яркими ощущениями, которые никогда раньше не испытывала.

Мы будто одно целое. Двигаемся в такт друг другу и одновременно ускоряемся. Стискивая мои бедра пальцами, Вадим проникает в меня все быстрее, заставляя плавно ударяться ягодицами о его бедра.

Мои стоны становятся громкими и короткими, разносясь по всему пляжу, сливаясь с шумом моря. Склонив голову, я кусаю губу. Член во мне толкается так быстро и глубоко, что я не успеваю дышать. Лишь открываю рот и пытаюсь поймать порцию воздуха. Все тело дрожит, горит, изнемогает.

Вадим полностью управляет процессом, насаживая меня на себя снова и снова. Я покачиваюсь на нем вперед-назад, ощущая приятное скольжение своей набухшей вершинки по твердому лобку мужа.

Откинув волосы на спину, я любуюсь его сосредоточенным лицом. По виску стекает капелька пота, между темных бровей пролегает складка… полные губы приоткрыты, налиты алым. Мой… он только мой…

Заметив, что я смотрю на него, Вадим притягивает меня к себе и накрывает мои губы своими, не переставая заполнять меня собой так, что все внутри содрогается. Плавно, но быстро. Сладко растягивая изнутри.

— Это лучший секс в моей жизни, — шепчет, оттянув мою нижнюю губу зубами. Его пальцы путаются в моих волосах, когда он снова целует меня. — В тебе так хорошо и мокро, девочка… мм… скажешь, если будет больно?

— Да… — шепчу в ответ и его движения становятся более резкими.

Склонив меня к себе ещё ближе, Вадим начинает вбиваться в меня с бешеной скоростью. Так быстро и яростно, что наши тела глухо и мокро врезаются друг в друга.

Меня окутывает новой волной жара, по телу проносится мощная дрожь. Впившись в мое плечо зубами, Вадим стискивает пальцами мои ягодицы. Полностью управляет моими движениями, заставляет подчиняться себе. И я делаю это. Захлебываясь стонами, наслаждаюсь сочными, частыми толчками.

А потом, вдруг, содрогаюсь и резко замолкаю, потрясенно приоткрыв рот. По телу проносится такая мощная волна удовольствия, что на миг темнеет в глазах. На несколько секунд я замираю, отдавшись полностью взрыву экстаза, затем вздрагиваю ещё раз и ощущаю крупную дрожь. Между ног становится слишком горячо и мокро. Так мокро, что член Вадима влетает в меня с немыслимой скоростью.

В какой-то момент я оказываюсь прижатой грудью к шезлонгу. Схватив меня за талию, Раевский вбивается в меня размашистыми, сильными толчками и спустя несколько секунд мои ягодицы обильно орошает горячее семя. Не выдержав, я обессилено падаю на шезлонг. Все тело дрожит, не слушается меня. Но мне все ещё хорошо, я чувствую, как во мне разливается приятная слабость.

Все звуки медленно возвращаются. Я снова слышу плеск волн и дуновение легкого ветра. Только глаза не могу открыть. Из меня будто все силы выкачали.

— Ника… — отдаленно доносится до меня голос Вадима.

Я слабо улыбаюсь, неумолимо проваливаясь в сон.

— Люблю, — отвечаю одними губами. И больше ничего не слышу.

Глава 25

Вадим

— Ника, — зову женушку, но она лишь что-то шепчет себе под нос и засыпает.

Действительно, засыпает. На мой голос даже не реагирует, лишь еле заметно улыбается во сне. Некоторое время я задумчиво разглядываю ее. Скольжу медленным взглядом по обнаженной фигуре с задранной, перекошенной рубашкой, по изящной талии, подтянутым ягодицами и худым ножкам.

Красивая. И как я в день знакомства этого не заметил? Возможно, мне просто было не до этого. Когда Петр скинул мне фотографии своих дочек, я на автомате выбрал Нику. Взгляд сразу на ней зацепился, но я тогда значения этому не придал.

А теперь понимаю, что во мне что-то екнуло с самого начала, когда увидел ее. Просто не сразу осознал. Я ведь долгие годы считал все эти чувства, да и любовь тоже, полным бредом. Что это не для меня.

Мне и сейчас как-то не по себе от всего этого — с трудом признаюсь, что очень сильно влип. Что влюбился в девушку, которая младше меня на двенадцать лет. В искреннюю, честную, порой упрямую девушку с глубокими, карими глазами. В ту, для которой чем-то ценным является семья и настоящие чувства, а не шмотки, машины и дорогие подарки.

Она удивительная. И безумно красивая. Одновременно простая и сложная. Где-то наивная, но далеко не глупая. Наверное, о ней я могу думать часами. Хотеть ее каждую минуту. Целовать до боли в губах.

Испытывал ли я когда-нибудь что-то подобное? Никогда. Страсть и похоть — да. Что-то большее, глубокое и чистое — нет. Мне и в голову не приходило, что можно делать что-то хорошее просто так, без выгоды. Я думал, в этом мире все продается.

Оказалось, не все. Оказалось, у меня ещё есть душа. Ведь когда Ника сказала про свободу, я захотел, чтобы она ощутила ее. В голове появилась нужная мысль в ту же секунду. Конечно, свежий воздух где-то в лесу — это классно, но на море с собственным пляжем — куда лучше. И в моем стиле. Хотя, женушка была бы рада и обычной прогулке возле дома.

Небо постепенно начинает светлеть. Кинув взгляд на едва заметную, золотистую полосу над морем, я сонно моргаю и осторожно поднимаю Нику на руки. Она даже не просыпается. Только судорожно вздыхает, удобно устроившись у меня на груди.

С женой на руках я шагаю в дом, поднимаюсь в спальню и, стерев свои следы с ее ягодиц, укладываю на кровать. Ополоснувшись, ложусь рядом, подтягиваю Нику к себе и мгновенно засыпаю, утопая в сладковатом запахе яблок.

Она моя. Наконец-то все встало на свои места. Теперь у нас полноценный брак, без постоянных метаний и выяснений отношений. В один миг все стало легко, будто так было всегда.

Ника

Я так крепко спала, что мне ничего не снилось. После того, как открываю глаза, даже не сразу вспоминаю, что произошло. Но когда до меня доходит — в груди все начинает трепетать. Даже дыхание учащается.