Лия Болотова – Камень преткновения (страница 5)

– Детский сад, Танк.

Киттум осуждающе покачала головой и отошла к панорамному окну во всю стену, чтобы не мешать другим посетителям сделать заказ. Халле шагнул следом:

– Не нуди, Китс. Хорошее же утро.

– Киттум, – в очередной раз поправила маг, демонстративно не глядя на него и опираясь предплечьями на узкую деревянную столешницу, закреплённую вдоль окна. – Мне всё равно, кого ты пытаешься закадрить, только не нужно делать это за мой счёт.

Но резкость, с которой она откинула заплетённые в косу волосы за спину, намекала, что Киттум его шутеечка всё-таки задела. У Халле, примостившегося рядом с магом, только спиной к окну, чтобы не терять из виду Кайлу, было то самое настроение, когда чужие подколы не задевают, а лишь раззадоривают. Потому он не смог смолчать:

– Для равнодушного ты слишком напряжена. – Киттум вперилась в него негодующим взглядом, точно готова был испепелить на месте: такой реакции Халле точно не ожидал. Видимо, кто-то сегодня встал не с той магической ноги. – Спокойнее, капитан Кин, это была шутка.

Киттум снова отвернулась к окну, всем своим видом демонстрируя, что потеряла интерес. Халле тоже не стал настаивать на продолжении разговора, решив дать напарнице время перебеситься. Пока Кайла суетилась около кофемашины, готовя их заказ, он медленно обвёл взглядом кофейню, привычно профессионально осматриваясь. Народ тут был разношёрстный: студенты, офисные трудяги, мамашки, отправившие своих чад в школу, бегуны после пробежки. Внимание привлёк суетной паренёк, который сидел за столиком на двоих в самом углу. Слишком нервный, с воспалёнными, чуть навыкате глазами, он не переставая наглаживал себя ладонью по голове, словно натирал пузо китайской статуэтки, что продавались в сувенирной лавке на углу, и дёргал одной согнутой в колене ногой так, что стол ходил ходуном. Халле поймал себя на внезапном ощущении брезгливости, точно смотрит не на человека, а на слизняка, вылезшего из сточной канавы. Нахмурился, подался было вперёд, пытаясь понять, что именно, кроме нервозности, не нравится ему в незнакомце, но голос Кайлы отвлёк:

– Ваш заказ готов! Приятного дня.

Халле забрал стаканы со стойки, довольный, что ему на пенке нарисовали красивую веточку – мелочь, а приятно, – передал Киттум её чёрный, без ничего, и они вышли на улицу. Маг продолжала делать вид, что они незнакомы, а Халле был слишком воодушевлён, чтобы портить настроение попыткой разобраться с чужими тараканами. Его не раздражал даже шеф Майерс, затеявший с какого-то перепуга планёрку. Тот монотонно зачитал с листа суточную сводку происшествий, будто специально тянул время, а потом принялся распекать Сееру за то, что он не сдал вовремя какой-то отчёт. В другой день Халле бы всё это время нервно ёрзал на стуле или откровенно зевал, а сегодня пребывал в приятном расслабленном состоянии, точно ему не стакан кофе перепал, а хороший секс. Если шеф продолжит в том же духе, то и вздремнуть можно будет. Халле сложил руки на груди, отвернулся к окну, чтобы не светить своим довольным выражением лица, думая, хорошо бы узнать у Кайлы, что за волшебную пыльцу она подмешала в его напиток – пусть всегда такой делает.

Краем уха он уловил, как кто-то бежит по коридору, а следом дверь в кабинет шефа резко распахнулась:

– Какой-то придурок открыл стрельбу в кофейне!

Нехорошее предчувствие обрушилось на Халле бетонной плитой раньше, чем мозг до конца переварил слова прибежавшего сержанта. Перед глазами сам собой встал образ дёрганого парня, и Халле, вскочив со своего места, вылетел из кабинета, не дослушав. Кто-то кричал ему в спину, сорвавшись следом, но он нёсся по длинной бетонной кишке, надеясь, что интуиция его обманула.

Улица оглушила его воем сирен и звуками автомобильных клаксонов. На тротуаре было не протолкнуться из-за толпы зевак, и Халле пришлось пробиваться к кофейне с боем. Он гнал от себя дурные мысли, но они упорно забивали голову. Полицейский у входа попытался его остановить, но Халле просто оттолкнул того в сторону, влетел в распахнутую настежь дверь, сделал пару шагов и замер. Под ногами хрустело стекольное крошево и железисто пахло свежей кровью. Официантка, Тина, кажется, сидела на диванчике около бабули, приобняв ту за плечи и зажимая салфеткой рану на её голове. Двое парней с кровоточащими резаными ранами на руках и лицах, видимо, их посекло стеклом, расположились прямо на полу у стены. Один из находящихся на месте преступления патрульных, увидев его жетон, сам подошёл к нему:

– Сержант Бэйл, сэр.

– Раненые?

– Трое тут, – Бэйл кивнул сначала на старушку, потом на парней. Повернулся к барной стойке: – И одна девушка в тяжёлом состоянии. По показаниям свидетелей, она и была основной целью нападавшего. Скорую уже вызвали.

