LitaWolf – Мой таинственный незнакомец, или Крокодил назад не ходит (страница 14)

– А что ты ещё умеешь? – спросил Лэйби.

– Вообще, мой конёк – рукопашный бой, – ответила Ардана, смахивая с себя остатки обиды.

– Знаете, какая она ловкая? – сказал Гриндо. – Как тигрица! А если в её руке кинжал, то ты – труп.

– Звучит устрашающе, – засмеялся Киган.

– А выглядит куда страшнее, – добавила Ардана.

На этом и разошлись. Напоследок Гриндо ещё раз напомнил брюнетам, чтобы в девять утра они были в кабинете Нилфри. Те дружно заверили его, что цифру «9» они уже заучили.

***

В назначенное время слуга проводил Кигана и Лэйби в кабинет Маоро Нилфри. Тот уже дожидался их, пролистывая какие-то бумаги, полученные с утренней почтой. Кстати, надо заметить, что и своего личного почтальона Нилфри снабдил охранником – ведь не было никаких гарантий, что расплодившиеся завистники не устроят нападение, чтобы завладеть важной документацией.

Визуально изучив кандидатов в телохранители, Нилфри задал им несколько вопросов общего характера, после чего подробно стал интересоваться их профессиональными навыками. Гриндо с Арданой, которых он тоже вызвал в кабинет, молча наблюдали за собеседованием.

Уверенность Арданы в том, что хозяин возьмёт на службу Кигана и Лэйби, крепла с каждой минутой. Гриндо, кажется, мечтал об обратном – авантюра, в которую его втянула сестра, по-прежнему не давала покоя.

Закончив расспросы, Нилфри перешёл к инструктажу.

Но не успел он осветить первый пункт, как дверь отворилась, и в кабинет заглянула девушка в нарядном платье.

Глава 8

– Не помешала, пап? – спросила она Нилфри, но тут же с нескрываемым интересом уставилась на незнакомцев.

– Нет, что ты, – с появившейся вдруг теплотой в голосе сказал ей Нилфри. – Заходи. А у меня вот пополнение в охране: Киган и Лэйби.

Брюнеты учтиво поздоровались.

– Добрый день! – улыбнулась девушка, с восхищением оглядывая новых работников отца. – Меня зовут Эрвида́ль

Нилфри, по-отцовски строго нахмурившись, посмотрел на дочь.

– Мускулистые длинноволосые мужчины – это же замечательно, – невинно улыбнулась девушка.

– Кажется, только что украли твой девиз, – шепнул Гриндо Ардане.

– Нагло украли, я бы сказала, – недовольным шепотом добавила та.

– Я знаю твои вкусы, – улыбнулся дочери Нилфри. – Именно по этой причине твои охранники были, есть и будут бритыми наголо. Идеально, если б ещё и худосочными были, но в этом случае они уже сами будут нуждаться в защите.

– При первом пункте второй уже необязателен, – ухмыльнулась Эрвидаль. – Голова, которую нужно протирать тряпочкой, ставит крест на любой, даже самой рельефной фигуре.

– Ты пришла ко мне с каким-то вопросом? – решил поставить точку в предыдущей теме Нилфри.

– Да в общем-то, ничего важного, – ответила девушка и ещё раз скользнула взглядом по папиным новобранцам.

– Тогда позволь мне вернуться к инструктажу, – сказал Нилфри.

Девушка проплыла к окну и, отодвинув штору, стала что-то рассматривать на улице. Сейчас Эрвидаль явно была лишней в кабинете, но Маоро так сильно любил дочь, что не был способен переступить через себя и отправить её за дверь.

– Итак, с обязанностями мы разобрались, – вернулся к делу хозяин. – Идём дальше. В этом доме вы можете разговаривать исключительно со мной, моим секретарём Хорнсом, своими коллегами и прислугой. Что касается всех остальных – только короткое приветствие в соответствии со статусом персоны. Гриндо с Арданой объяснят вам, с кем и как следует здороваться.

Странно, что оконное стекло не треснуло от негодования Эрвидаль, когда прозвучали слова про «всех остальных». Она, правда, даже не шелохнулась, но тем сильнее чувствовалось источаемое ею возмущение.

Ардана с будничным видом рассматривала платье девушки – понятное дело, что возмущалась хозяйская дочка не из-за неё. Гриндо же почувствовал заметное облегчение. До появления в этом доме Кигана и Лэйби он был безусловным фаворитом Эрвидаль. Сейчас же с радостью был готов сложить с себя эти полномочия.

