Лисавета Челищева – Дом пряток (страница 4)
Я замолчала, не в силах продолжить.
— И? — Марк поднял бровь, ожидая продолжения.
— И там меня что-то холодное коснулось! Что-то влажное. Как будто... как будто кто-то лизнул мои пальцы.
Марк глубоко вздохнул, приподнимая брови, словно я говорила ему что-то совершенно несуразное. Его выражение лица было смесью скептицизма и сочувствия.
— Мобильник, говоришь?… Интересно, что он там делал. Ты не захватила его?
— Нет, конечно! — я чуть ли не закричала на него от негодования. — Я не такая бесстрашная, чтобы думать на два шага вперед, когда меня касается что-то неизвестное! Единственное, чего я хотела тогда — поскорее убраться из той комнаты!
— …Понятно, — кивнул Марк, словно это объясняло все.
— И машина! Я видела машину, Марк! В окне второго этажа, она стояла у самого леса. Вокруг нее не было никаких следов, но потом они вдруг появились. Свежие следы, ведущие от машины к дому!
— Машина? — повторил Марк, словно это было что-то совершенно обыденное. — Да, мы ее уже осматривали. Она была здесь ещё до нас.
Я почувствовала прилив надежды, несмотря на холодный ужас, который все еще пробегал по моей спине.
— Мы должны проверить ее ещё раз! Может, мы сможем отсюда уехать! Может, там есть ключи, или мы сможем как-то...
— Мы уже проверяли, — спокойно ответил Марк. — Бесполезно. Двигатель разбит вдребезги. Полностью. Как будто кто-то взял кувалду и разнес его изнутри. Поршни, клапаны, все смешалось в одну груду металла. Ничего не собрать. Даже если бы у нас были какие-то инструменты и знания, даже если бы у нас было время...
Моя надежда рухнула, словно камень в пропасть.
— Но… но я хочу посмотреть на эту машину. Пожалуйста, Марк. Может быть, в самом салоне что-то есть...
Он посмотрел на меня, его взгляд был проницательным, почти жалостливым. В его глазах я прочитала то, что он не хотел говорить мне вслух: ты ничего там не найдешь, Инга.
— …Ну, хорошо. Идем, — сказал он наконец. — Посмотришь сама.
Мы направились к главному входу. Когда Марк открыл массивную деревянную дверь, я увидела их — глубокие, неровные борозды на поверхности двери снаружи, будто выцарапанные чем-то острым и невероятно сильным. Следы от когтей. Они тянулись от самой земли почти до уровня моей головы, оставляя в древесине глубокие раны, из которых торчали щепки.
Те самые когти, которые скреблись в дверь ночью. Те самые когти, которые я слышала вчера, но не видела.
Марк, казалось, не обратил на них никакого внимания. Он просто вышел, и я неспешно последовала за ним, чувствуя, как морозный воздух пробирается под одежду и пробивает насквозь.
Метель усиливалась. Снежинки кружились в диком танце, ограничивая видимость до нескольких метров. Мир вращался, превращаясь в белую, безграничную пустоту, в которой существовали только мы двое и холод.
Мы шли по глубокому снегу, каждый шаг требовал усилия. Чем ближе мы подходили к краю леса, тем яснее становились очертания машины. Это был старый внедорожник, полностью занесенный снегом.
Марк подошел к капоту, наклонился и указал на зияющую дыру, откуда торчали искореженные обломки металла.
— Вот. Поршни, клапаны — все полетело. Блок двигателя расколот пополам. Никакой ремонт не поможет. Как будто кто-то специально все раздолбил.
Я заглянула внутрь, и меня охватил холод, еще более пронизывающий, чем метель. Это было не просто повреждение. Это было... дикое, безумное разрушение. Словно что-то огромное и неконтролируемое разнесло двигатель изнутри, разорвало его на куски, превратило в груду бесполезного металла.
Внезапно, сквозь вой ветра, мне показалось, что я слышу что-то еще. Звук, похожий на быстрый, тяжелый бег. Из леса. Что-то неслось прямо на нас, раздвигая сугробы, ломая ветки!
— Марк! — я схватила его за рукав, паника вновь охватила меня, предчувствие опасности меня никогда не подводило. — Там что-то бежит на нас из леса! Слышишь?!
Марк повернул голову, его глаза сузились, но он не двинулся. Его спокойствие было почти оскорбительным для моей паники.
— Здесь никого нет, Инга. Это просто ветер. Акустические иллюзии в метели — нормальное явление. Звук отражается от деревьев, от снега, создает впечатление...
— Нет! — я была уверена, абсолютно уверена. Это не ветер. Это было "оно". То самое "оно", которое скреблось в дверь ночью. — Давай в машину! Сейчас же!
Я распахнула водительскую дверь и, не раздумывая, нырнула внутрь. Затем, изо всех сил, потянула Марка за собой. Он, к моему удивлению, не сопротивлялся, хотя и выглядел совершенно невозмутимым, словно мы играли в детскую игру.
