Лисса Рин – Последний призыв (страница 12)
– Даже так? – немного озадаченно протянула я и хмыкнула.
Вероятно, я все же немного перестаралась. Но эффект кратковременный, так что, думаю, моя, теперь уже предыдущая, взывающая успеет этим воспользоваться.
А меня ждала новая и, надеюсь, крайне интересная встреча.
Глава 5
В просторном подвальном помещении, освещенном тридцатью тремя свечами, десятком керосиновых ламп и пятью огромными кемпинговыми фонарями, было совсем как в машине при первом дежурстве Торена: мрачно, жутко и отдавало зловонным напоминанием о чьем-то неудавшемся ужине.
Придя в себя после первого и явно неудачного призыва, Торен вышел из защитной печати. Гадливо стряхнув с рук густую липкую сажу, он поспешил к тщательно подготовленному алатарю и, опустив на подбородок заговоренную тканевую маску, жадно приник к бутылке с освященной водой.
Стало гораздо легче. Вода мягко обволакивала горло живительной прохладой, унимая колючие спазмы и успокаивая готовый вывернуться наизнанку желудок.
– Чтоб его, – тихо простонал Торен, невидяще глядя на обугленную пентаграмму в центре каменного пола, убеленного рассыпанной повсюду освященной солью. Затем вдруг со всей злости швырнул на пол почти опустевшую бутыль, которая тут же разбилась. – Да чтоб вас всех!
Капли голубоватой жидкости, едва коснувшись краев пентаграммы, зло зашипели и растворились в клубах густого грязно-серого пара, увлекая за собой рисунок и пепельные остатки несчастного сумеречного.
Торен тяжело вздохнул и устало опустился на деревянную скамью у стены.
Итак, первый призванный бес оказался бесполезен. А теперь к тому же еще и мертв. Как так вышло, Торен и сам толком не понял. Все случилось настолько быстро и неожиданно, что взывающий с призванным даже моргнуть не успели.
И ведь ничего не предвещало, как говорится. Явившийся на зов бес в ожидаемо устрашающей манере принялся запугивать Торена своим отвратительным видом, безграничным могуществом и кровожадными намерениями. Однако после активации непробиваемо спокойным Тореном ограничивающей печати вокруг беса прыти у последнего слегка поубавилось. А уж когда Торен озвучил условия сделки, сумеречный и вовсе скривился, как-то весь подсдулся и принялся бурчать, что он, дескать, не какая-то там моровая инферия, чтобы совать свой нежный и чувствительный пятачок во всякую людскую парашу вроде проклятий. И разошлись бы взаимно недовольные друг другом призванный и взывающий, если бы разочарованный Торен не наградил беса парочкой уничижительных «комплиментов». Такого пренебрежения к своему сумеречному величию бес стерпеть не смог и решил продемонстрировать жалкой человеческой душонке свое могущество, насмешливо коснувшись ларца с лежащей в нем проклятой фигуркой ангелочка.
Ну вот и доигрались оба, что сказать! Последствия сего неразумного решения Торену теперь придется убирать сильнодействующим ингибитором, попутно отмывая пол сильнодействующей содой с хлором. Хорошо еще, что самого не зацепило.
Торен тряхнул головой в попытке хоть немного развеять жуткое видение, но унять крупную дрожь в теле он был пока не в силах. Торен шумно выдохнул и закрыл глаза, чтобы успокоиться и собраться с мыслями, хотя в его ушах все еще стоял отчаянный визг несчастного сумеречного.
Не то чтобы Торену было невероятно жаль коварную, изворотливую хеймовскую тварь, жаждавшую всеми возможными способами если не присосаться к душе взывающего, то хотя бы ее понадкусывать. Но что-то в груди парня все же сжалось, когда незадачливого беса охватило жуткое багровое пламя и в мгновение ока обратило в густой липкий пепел, стоило тому беспечно прикоснуться к ларцу с проклятием. Тем самым проклятием, которое цепкой ядовитой паутиной опутало его бедную младшую сестру и теперь день ото дня все туже сжимало ее хрупкое сердечко.
И вот как прикажете с таким бороться?!
А ведь на этот раз он был почти уверен, что получится. После стольких дней неустанной работы в крайне непопулярном и даже опасном Управлении зачистки он наконец-то получил долгожданный перевод в Управление по надзору за инфернальной границей Покрова. А там, глядишь, рукой подать до желанного Управления по контролю за сумеречными высшего разряда. Но уже сейчас у него на руках был нужный ему доступ к закрытому архиву с мемориями призыва сумеречных низшего и среднего порядка. Разумеется, вот так с ходу и без подготовки использовать первый попавшийся меморий было бы в высшей степени неразумно, не говоря уж о том, что мемории и запечатанный в них эфир находились под контролем Департамента. Но кое-что интересное отыскать ему удалось уже сейчас.
На успех Торен особо не рассчитывал. Но и такого оглушительного провала явно не ждал. Мало того что он ни на шаг не приблизился к своей цели, так теперь еще руководству придется объяснять, куда делся тридцать пятый меморий Гримура с первой степенью допуска.
Вот уж действительно не везет как проклятому. С другой стороны, бесу повезло еще меньше, так что грех жаловаться.
Торен хмуро осмотрел место неудавшегося призыва, снова вздохнул и медленно поплелся к рюкзаку. Хватит, пожалуй, на сегодня. Нужно поскорее здесь прибраться, смыть с себя последствия ритуала и счистить остатки бесовского эфира, а потом завалиться спать. Благо завтрашний выходной обещал небольшую передышку и время обдумать дальнейшие шаги. Как и объяснение для начальства.
Погрузившись в невеселые мысли, Торен поспешил к жертвеннику – и едва не упал, споткнувшись о попавший под ноги Гримур.
Прошла всего неделя, как Торен получил этот увесистый, в тесненном кожаном переплете и с блокирующими печатями на корешке фолиант в личное распоряжение. И всего один день с момента получения, как он использовал Гримур не по назначению, пронеся в нем украдкой нужный ему меморий призыва.
– Да что ж такое, – устало ругнулся Торен, нависнув над жертвенником, который лишь по счастливому стечению обстоятельств не стал его надгробием, но Торен успел быстро среагировать и предотвратить соприкосновение камня с виском. – Вот, Мелис, похоже, теперь мы с тобой оба прокляты, – невесело хмыкнул он и, подняв тяжеловесную книжицу, медленно выпрямился.
Задумчиво проведя указательным пальцем по корешку, Торен устало зевнул, аккуратно положил Гримур на жертвенник и повернулся к пентаграмме. Однако, не пройдя трех шагов, вдруг остановился и задумчиво посмотрел на кисть: левое запястье, увитое почерневшим браслетом-блокатором, пульсировало, улавливая присутствие хеймовского эфира.
Бесов покров, этого только не хватало!
Если браслет так отзывался на остатки эфира после призыва, то какова же была сила эфира во время самого ритуала? И справились ли печати с подобной нагрузкой, скрыв все следы проведения несанкционированного ритуала от нежелательных глаз поисковых Департамента?
Так, спокойно. Без паники. Торен ведь все неоднократно проверял. И потом, браслет обязательно указал бы на любые изменения в целостности любой из печатей. Но печати оставались замкнуты, а значит, не в ритуале дело.
Торен медленно поднял руку на уровень груди и шагнул вперед. Браслет легонько, словно нехотя, мигнул и посветлел. Все еще удерживая руку на весу, Торен медленно обернулся и сделал пару шагов по направлению к жертвеннику.
Браслет тут же, словно повинуясь неведомой силе, покрылся рябью и крепко сжал запястье.
Так и есть: браслет реагировал на Гримур. Но ведь в нем больше нет мемория с призывом беса! Как, впрочем, теперь и самого беса. Тогда чье сумеречное присутствие улавливает браслет? Может, остатки эфира, которым был до этого пропитан меморий?
– Завтра разберусь. – Торен потер виски, зажмурился и поводил головой по сторонам, разминая уставшую шею.
Так хотелось бросить все, пойти в свою комнату и упасть лицом в кровать, чтобы провалиться в сон без сновидений на годик-другой! А потом проснуться снова шестнадцатилетним легкомысленным оболтусом, единственной проблемой которого были вступительные экзамены в высший авиационный колледж, чтобы однажды покатать свою милую сестру на настоящем самолете. Как и обещал. Покрасоваться перед мамой в новенькой, с иголочки, форме авиационного колледжа. Как обещал. Обмыть с отцом первую медаль за особые заслуги. Как обещал. Создать семью с любимой девушкой, построить своими руками уютный домик в живописном месте подальше от шумного загазованного города и жить счастливо и… Да просто жить!
Не вышло. Не получилось. Не суждено.
В какой момент в его идеально распланированной жизни все пошло не так? Когда родители погибли в жуткой аварии, лишь по какой-то нелепой причине пощадившей жизнь сестры? Или в момент, когда убитая горем Мелис стала вдруг на глазах чахнуть и слабеть, стремительно теряя память и частичку себя? Или еще раньше, когда родители связали себя с чуждым им жестоким миром, за что и поплатились?
Ай, какая теперь уже разница?! Прошлое кануло в Покров. А настоящее требовало от Торена отыскать ту тварь, которая, словно издеваясь, наложила свое бесово проклятие на измученную Мелис.
Отыскать… и уничтожить!
– Да что опять не так? – встрепенулся Торен и мрачно уставился на болезненно пульсирующий браслет, когда палец застыл над одной из страниц Гримура.
И когда только успел его поднять?
Прямо под указательным пальцем мягко светился испещренный старинными глифами совершенно незнакомый, но абсолютно рабочий меморий! Он здесь откуда? Как Торен умудрился его пронести сквозь блокирующую рамку? И насколько нужно было потерять бдительность, чтобы не заметить в Гримуре второго, насквозь пропитанного хеймовским эфиром мемория?!