Лисса Адамс – Bromance. Все секреты книжного клуба (страница 57)

— Ты и правда сильно на нее запал, — сказал Малколм с оттенком изумления.

Мак помрачнел.

— Смотри, — сказал Малколм, опираясь на локти. — Ты же знаешь, как это работает. Если она напугана и решила держать дистанцию, тогда сегодня вечером она будет очень уязвима, потому что секс — чертовски большой шаг. Будь готов к тому, что она явится к тебе в своем обычном саркастичном обличье.

С этим не поспоришь. Примерно то же самое Мак сказал бы любому другому из парней. Но все же…

— Что мне делать?

Малколм приподнял брови с выражением «Ты шутишь?».

— Ты знаешь ответ.

Конечно. Он знал, какой совет дал бы другим.

— Быть тем, в ком она нуждается в данный момент.

Малколм кивнул.

Но внезапно эти слова утратили смысл, потому что Лив вышибла из его головы все, что он раньше знал. Вчера вечером она убила его своей откровенностью и фантазией о сидении в обнимку. Просто иногда так хочется иметь рядом человека, на которого можно опереться. Это были самые печальные, одинокие слова, какие он когда-либо слышал, и самое страшное — он отлично понимал, что она имела в виду. Мак никогда не признался бы в этом друзьям, но он провел немало ночей в своем гигантском доме, проклиная тишину и глядя на пустое место по другую сторону кровати.

— Это сложнее, чем ты думал, верно? — сказал Малколм, прерывая его мысли.

Мак отпил кофе.

— Ты правда не понимаешь, почему Гретхен тебя бросила?

— Она назвала какие-то дурацкие причины.

— А именно?

— Неловко рассказывать. — Мак понял, что сморозил глупость, еще до того, как это произнес.

— Сколько раз кто-нибудь из нас говорил то же самое, и ты убеждал нас выкладывать все?

Мак теребил пальцами страницы меню.

— Да знаю.

— Ты слышал все унизительные аспекты нашей жизни, чувак. Теперь твой черед.

— Знаю. — Он набрал побольше воздуха в легкие и начал объяснять: — Она сказала, что чувствует себя так, будто ее обрабатывают по какой-то инструкции. Что все было слишком идеально. — Обида все еще жгла. — Как может что-то быть слишком идеальным?

— Потому что идеальное не бывает настоящим, Мак.

Он сглотнул ком в горле. Малколм точно выразил смысл слов Гретхен. Рано или поздно женщинам начинает хотеться чего-то настоящего.

— Я не знаю, как с ней себя вести, — смущенно признался он.

— Будь самим собой, Мак.

Но что, если это как раз единственное, чего он не может сделать? Будь он поумней, он отменил бы сегодняшнее приглашение. Она заслуживает лучшего. Лив заслуживает человека, который не делает того, что она ненавидит больше всего: не лжет ей.

Он просто должен стать тем, кто ей нужен. Кто может дать ей то, чего она хочет.

Чертовым Брейденом Маком.

Какого черта она делает?

Расчесывает зуд. Не больше и не меньше. В пять минут девятого Лив свернула на улицу Мака и сбавила скорость, всматриваясь в номера домов в свете уличных фонарей. Теплое желтое сияние заливало ухоженные газоны района, где он жил. Она давно пришла к выводу, что Мак живет в роскоши, раз готов платить тысячу долларов за порцию десерта, и все же не была готова к откровенной демонстрации богатства, исходившей от каждого дома, мимо которого она проезжала. Добротные кирпичные и каменные таунхаусы возвышались своими двумя этажами над замысловатым ландшафтом. Скрытые прожектора освещали фасады, ненавязчиво подчеркивая их красоту.

Она повидала достаточно богачей, чтобы знать, что причина столь показной демонстрации богатства редко бывает благородной. Владельцам этих домов либо есть что заявить о себе, либо им есть что скрывать.

Последнее, как она знала, всегда хуже.

Проехав еще полмили, Лив наконец нашла каменный почтовый ящик с его адресом. Она свернула на мощеную подъездную дорожку и проехала под кронами высоких деревьев. Когда деревья закончились, увидела дом, возвышающийся над лужайкой.

Как только Лив притормозила у портика, входная дверь распахнулась. Мак, в шортах для гольфа и футболке, обтягивающей его торс самым выгодным образом, сбежал вниз по ступенькам. Ее сердце застучало, но она велела ему уняться.

Сегодняшний вечер посвящен высвобождению физического желания. И не больше.

— Привет, — сказал он, придерживая дверь. Она не успела опомниться, как он наклонился и поцеловал ее в губы. — Надо что-нибудь забрать из машины?

Обычно Лив не лезла за словом в карман, но теперь словно утратила дар речи.

— Кексы на заднем сиденье, — с трудом пробормотала она.

— Я возьму.

Лив последовала за ним в дом, стараясь не слишком таращить глаза на роскошь. Прихожая высилась футов на восемнадцать; в центре располагалась округлая лестница. Мраморный пол холодил ступни, когда она сбросила туфли.

— Как тебе тут, нормально? — небрежно спросил он, неся в руках завернутую тарелку.

— Ага.

— Кухня здесь.

На этот раз дар речи ее не подвел.

— Охренеть! — выдохнула Лив. — Вот это да!

Это была кухня ее мечты. Настоящая кухня шеф-повара. Газовая плита с восемью конфорками и двойной духовкой. О, сколько всего она могла бы тут приготовить!

— Нравится? — Веселый голос Мака прервал ее кулинарные фантазии. Он поставил тарелку на стол.

— Зачем тебе такая кухня? — фыркнула Лив, раздражаясь без видимой причины… помимо того, что нервничала.

— Ну, мне ведь нужно есть? — Он подмигнул.

— Ты умеешь готовить?

— Конечно. Могу разогреть замороженную пиццу. Иногда лазанью в микроволновке.

Его широкая улыбка могла бы растопить лед.

— Ты умеешь готовить, — сказала она, поняв, что ее разыграли.

— Конечно, умею. Я взрослый. Взрослый человек должен уметь себя накормить.

Она закатила глаза.

— Может, выпьем? — предложил он.

— Конечно.

Мак достал из холодильника охлажденное шардоне, откупорил бутылку и налил два бокала. Протянул ей один и задержал свои пальцы на ее руке.

— Мне может потребоваться что-то покрепче, — сказала она, отстраняясь.

— Могу предложить себя.

Лив прыснула. Смех снял напряжение. Ей захотелось поцеловать Мака хотя бы только за это.

— Очень посредственный сексуальный намек, Мак. Я о тебе лучшего мнения.

Он усмехнулся, заталкивая пробку в горлышко винной бутылки.

— А вот это ты, кажется, неплохо умеешь, — заметила она.