Лисса Рин – Последний призыв (страница 49)
Хм, забавно, а ведь несколько минут назад я была уверена, что день сегодня будет солнечным. И провальным. Может, все-таки ошиблась?
– Да поехали уже, – раздался позади нетерпеливый голосок, и Мелис снова придвинулась поближе к передним сиденьям. Я ухмыльнулась. Довольно иронично, что из всех присутствующих самым готовым к предстоящему непростому ритуалу оказался его ключевой участник. Пускай и ничего о нем не подозревающий. – Мы к твоему хваленому целителю уже целую вечность собираемся, а мне еще в кафе заехать хочется. – Глаза Мелис потемнели, а скулы заострились. – А если мы не успеем вернуться к вечернему обходу? Меня ведь выпрут из больницы, и твоя оплата просто сгорит! И кстати, – она хмуро посмотрела сквозь меня, – а почему я не на переднем?
Торен бросил на меня взгляд и пожал плечами.
– Пересядь, если хочешь. – Он кивнул на место рядом с собой.
– Зачем? – изумленно вскинула бровь Мелис, в глазах которой снова разлилась небесная синева. – Там ведь уже Листа сидит.
Мы с Тореном мрачно переглянулись.
– Нужно поторапливаться, – тихо прошептала я, сжав трясущиеся пальцы.
– Вот именно, – поддержала меня Мелис и недовольно поерзала на сиденье. – Нужно поскорее приехать в шоколадницу, пока все не разобрали. Ты бы видела, Листа, какие там афарэли подают, пальчики оближешь! А кокосовый кофе, м-м-м!
Мои руки все еще дрожали, но внутри, в самой сердцевине стылого оцепенения, будто зажегся небольшой жаркий огонек. Через пару секунд он поглотил весь мой эфир, заботливо укутав в теплый пульсирующий кокон.
Я с удовольствием погрузилась в странные, но приятные ощущения, и мои губы сами собой растянулись в искренней улыбке.
Я уверенно положила ладонь на плечо Торена.
– Ты ее слышал. – Я кивнула на руль. – Нас ждут кофе и кокосовые пальчики. Так что вперед!
Торен встрепенулся, с удивлением уставился на мою улыбку – и тоже улыбнулся. Кивнув в ответ, он уверенным движением выжал педаль тормоза и кнопкой запуска включил зажигание.
Нет, как ни посмотри, а у сестры Торена точно есть неизвестная мне сила! Интересно, это какая-то шеольская магия? Или та самая знаменитая сила слова, которой смертные так любят стращать друг друга? На вид ведь ничем не примечательная слабохарактерная, да еще и изрядно потрепанная помором девчонка. Но почему тогда в ответ на каждое ее слово мой эфир словно откликается?
Правда, конкретно сейчас он откликался где-то внизу, в районе тщательно прожариваемых ягодиц.
– Да выключи уже обогрев, Торени, – взмолилась Мелис, сама того не зная, ответив на мой последний вопрос. – Здесь же как в духовке!
Я удивленно посмотрела сначала на выглянувшую из-за сиденья недовольную мордочку Мелис, а затем на Торена. Ощутив на себе наши взгляды, он нервно провел ладонью по затылку и потянулся к регулятору обогрева сидений.
– Я подумал, что… – Он осекся и бросил взгляд на мои ладони на панели, и меня осенило! Он серьезно? Я поспешила убрать руки. – Немного перестарался.
Немного? Да у меня зад уже плавится!
– Ну да, немного чересчур перестарался, – язвительно заметила я, стараясь как можно незаметнее приподняться над сиденьем. – Поехали уже.
Торен спорить не стал, полностью сосредоточившись на вождении. Раздраженно пробуксовав по рыхлому снегу, машина наконец подчинилась и тронулась с места.
Я снова уставилась на мешанину из грязи и соли на дороге, которая с удовольствием распахнула перед нами свои неприглядные объятия, стоило нам угодить в красный свет первого же попавшегося светофора.
Отлично! Такими темпами в нужное нам место мы попадем хорошо если к шеольскому елочному празднику!
Я уже приготовилась было отпустить парочку колких реплик, но тут меня заинтересовало какое-то мельтешение на дороге, прямо перед капотом нашей машины. Я даже рот открыла от удивления: опавший лист! Опять! Да откуда они все берутся, если этот город уже одним рогом в зиме? Правда, этот лист разительно отличался от привычных рваных и почерневших остатков того, что я наблюдала прежде. Сухой и ровный, он смело взлетал над блестящим от мороза асфальтом, точно норовя упорхнуть из этого тлена в новую осень.
«
– Листа?
– А? – встрепенулась я и невольно отлипла от заворожившего видения.
– Ты знаешь точный адрес этой своей Крестной земли? Или координаты, которые можно забить в навигатор?
Я растерянно осмотрела приборную панель машины в поисках несчастного, которого мне зачем-то следовало забить.
– Ну маршрут к месту назначения, – попытался объяснить Торен, видя мою растерянность. Понятнее не стало. – Адрес в виде координат, которые можно занести в определенную программу, чтобы…
– Ты сейчас будто нашего Багрового призвать пытаешься, – буркнула я, окончательно убедившись в том, что «быть в тренде», о чем мне постоянно напоминала Мирейна, явно не мой конек. – Я сама покажу дорогу.
Тяжелый вздох слева красноречиво дал понять, что водитель от такой перспективы не в восторге.
Ну а как ты думал, мой сладкий? Я не обещала, что будет просто. Вообще ничего не обещала, если уж на то пошло.
Красный свет все никак не желал меняться на зеленый, и я снова посмотрела на дорогу, выискивая глазами лист. Да где же он? Неужели затоптали? Хотя да, что с этих жалких смертных взять? Все мчатся куда-то, не глядя ни по сторонам, ни под ноги. Уставятся перед собой стеклянными глазами – и спешат, бегут, спотыкаясь и падая в месиво из грехов и пороков. Проклиная, втаптывая в грязь всех и каждого, кому не повезло оказаться на пути к вожделенной цели. Вперед, не разбирая дороги, к закономерной финишной черте своей жизни, за которой, притаившись, уже раскрыла алчную пасть прожорливая пустота.
И никто не посмотрит, не оглянется, не протянет руку помощи…
Я с изумлением уставилась на стоящую у самого края тротуара светловолосую и голубоглазую девочку лет шести, в руках которой робко дрожал мой лист. Девочка придирчиво осмотрела его края, подняла над головой, словно намереваясь узреть скрытую ото всех и одной лишь ей известную тайну. Потом широко улыбнулась и, повернувшись к стоящей за ней молодой паре, протянула найденыша им.
Женщина улыбнулась в ответ, осторожно взяла лист и что-то ответила. Мужчина одобрительно кивнул и ласково погладил девочку по голове. Та весело засмеялась, ловко извернулась и выскользнула из-под заботливой ладони мужчины. Встав перед парой, она принялась что-то серьезно и наставительно доказывать родителям. Те, в свою очередь, внимательно слушали и кивали в ответ. Не забывая, впрочем, время от времени, кидать смешливые взгляды друг на друга. Девочка весело склонила голову в притворном поклоне, а затем, под вежливые аплодисменты родителей, поспешила устроиться между ними. Светофор загорелся им зеленым светом, и семейство, беззаботно о чем-то переговариваясь, медленно двинулось по пешеходному переходу.
Яркий лист уютно расположился на вязаном шарфике молодой женщины, словно старинная дорогая брошь.
Минуту спустя наша машина тронулась с места, и я невидяще уставилась перед собой.
Побитый людьми и отвергнутый природой жалкий лист наперекор судьбе с трагическим исходом сумел каким-то чудом обрести свое место в этом мире. Судя по всему, он был не так уж безнадежен.
– Что между тобой и этим цербером?
Громкий скрип пронзаемого когтями пластика заставил Торена вздрогнуть и, надеюсь, пожалеть о своем бескостном языке, так не вовремя извлеченном из потаенных недр… кхм… здравомыслия.
– Моя машина… – тихо простонал Торен, с ужасом взирая на глубокие, со щербатыми краями царапины.
– Сам виноват!
– Что у вас произошло? – В проеме между креслами тут же появилась любопытная белокурая головка.
– Все хорошо, Мелис, – поспешила заверить я, предпринимая тщетные попытки «замазать» ладонью свое творение. – Просто я неудачно закрыла бардачок, – я понизила голос до шепота, – после того как кое-кто неудачно открыл рот. Но все в порядке. – Я улыбнулась Мелис и многозначительно уставилась на Торена. – Так ведь?
– Да. – В его голосе послышались нотки вселенской тоски и совсем немножечко безысходного отчаяния.
Но, думаю, мне просто показалось. Еще бы из-за куска пластмассы так переживать.
– Вот и чудненько, – скрестила я руки на груди.
– Так что между вами?
Он не закончил?
– Почему мы все еще говорим об этом? – сквозь зубы прошипела я, покосившись на Торена.
Он продолжал упрямо смотреть перед собой. На его мрачном изможденном лице не было ни любопытства, ни хоть какой-нибудь заинтересованности. Одна лишь болезненная сосредоточенность.
– Нам предстоит важный ритуал. – Торен тщательно поправил зеркало заднего вида. Уже в третий раз. – Хочу знать, чего от вас… – голос его надломился, но взгляд по-прежнему был полон мрачной решимости, – от него ждать.
– Тебе – ничего хорошего, – отрезала я, пытаясь избавиться от вновь возникшего где-то в самых недрах эфира болезненного, щемящего чувства.
А ведь только-только от него избавилась!
– Так вы в
Я прекратила почти сразу же, но это его категорическое требование лишь распалило мою врожденную зловредность.