Игнорируя остальных потерпевших, Халле на негнущихся ногах прошёл вглубь кофейни, боясь заглянуть за прилавок. А в спину ему неслось:

– Подозреваемый с места преступления попытался скрыться. Но его удалось задержать в соседнем квартале…

Халле даже не нужно было спрашивать, кто этот ублюдок. Он был абсолютно точно уверен, что знает кто. Кайла лежала на полу. Рядом с ней, прижимая полотенце к её груди, сидел незнакомый парень из персонала кофейни – Халле не мог разобрать лица, определил, что он тут работает, только по форменной футболке. Да и не разглядывал того особо, потому что не отрываясь смотрел на раненую девушку и на расползающееся около неё кровавое пятно. Первое, о чём он подумал – зря они положили Кайлу на пол, там же грязно, будто это и было самой большой проблемой сейчас. Улыбчивое прежде лицо застыло безжизненной маской и побледнело настолько, что стало казаться восковым, зато веснушки, будто издеваясь, проступили ярче. Халле с силой стиснул кулаки, стараясь удержаться от нечеловеческого воя, понимая, что вина в произошедшем частично лежит и на нём. Если бы он не ушёл так быстро…

– Кайла… – едва слышно позвал Халле, сам не зная, что собирается спросить или сказать. Сейчас он ждал лишь одного, чтобы Кайла просто открыла глаза.

Рыжеватые ресницы дрогнули. Несколько секунд девушка рассматривала его, словно собираясь с мыслями, а потом сказала:

– Я рада, что мы успеем попрощаться.

Определённо не это Халле хотел услышать. Ноги подкосились, и он бухнулся на колени рядом. Его до ужаса пугала настолько разумная оценка ситуации и собственного состояния от раненой Кайлы. Халле не мог перебороть себя и начать убеждать её в том, что всё будет хорошо, получилось только выдавить:

– Не разговаривай, береги силы. Неотложка в пути, – надеясь, что голос не выдаст, как быстро в нём тает уверенность в благополучном исходе.

Кайла улыбнулась и посмотрела на него снисходительно-нежно, точно на несмышлёного ребёнка, который сморозил милую чушь. Попыталась поднять руку, но из-за кровопотери стала настолько слабой, что едва получилось оторвать её от пола. Халле подхватил узкую ладонь, гоня прочь возникшую в голове ассоциацию с куском льда. Старался не обращать внимания, как всё сильнее дрожат пальцы парня с кухни, что продолжал с силой прижимать к ране полотенце, пропитавшееся насквозь кровью. Сердце в груди Халле било в набат, тяжело, зло и обречённо, а он стоял на коленях и мог думать только о том, как отмотать время назад и всё исправить. Да ещё этот парень рядом нагнетал, не смущаясь всхлипывая.

– Береги себя. Не дай свету внутри тебя погаснуть, – едва слышно прошептала Кайла, прежде чем снова закрыть глаза.

Под веками запекло, и Халле с силой втянул в себя воздух сквозь сжатые зубы.

– Да где эта скорая?! – не удержавшись, воскликнул он.

Вздрогнул, почувствовав, как его плечо кто-то сжал – рядом появилась Киттум.

– Халле…

– Китс, Китс, пожалуйста, сделай что-нибудь, – взмолился Халле, вцепившись в пальцы мага одной рукой. – Ты же можешь…

– Халле, – повторила маг, но осеклась лишь сильнее сжав его плечо.

Халле завис на долгую секунду, снова перевёл взгляд на Кайлу, чьи приоткрытые губы начали синеть.

– Нет… ну нет же…

Отрицать было проще, чем признать случившееся.

Наконец в кофейне появились парамедики, пара из которых, с громким лязгом поставив чемодан с красным крестом рядом, начали отдавать распоряжения, требуя дать им больше места. Халле оттеснили, он и не сопротивлялся. Шатаясь, поднялся на ноги, с трудом сделал шаг, потом ещё. Умом он понимал, что Китс права – уже поздно, но сердце продолжало сопротивляться очевидному. Да только чуда воскрешения не случилось. Не в этой жизни и не в их мире.

Солнце светило раздражающе ярко, слепило глаза настолько, что они начали слезиться. По крайней мере, Халле успокаивал себя именно этим, утирая влагу на ресницах рукавом рубашки. Его трясло от холода, потому что он выскочил из участка без куртки, но Халле упорно продолжал курить уже третью сигарету подряд. Пустота внутри него стала напитываться горечью, пока не превратилась в гнев. Киттум всё это время стояла рядом, молча, не понимая, что её присутствие только раздражает Халле, усугубляя и без того ставшее скверным настроение. Ему было неловко, что напарница видела его таким потерянным и слабым. Халле не нуждался в чужом сочувствии. Единственно, что ему сейчас действительно было нужно, это излить свою агрессию на виновного. Очень кстати в поле зрения попал сержант Бэйл, и Халле, щелчком отправив недокуренную сигарету в сторону, подошёл к нему: