Лия Ришар – (Не)желанная. Я тебя не отпущу (страница 28)
Это не секс, это что-то большее. Когда есть чувства, ощущения в сотню раз ярче.
Мы ещё некоторое время прижимается друг к другу, приводим дыхание в норму и наслаждаемся прохладной водой.
— Люблю тебя, женушка, — обхватив ее щеки ладонями, заглядываю в ее расфокусированные, пьяные глаза.
Ника блаженно улыбается, хлопая мокрыми ресницами.
— И я тебя, — смущенно говорит в ответ и все с той же улыбкой добавляет: — павлин.
Усмехнувшись, я крепко целую ее в губы и выхожу на берег с ней на руках. Уложив женушку на покрывало, скольжу плотоядным взглядом по ее обнаженному, загорелому телу. По налитой груди с розовыми сосками, по округлым бедрам и ногам, по которым стекают капли воды, искрящиеся на заходящем солнце.
Женушка даже не пытается прикрыться. Лишь блаженно закрывает глаза и с улыбкой вытягивается на покрывале. Я залипаю на нее. И чувствую, что скоро у меня опять встанет.
Позже мы ужинаем на берегу. Ника в моей белой рубашке, которая оттеняет ее загар, я — в черных, широких шортах до колен.
— Не хочу уезжать, — признается женушка, затягивая губами спагетти. Я внимательно наблюдаю за ее напряженными, поблескивающими губками и ухмыляюсь, вспоминая, что она проделывала ими сегодня утром. — Я опять буду дома. Без тебя.
— Я буду приезжать раньше, — обещаю, переводя взгляд на бездонные, карие глаза. — Не успеешь соскучиться.
— Мне по-прежнему нельзя выходить одной? — вздыхает Ника.
— Ты должна быть готова к тому, что тебя могут застать врасплох, — предупреждаю я. — Пока что я буду рядом. Потом сможешь выходить одна.
— И будем гулять? — игриво улыбается женушка. — Ты обещал мне прогулку.
— О’кей, — со вздохом отзываюсь я, — будет тебе прогулка.
— И не одна, — добавляет Ника.
— Да хоть каждый день, — хмыкаю я. — Но это не отменяет более интересных мероприятий. Договорились?
— Договорились, — она снова улыбается и, подумав, спрашивает: — а мои сестры… отец их, наверное, больше к нам не отпустит?
Я едва заметно морщусь, при упоминании о Петре.
— Отпустит, — обещаю Нике. — Сестры приедут к нам в гости.
— Ура! — женушка радостно визжит и, едва не перевернув свою тарелку с пастой, кидается мне на шею и покрывает мое лицо поцелуями. — Спасибо! Ты самый лучший!
О, это моя любимая часть. От ее похвалы я плавлюсь и кайфую. Удерживая Нику за талию, падаю вместе с ней на покрывало и наслаждаюсь ее поцелуями. Нежными, легкими, яблочными.
— Какой я ещё? — улыбаюсь, прикрыв глаза.
— Замечательный, — сообщает женушка, — умный, хитрый. И-и…
— И-и… — приоткрыв один глаз, тяну я.
— Жутко самовлюбленный, — оставив очередной поцелуй на кончике моего носа, заканчивает Ника.
— Чего? — хмурюсь я. — Самовлюбленный? Я?
Девочка улыбается уголками губ и кивает.
— О, да. Очень самовлюбленный.
— Я же не виноват, что так умен и хорош, — тяжело вздыхаю, улыбаясь краем губ. — Нашим детям повезет. Они будут умные, красивые и богатые.
— Они будут счастливые, — Ника перестает улыбаться и в ее глазах появляется непроглядная задумчивость. — Это самое главное.
— Будут, — отвечаю ей. Причем абсолютно серьезно и уверенно. — Не знаю, как скоро у нас появятся дети, но у них все будет по-другому, Ника. Обещаю.
Она ложится на меня и обнимает, прижавшись головой к груди.
— Я тебе верю.
На следующий день мы улетаем. Возвращаемся домой, в реальность, покидая нашу персональную сказку. И если бы я знал, чем обернется наше будущее, то навсегда бы остался здесь, на этом песчаном берегу.
Глава 27
Ника
От нашего отдыха мне удается отойти не сразу — я заново привыкаю к прежней жизни. Не могу сказать, что она чем-то плоха, просто теперь мы с Вадимом будем видеться реже. Особенно, если учитывать рабочие дела, которых у него накопилось слишком много за последние дни.
Но я жду его. Каждый вечер жду. Даже когда он возвращается позднее обычного, встречаю у дверей, чтобы крепко обнять и вдохнуть его запах, ставший для меня родным.
Знаю, когда-нибудь Вадим расправится со всеми рабочими моментами и мы будем видеться чаще. В конце концов, самое главное, что мы все решили. И что мы, наконец, вместе.
