Лисавета Челищева – Дом пряток (страница 2)

— Не трогай меня, пожалуйста. Я… я ничего такого не помню, — пробормотала я, пытаясь отстраниться от парня. Моя память действительно была чиста, как белый лист.

— Ты же сама начала то, что между нами сейчас, — его голос стал чуть глубже, с нотками вызова. — Я не хотел сначала, пытался отрицать это влечение, как последний дурак. Но… не смог устоять. И хорошо, что не смог.

— …А что между нами? — Я подняла голову, пытаясь разглядеть его лицо в темноте, но видела лишь смутные очертания.

Вместо ответа, он наклонился. Его губы накрыли мои, осторожно, почти вопросительно. Это был совсем не тот резкий, шокирующий поцелуй, что был в коридоре. Этот был медленным, исследующим.

Он углубил его, его язык скользнул по моим сухим губам, увлажняя их и требуя ответа. Я почувствовала, как его рука скользнула под мою блузку, холодные пальцы легко коснулись моей кожи, скользя вверх по ребрам.

— Это, — прошептал Савва, отрываясь на мгновение, его дыхание было прерывистым. — Мы делаем это, пока прячемся, чтобы отвлечься. Скоротать время. Ты сама это придумала. А хотел больше я.

Мой разум кричал, что это ложь, что я не могла придумать ничего подобного, но тело… тело почему-то отзывалось на его прикосновения. Странное, почти гипнотическое влечение тянуло меня к этому парню, которого я совсем не помнила.

— Отвлекись со мной, Инга, — его голос стал еще более хриплым, полным мольбы. — Я не стану ничего такого делать, чего ты не захочешь. Просто… давай целоваться, как раньше. Чтобы отвлечься. Может, и все вспомнишь заодно.

— Нет. — Я затрясла головой, отстраняясь к самой стенке. — Это неправильно.

— Неправильно? Ты сама посадила меня на эту зависимость. Теперь, зная, как наша близость здорово отвлекает от страха перед этими прятками, я больше не могу без нее. Понимаешь?

Я хотела возразить, оттолкнуть его, но в этот момент снизу снова раздался скрежет. Он стал громче, ближе, и к нему добавился глухой, протяжный скрип, словно кто-то медленно волочил что-то тяжелое по полу.

Мой инстинкт самосохранения взвыл. Я почувствовала, как холодный пот выступил на моей спине. Невольно, я сама прижалась к парню, ища защиты в его присутствии.

— У тебя сердце очень бьется, почему? Испугалась сильно?

— Конечно. Было бы странно, если бы я была сейчас супер спокойна. Нет?

Около моего уха послышался смешок.

— Ты права. Честно говоря, я, наверное, был напуган больше всех, когда мы тут только оказались.

— Тут?

— В этом доме.

— И что изменилось? Ты больше не боишься?

— …Боюсь, конечно. Но уже меньше всех. Я перенаправил свой страх. Теперь я боюсь не за себя. А для этого надо быть храбрым. Инга, я…

Мне показалось, что сейчас Савва скажет что-то очень важное насчет нас, но где-то внизу, прорезая тягучую тишину, раздался крик.

Громкий, облегченный мужской голос, донесшийся откуда-то с первого этажа, разорвал напряжение:

— Рассвет, народ! Можно выходить!

Я вздрогнула. Савва ослабил хватку, но не отпустил. Воздух в шкафу, казалось, стал более теплые, обволакивающим.

— Иди, — прошептал он мне на ухо. — Я чуть позже спущусь.

— Почему?

Я отстранилась, пытаясь разглядеть его лицо в темноте. Рассвет или нет, но мне почудилось, будто стало немного светлее внутри шкафа. Я смогла разглядеть силуэт его профиля: прямой нос, красивые брови и сжатые губы.

Савва наклонился к моему лицу, тяжело дыша.

— Потому что, Инга, если остальные увидят меня сейчас, они сразу поймут, чем мы тут с тобой занимались во время пряток, — прошептал он, и в его голосе прозвучали нотки ехидства. — В следующий раз захотят прятаться с нами. А я не хочу делить тебя ни с кем. Понятно?

Я покраснела, закусывая щеку. Моя бурная реакция на его слова и касания лишний раз доказывала мне, что мы знакомы. И очень близко.

Савва отпустил меня, и я, на подкашивающихся ногах, выбралась из шкафа.

Свежий, хоть и пыльный, воздух комнаты показался мне глотком настоящей свободы.

Я вышла в темный коридор.

За окнами лестничного пролета, которые должны были быть залиты утренним светом, все еще бушевала ночная вьюга, и небо было затянуто плотными, темными тучами. Никакого солнца. Странный рассвет… Но хотя бы прекратился стук и скрежет внизу.

Я спустилась по широкой лестнице, ведущей в центральный зал. В огромной гостиной, залитой тусклым светом, пробивающимся сквозь грязные витражные окна, меня ждали двое.

Один из них, высокий, худощавый парень с копной черных кудряшек и умными карими глазами, сидел, скрестив ноги, на старом диване, уткнувшись в какую-то книгу. Я почему-то вспоминала его имя. Оно всплыло из глубин моей памяти и отчетливо указало на него… Это был Марк.