Угадав, о чём сейчас думает брат, Ардана едва заметно подмигнула ему, мол, ну что, теперь видишь плюсы моей авантюры?

А Эрвидаль она понимала. Чрезмерная отцовская любовь являлась настоящим бичом для молодой девушки – ей запрещали общаться с ровесниками, чтобы те не испортили её (в прямом и переносном смыслах этого слова), никаких «своих» гостей, прогулки исключительно в обществе телохранителей. Отец давал дочери всё, что та пожелает, кроме одного – общения со сверстниками.

Мать Эрвидаль умерла во время родов, и Нилфри, с неимоверным трудом пережив потерю, поклялся самому себе любить девочку за двоих и беречь её как зеницу ока.

Не сказать, чтобы Эрвидаль была неблагодарным ребёнком. Она тоже очень любила отца, но его стремление возвести стену между ней и сверстниками, сводило её с ума.

– Да и вообще, – продолжал тем временем Нилфри, – по любым вопросам обращайтесь к своим коллегам. Они люди опытные, не первый год у меня на службе.

– Мы это учтём, – сказал Киган. – Когда нужно приступать к исполнению своих обязанностей?

– Формально – с этой минуты. Фактически – с первым выездом. Кстати, завтра утром я отбываю по делам, так что выезд не за горами. Вопросы есть?

Киган с Лэйби помотали головами.

– Вот и замечательно, – сухо улыбнулся Нилфри. – Все свободны. Гриндо, Ардана, отведите новых работников во флигель, пускай осваиваются.

Компания покинула приёмную.

Эрвидаль тут же попыталась увязаться за ними.

– Стоп! – услышала она короткую выразительную команду.

Девушка нехотя остановилась и повернулась к отцу.

– Радость моя, – сказал Нилфри и, подойдя к дочери, положил руки ей на плечи. – С моей стороны было бы неосмотрительно не напомнить тебе правила поведения – особенно в отношении новых телохранителей.

– Сначала издеваешься, нанимая на работу таких красавцев, – недовольно пробурчала девушка, – а потом правилами тычешь.

– Девочка моя, эти ребята – оплот надежности! Я это прямо чувствую.

– Оплот надежности… – повторила Эрвидаль, вкладывая в эти слова совсем другой смысл.

Лицо Нилфри вмиг приобрело сероватый оттенок. Это означало, что он начинал злиться.

– Дочь! – такое обращение было ещё одним верным признаком надвигавшейся грозы. – Запомни, они – мои телохранители! Этим всё сказано. Я запрещаю тебе даже мечтать о них.

– Запретить мечтать не может никто никому и никогда! – возразила девушка. – Поэтому давай лучше вернёмся к правилам поведения. Мне их наизусть зачитать?

Нилфри улыбнулся и, склонившись, поцеловал её в лоб.

– Пойдём завтракать, – сказал он.

– Пойдём, – вздохнула Эрвидаль.

***

Во флигеле, где жили Гриндо с Арданой, кроме их «апартаментов», было восемь комнат. Одну из них занимали телохранители Эрвидаль. В самой большой жила стража, что охраняла ворота – две пары стражников дежурили посменно. Для прислуги было отведено четыре комнаты, две из которых были «семейными». Киган и Лэйби заселились в единственную свободную, резервную, комнату, находившуюся в самом конце коридора, то есть через одну от обители Арданы с Гриндо.

Брюнеты отправились на постоялый двор за своими вещами и вернулись к часу дня. Наскоро обосновавшись, то есть оставив на полу скромные пожитки, они заглянули в гости к своим новым знакомым. Войдя в комнату, оба первым делом принялись разглядывать шедевры рукоделия племени науа.

– Это кто из вас увлекается? – спросил Лэйби, изучая взглядом пёстрый настенный коврик.

– Я, – скромно ответил Гриндо.

– Занятно… – протянул тот.

– Ты думал, что это Ардана коллекционирует?

– Занятно, что, оказывается, в Митране есть люди, проявляющие хоть какой-то интерес к науа, – пояснил своё удивление брюнет.

– А у вас в Паурэо дело обстоит иначе? – спросила Ардана.

– У нас с ними тесные торговые отношения.

– То есть интерес имеет корыстную почву?

– Ну почему же, – вступил в разговор Киган. – Просто Лэйби имел в виду тот факт, что науа часто бывают в Паурэо, и у нас есть возможность поближе познакомиться с этим народом.