Лисавета Челищева – Рваный ритм (страница 15)

— Хорошего дня, — говорит дядя Петя девушке, и та уходит.

Я дарю девушке улыбку, но она её не видит. Моя улыбка гаснет, когда она проходит мимо Леши, откровенно его разглядывая. На неё он не смотрит.

Отворачиваюсь к кассе, перебирая скидочные карточки. Мои русые волосы падают на лицо, закрывая обзор.

Чувствую его присутствие рядом и поворачиваюсь к дяде Пете.

— Дядь Петь, это Алексей. Леша — это дядя Петя, — бормочу тихо.

— Это тот, о ком ты рассказ...

— Дядь Петь! — выпаливаю я. — Вам не пора доделывать свой кроссворд?

— Ну, наверное, я мог бы...

— Отлично, — хватаю его сборник кроссвордов и сую в руки. Он одаривает меня своей хитрой улыбочкой, забирает кроссворд и садится за свой стол. Ну хоть иногда он меня слушает.

— Ты за книгой, которую забыл? — спрашиваю, поднимая взгляд на Лешу.

Он смотрит на меня исподлобья. На мои губы.

— Нет.

Я просто вздыхаю. Осторожно слезаю со стула и отхожу от него вглубь магазина. Незачем на меня злиться.

Подхожу к ряду с книгами, которые надо расставить. Беру одну. Леша хватает меня сзади за футболку и разворачивает к себе. Его рука ложится мне на подбородок, приподнимает моё лицо. Он смотрит на разбитую губу, и в его глазах возникает что-то опасное.

— Этого вчера не было, — голос низкий, напряжённый.

— Было. Ты просто не заметил. Было темно.

— Врёшь.

Я опускаю руки, стараясь не смотреть на него.

— Тебе подобрать ещё одну книгу для тематического вечера? — нервно спрашиваю я.

— Не нужна мне никакая книга, — цедит он сквозь зубы.

— Тогда зачем ты здесь?

— Хотел посмотреть на тебя с похмелья.

— …Вчера мне пришлось соврать. Я не пью.

— Вижу, — его голос становится ещё ниже.

Повисает пауза.

— Прости, что пришлось подвозить меня вчера, — говорю я. — У меня нет твоей куртки с собой, но завтра принесу.

— В следующий раз поедешь на такси. Мне было не по пути, — бурчит он.

— Ну, мог бы и не подвозить. Знала бы, что будешь себя так вести — ни за что бы не согласилась, — отворачиваюсь и ставлю книгу на место.

— Не хотел потом слушать твое нытьё, — говорит он сзади.

Я закрываю глаза, не позволяя его словам задеть меня.

— Я от тебя только это и слышу, — огрызаюсь в ответ.

Разворачиваюсь и утыкаюсь лицом ему в грудь. Так и хочется сдаться, прижаться лбом и уснуть на нем, хоть и не доверяю ему. Но я вымотана.

— Больше нечего сказать? — Леша отстраняется. — Это всё, на что ты способна? — он повторяет мой же вчерашний вопрос.

— Леш, хватит, — шепчу я, чувствуя, что силы спорить на исходе.

— Уже не такая дерзкая, да? — он наклоняется ко мне, так близко, что я вижу едва заметный шрам на его брови. Его рука тянется ко мне и убирает прядь волос за ухо.

Сердце ускоряется, когда его пальцы задерживаются на моей коже, спускаясь к подбородку.

Стоп. Он же злой. Он же полный придурок. И красивый. Но опасный. Что я вообще делаю? Я его почти не знаю, но позволяю ему быть так близко и лапать мое лицо уже в очередной раз!

Почему я не отталкиваю его?

Он так близко, его рука приподнимает мой подбородок, и я вижу его губы совсем рядом. Мне нужна помощь. Нужна подруга, которая подскажет, что делать, потому что я понятия не имею что.

Он меня поцелует? Мы поцелуемся? Он же меня ненавидит. Я никогда в жизни не была так сбита с толку.

— Леш, — шепчу я, приподнимая руку к его груди в попытке то ли оттолкнуть, то ли просто прикоснуться.

Я отстраняюсь первой. Он позволяет. Теперь у меня нет смелости посмотреть на него. Боюсь снова увидеть его глаза, полные этой странной смеси злости и чего-то ещё.

Делаю шаг назад и спотыкаюсь о тяжёлый деревянный ящик, что мы используем для верхних полок. Лечу вниз. Полный кошмар.

Приземляюсь прямо на бедро, и колено простреливает дикая боль. Ну вот, опять!

Боль становится острее, когда я пытаюсь пошевелить ногой.

— Ты как? — слышу его голос.

Поднимаю голову. Леша уже рядом. На лице — не раздражение, а что-то похожее на тревогу. Он протягивает руку. Я берусь за неё, но как только пытаюсь встать, стон срывается с моих губ — колено простреливает так, что темнеет в глазах.

— Блин… Не могу, — выдыхаю я.

Он нагибается, его рука скользит от моей кисти вверх, к локтю. Подхватывает меня под спину и колени и поднимает, как пушинку.

— Что болит? — спрашивает он, оглядывая меня.

— Колено.

Он смотрит на мою ногу, потом на меня.

— К врачу надо.

— Нет, просто отвези меня домой.

— Не вижу в этом смысла, — отвечает он, и я замолкаю.

Он несёт меня к выходу. Дядя Петя провожает нас ошеломленным взглядом, но ничего не говорит.

На улице Леша аккуратно усаживает меня в свой джип. Я внутренне сжимаюсь, но стараюсь не подавать виду.

— Ты не обязан...

— Не тебе решать, — беззлобно бросает он, садясь за руль.

Мы едем минут двадцать. Я смотрю в окно, пытаясь унять боль. Леша сворачивает к красивому дому в современном стиле на Крестовском острове.

— Это твой? — спрашиваю я.

— Друга.

— У тебя есть друзья? — вырывается у меня.

Он бросает на меня уничтожающий взгляд, выходит и открывает мою дверь. Снова подхватывает на руки и несёт к крыльцу.

— Где мы?