Второй парень, рыжеволосый, с такими же карими глазами, как и у Марка, но с озорными искорками в них, сидел на подлокотнике кресла, насвистывая какую-то мелодию. Это был Яша. Мой лучший друг детства.

Они оба подняли головы, когда я вошла.

— Инга! Ну наконец-то! — Яша спрыгнул с кресла и подбежал ко мне, по-свойски закидывая руку мне на плечо. — Где ты пряталась, а? Все хорошо? А то я так переживал за тебя…

— Да, все в порядке, — Я попыталась улыбнуться, чувствуя себя неловко под их изучающими взглядами. — Я пряталась в шкафу.

— В каком? В дальней комнате? Я ж там был, но тебя почему-то не видел. — затараторил Яша. — Я тебя везде обыскался перед началом пряток. Мы же договаривались в этот раз прятаться вместе.

— …Я не знаю, Яш. Я плохо что помню. Головой сильно приложилась, когда упала.

— Чего?! Упала?? — Яша начал озабоченно кружиться вокруг меня, осматривая со всех сторон на предмет ушибов. — Как это произошло? Когда? Наверное, в темноте на лестнице споткнулась, да?

— Пойдемте лучше на кухню, — неожиданно предложил Марк, захлопывая книгу. — Кофе и завтрак ждут. Там сможете все обсудить. Нам надо прийти в себя после этой ночи. Еда поможет. А то сейчас все на стрессе.

— И ты больше всех! — язвительно добавил Яша, приподнимая брови. — Опять ты все разговоры на еду переводишь, Марк. Знаешь ведь, если так постоянно будет, ты не только все наши припасы сожрешь, но ещё и сильно пожиреешь об этом.

— Отстань от меня! Сам не меньше меня съедаешь за раз.

— Так я ж спортивный. Я бегаю.

— Где это ты бегаешь? — Марк сморщил нос, презрительно огрызнувшись. — По нервам моим?

— Не только. И по дому, и вокруг дома. По-разному. А ты вечно еле плетешься. А иногда, бывает иду, разговариваю с тобой о том о сём, вот как вчера: оборачиваюсь, а тебя уже и нет нигде! В какую щель ты там забиваешься? Так слушать меня тошно, да??

— А ты не задумывался, что я просто не хочу слушать твои мысли вслух три часа подряд??

— И как это называется? — с досадой выдохнул Яша, поворачиваясь ко мне. — Ты слышишь как он ко мне относится?

— Да хватит ко мне приставать уже! И с упреками, и с твоими этими разговорами! — раскрасневшись взвыл Марк, буравя Яшу взглядом.

— А я скажу! Скажу как это все называется! Я к тебе со всей добротой, по-дружески. А ты, Марк! Плевать ты хотел на нашу дружбу. Это называется — в мою душу нараспашку снова кинули какашку!

— Мальчики! Предлагаю все-таки пойти на кухню. — выдавила я, машинально вставая между ними. Конфликта ещё в этом странном месте не хватало.

— А я вот сразу это предлагал! — добавил Яша, подмигнув мне. — Пойдемте, конечно.

Марк решил мудро промолчать на этот раз.

Мы втроем направились на кухню. Она была просторной, но такой же запущенной, как и весь остальной особняк. Яша тут же принялся помогать мне накрывать на стол, доставая тарелки и кружки из пыльных шкафов. Я ополаскивала их водой из-под крана и ставила на стол. Вода была ледяной, и мои руки быстро закоченели.

Заметив мои покрасневшие пальцы, Яша неожиданно оказался прямо около меня. Он перехватил мои руки и поднес их прямо к своим губам. Я ощутила приятный жар на кончиках своих пальцев, когда он старательно подул на них.

— Спасибо. — шепнула я с легкой улыбкой.

Наши взгляды встретились. Его рыжеватая челка почти скрывала его глаза, но я все же заметила как пронзительно они изучали мое лицо.

— Как ночь прошла, кстати? — спросил Яша, отпуская мои руки и подмигивая мне. — Страшно было?

— …Не очень, — соврала я, вспоминая поцелуй Саввы в темноте. — А вы где были?

— Мы с Марком в библиотеке прятались, — ответил Яша, усаживаясь во главе стола с дымящейся чашкой кофе. — Уже видела библиотеку? Нет? Она огромная, там куча потайных ходов, если знать, как ими пользоваться. Я вот пока учусь. А Марк там вообще как рыба в воде себя чувствует, он все эти старые книги обожает!

— Это помогает отвлечься, — спокойно добавил Марк, наливая себе кипятка в чашку. Я сразу подумала: как хорошо, что в доме проведен газ и мы можем в любой момент воспользоваться им. Это меня, конечно, ободрило после всего этого ночного кошмара.

Мы сидели за столом, пытаясь создать видимость нормального утра. Разговор пошел о пустяках: о том, как ужасно здесь пахнет пылью, о том, что еда в кладовке, кажется, никогда не кончается, и о том, что никто из нас не помнит ничего до того, как очнулся в этом доме. Все это, конечно, было очень странно.