Я с силой захлопнула дверь, блокируя их. Мы оба оказались внутри, в тесной, промерзшей кабине, окруженные снежной пеленой и жуткой тишиной. Я вжалась в сиденье, смотря в лобовое стекло с выпученными глазами. Холодный металл обшивки пробирал до костей, но страх был сильнее, страх был всепоглощающим.
— И зачем мы тут сидеть будем? — недовольно поежился Марк.
Неожиданно машина задрожала, словно ее подняли и начали трясти, как детскую игрушку. Скрежет металла, глухие удары — казалось, невидимая сила пытается разорвать машину на части, чтобы добраться до нас.
— Наверное, это дикий зверь! — выпалил Марк, хватаясь за сиденье, и впервые я услышала в его голосе нотку страха. — Медведь, может быть, или...
— Дикий зверь так не делает! — мой голос сорвался, превратился в крик. — Марк, только не выходи, когда все стихнет! Давай подождем ещё час? Пожалуйста! Так всегда в фильмах ужасов! Кто-то уходит, чтобы проверить что-то, и навсегда пропадает!
— Чего?? Мы не в фильме, Инга.
— А откуда ты знаешь?! — Я схватила его за руку, пытаясь удержать, пытаясь найти в его спокойствии хоть какую-то опору. — Мы вообще ничего не знаем! Я не помню, как мы здесь оказались! Меня же должен кто-то искать?? Нас всех же должен кто-то искать?! Родители, друзья, кто-то же должен заметить, что нас нет!
— Нас уже точно ищут, — ответил Марк, и в его голосе прозвучало что-то, что заставило меня поверить ему. Не потому, что это было логично, а потому, что я отчаянно нуждалась в этой вере. — Но сейчас это нам не поможет.
Внезапно машина резко дернулась, и я упала на Марка. Он инстинктивно обхватил меня, прикрывая собой, словно его тело могло защитить от того, что происходило снаружи. Удары усилились, казалось, что кто-то огромный и невидимый безумствовал вокруг нас, пытаясь вырвать двери, разбить стекла. Каждая секунда казалась вечностью, каждый удар — как сильнейшие порывы ветра.
Я слышала свой собственный крик, но он казался чужим, издаваемым кем-то другим. Марк прижимал меня к себе, его сердце билось так же бешено, как и мое.
Потом, так же внезапно, как и началось, все стихло. Наступила жуткая, звенящая тишина, нарушаемая лишь завыванием метели и нашим учащенным дыханием.
Марк осторожно приподнялся, все еще прикрывая меня.
— Кажется, оно ушло…
Не успел он закончить, как водительская дверь распахнулась с оглушительным скрипом. Марк, не раздумывая ни секунды, выставил ногу и с силой ударил в снежную пелену. Раздался вскрик, и что-то тяжелое шлепнулось в сугроб.
— Ты?! — Марк вылез из машины, его голос был полон ярости и облегчения одновременно. — Ты что творишь?! Зачем ты нас пугал?! Придурок!!!
Из сугроба поднялся Яша, отряхиваясь от снега, его волосы были белыми от инея. На его лице читалось искреннее недоумение, сменившееся обидой и гневом.
— Я?! Пугал?! Ты больной что ли, Марк?! — он оттолкнул Марка, и тот повалился в сугроб сам, зашипев от неожиданности. — Я ничего не делал! Я просто увидел, что машина сильно трясется, и пошел проверить! А тут вы оба, как влюбленная парочка, прячетесь в машине! Что это вообще значит?! Вы!… — Яша сузил глаза, раскрасневшись. — Вы чем тут вообще занимались?
Марк поднялся, отряхиваясь, его лицо было тоже красным от гнева и холода.
— Если это не он, значит, что что-то напало на машину. Что-то огромное. И ты едва не убил нас всех своей идиотской попыткой утолить свое любопытство!
— Чего? — Яша рассмеялся, но смех был нервным. — Марк, ты совсем спятил? Я видел из окна дома, как эта машина сама тряслась. Ничего и никого вокруг неё не было. Это шутка как-то, да?
— Шутка?! — я вылезла из машины, мои ноги едва держали меня. — Яша, это была не шутка! Это было реально! Я была в машине. Машина тряслась не так, как может трясти ветер или обычный человек!
В этот момент к нам подошел Савва, появившись из-за угла дома, словно он ждал нас там все это время. Он окинул нас всех внимательным взглядом, словно изучал какой-то интересный биологический образец.
— Шизоид прячется в надежде, что его не найдут, нарцисс прячется, чтобы его нашли и умоляли вернуться, а бегает за всеми – невротик, — произнес Савва, его голос был тихим и рассудительным, словно он комментировал какую-то научную статью. — Осталось назначить нам роли. Кто из вас кто?
Яша фыркнул, отряхиваясь от снега.
— Ты подходишь на все роли без проб! — огрызнулся он, затем развернулся и, не оглядываясь, рванул к дому, его фигура быстро растворилась в метели.
Савва обменялся со мной долгим взглядом, в котором было что-то вопросительное. Что-то вроде: ты в порядке? Его глаза были холодны и вместе с тем... сочувствующие? Затем он кивнул Марку и последовал за Яшей, оставляя нас двоих в снежной пустоте.