А пока что мне остается только набраться терпения и переключаться на какие-нибудь другие дела. Потому что не думать о Раевском просто невозможно — в голове постоянно всплывают самые разные воспоминания, связанные с ним. От милых и нежных, до горячих и откровенных.
Порой от таких воспоминаний я покрываюсь мурашками и жду мужа с ещё большим нетерпением. Кажется, я и не заметила, как он меня расположил к себе. Как раскрепостил так, что из смущенной, скромной девушки я превратилась в молодую женщину. Да, именно так. Ведь женщиной меня сделал он, мой муж.
Рассеянно улыбнувшись своим мыслям, я заставляю себя спуститься на землю. Обложившись учебниками и тетрадями, я сижу на садовых качелях и бегаю сосредоточенным взглядом по строчкам толстенного учебника.
Осенью начнутся занятия в универе, в который меня без проблем приняли на экономический факультет — хоть какой-то плюс от давления отца — ведь в школе я всегда старательно училась, что мне помогло сдать все экзамены на отлично. Возможно, в будущем я займу свое место в компании и больше не буду сидеть, сложа руки.
Звук уведомления отвлекает меня от учебника. Оттолкнувшись ногой от земли, я покачиваюсь на качелях и беру в руки телефон. На экране высвечивается новое сообщение от мужа. Он так и записан в моих контактах — муж. Но с недавних пор я добавила к этому простому слову огненное сердечко. Так лучше.
Коснувшись пальцем экрана, я открываю чат с Вадимом и читаю сообщение:
Улыбнувшись, открываю фото, которое он прислал следом и на мгновение замираю. Все в стиле Раевского — интимно и откровенно. У меня даже сердце начинает стучать чаще. Какие уж тут знания, когда в поле зрения появляется полуобнаженное, накаченное тело любимого мужчины?
На фото он стоит напротив зеркала, небрежно прислонившись плечом к стене. Лицо расслаблено, на губах — фирменная полуулыбка, а черные ресницы опущены вниз так, что глаз не видно. Но я прекрасно понимаю, куда он смотрит. Туда же, куда и я — на сжатый в могучей руке…
— Вот ты где! Прячешься что ли? — разносятся по двору громкие голоса сестер и я, подскочив на месте, бвостро закрываю чат.
Обернувшись, широко улыбаюсь и спешно слезаю с качелей, направляясь к Лере и Марине. Вадим устроил очередной сюрприз — ведь о том, что они приедут именно сегодня я не знала. И, честно говоря, не сильно надеялась на это, потому что прекрасно помнила, что между Вадимом и отцом стойкая неприязнь. Но муж в очередной раз доказал мне, что выполняет все свои обещания. И я снова ощущаю, как меня окутывает теплом и радостью.
Возможно ли любить его с каждым разом ещё больше? Наверное, да. У меня каким-то образом получается. Даже когда я думаю, что больше уже некуда.
Крепко обняв сестер, я провожаю их в дом. Галина приносит нам ароматный чай, малиновый пирог и нежные блинчики с творогом. Девчонки сладкоежки и я прекрасно знаю все их предпочтения.
— Загорелая какая! — отмечает Марина, широко улыбаясь. — Светишься вся. Вау!
— Да, точно, — часто кивает Лерка, — реально светишься. А глаза-то как горят! Как у алкаша, который спер заветную бутылку из магазина.
Марина улыбается и закатывает глаза, а я весело смеюсь. Наверное, так и есть. У каждого ведь свое счастье.
— Вы отдыхали, да? — накручивая длинную прядь на палец, спрашивает Марина. И глаза ее при этом смотрят на меня с пытливым любопытством. — Вадим тебя возил на море? Это его идея, да?
— Вы вместе, да? — подхватывает и Лера, положив обе ладони на стол и подавшись вперед, с видом восторженного ребенка, — теперь по-настоящему?
Глядя на них, я не могу сдержать улыбки. И киваю. По кухне разносится наш громкий, радостный визг. Испугавшись, к нам заглядывает Галина, но мы уверяем ее, что все хорошо.
— Поверить не могу! Это же так здорово! — пораженно качает головой Марина. — Отец выдал тебя замуж, а ты при этом умудрилась влюбиться. Причем взаимно!
— Все оказалось к лучшему, — отвечаю ей я. — Сама не верю, что это говорю.
— Да нам тоже не верится, — весело говорит Лера, — похоже, девочки, мы совсем не привыкли быть счастливыми.
— Это точно, — вздыхает Марина и хитро переглядывается с Лерой. — Но твой муж позаботился даже о нас.
— Что? Как? — не понимаю я, глядя то на одну, то на другую сестру.
— Сегодня мы идем по магазинам! — хлопает в ладоши Лера. — Допиваем чай и вперед! За новым шмотьем!
Я открываю рот, не зная даже, что и сказать.