Лиса Райс – Дракон на крыльях мести (страница 4)

Я выжидательно смотрю на Эридана.

– Полагаю, нам нужно идти, – говорю я, тревожно всматриваясь в темноту сада. – Вдруг кому-то придет в голову заявиться сюда.

Впервые с тех пор как он неожиданно появился в беседке, Эридан вплотную подходит ко мне, так что его жаркое дыхание касается моего лица. Он привлекает меня к себе, и наши тела соприкасаются, а губы оказываются совсем близко. Словно зачарованная, я смотрю на него широко распахнутыми глазами. И ловлю себя на безумной мысли, что жду поцелуя! Сердце мое заходится в нерациональном бешеном стуке.

Я, наверное, сошла с ума!

От страха, и не владея собой в достаточной мере… конечно, столько событий за вечер, я прикрываю глаза и внутренне сжимаюсь. Мои руки сильнее стискивают лиф платья. За спиной – колонна беседки. Деваться мне некуда.

Мгновение тянется, но ничего не происходит. А когда я осмеливаюсь взглянуть на него снова, то читаю в его глазах плохо скрываемое презрение и невольно вздрагиваю.

– Пойдемте, леди Офелия, – говорит Эридан, беря меня под локоть. – Конечно, вы правы, нам лучше уйти.

Мы выходим из беседки, и Эридан ведет меня тенями по окружной дороге к дому.

Из окон доносятся звуки веселья, бал в полном разгаре. Нам до сих пор никто не повстречался. Видимо, почти все слуги находятся в передней части дома, обслуживая гостей.

Я с облегчением вздыхаю и уверенно направляюсь к боковому входу. Лорд Вэллис мне любопытен, однако не вызывает доверия. Его темные глаза производят на меня какое-то странное впечатление, и, пожалуй, пугают больше, чем интересуют.

– Благодарю вас, милорд, – говорю я, обернувшись к Эридану. – Теперь со мной ничего не случится. Не буду вас задерживать.

Но он крепче сжимает мой локоть, и на мгновение мне становится страшно. Страх усиливается, когда рука Эридана опускается мне на талию, и он тащит меня дальше по дорожке, прочь от дверей.

– Что это значит, сэр?! – я пытаюсь разжать его пальцы на своей руке, но это совершенно бесполезно, они как камень. – Отпустите меня! Сию же минуту!

– Прошу прощения, миледи, но вы пойдете со мной. Ваша семья задолжала мне, и я пришел получить долг.

Я хватаю воздух ртом, в ушах нарастает гул паники.

– Тогда поговорите с моим отцом!

Что он вообще несет? Я упираюсь ногами и пытаюсь хоть как-то замедлить наше движение, но это ровным счетом не дает никакого эффекта.

– Я уверена, если ваши претензии правомерны, он расплатится с вами! Мой отец – человек чести!

– Конечно, расплатится, не волнуйтесь. Но чем-то более ценным, чем золото, – загадочно произносит Эридан. Даже с толикой какой-то злой веселости. – Идите спокойно, не бойтесь, ничего с вами пока не случится.

Если меня похищают ради выкупа, что может быть ценнее денег? Чего же он хочет? Что-то сделать со мной?

Я решаю позвать на помощь, набираю побольше воздуха и уже готова закричать, когда мы проходим недалеко от раскрытых окон, но Эридан зажимает мне рот ладонью.

– Я велел вам идти спокойно, – раздраженно, почти зло шипит он.

Он накладывает на меня какое-то заклинание, от которого мой голос становится беззвучным. Подхватывает за пояс и, прежде чем я успеваю хоть что-то сделать, перекидывает через плечо, так что моя голова свешивается ему на спину. Я неустанно колочу руками и ногами по его телу, но он не обращает на это никакого внимания.

Мы оказываемся за пределами сада, здесь густые заросли, а дальше начинается скалистая местность.

Из мрака вдруг выступает огромная фигура. В лунном свете поблескивает чешуя! Мои глаза расширяются от ужаса, когда Эридан швыряет меня на спину дракона и сам устраивается позади. Дракон взмывает в воздух, и я оборачиваюсь, бросая отчаянный взгляд на резиденцию моего отца.

***

Эридан

Девчонка вся дрожит, ворочается, лежа поперек драконьего хребта, и я все же сажаю ее нормально. Не хватало потерять добычу из-за падения.

Мы набираем высоту, и лишь тогда я снимаю с нее заклятие молчания. Сейчас она и так не сможет болтать, воздух слишком сильно бьет в лицо.

Ее страх почти осязаем. На миг что-то даже колет в груди – слабое подобие вины, но я тут же давлю это чувство. Столько лет я ждал момента, когда смогу ударить Феллана по самому больному месту.

Она оборачивается, бросая последний взгляд на резиденцию отца, и я вижу в ее глазах смесь ярости и отчаяния. Превосходно. Именно такой взгляд я хотел бы увидеть у ее папаши, когда он поймет, что потерял самое дорогое.

А то, как он любит свою милую дочурку, известно всем в высшем свете. Он буквально боготворит это создание, с гордостью при этом называя себя ее творцом. Жалкий самодовольный ублюдок.

– Ваш отец должен мне, миледи, – я перекрикиваю свист ветра. – И вы – моя плата.

– Я ничего не понимаю! – кричит она в ответ. – Если у вас претензии к моему отцу, почему бы не решить все цивилизованно?

Я усмехаюсь. Цивилизованно? Черт возьми, после того, что он сделал с моей семьей? Цивилизованно было бы вырвать ему сердце и скормить его собакам.

– Боюсь, это невозможно. Некоторые долги можно вернуть только подобным образом.

Я напряженно прислушиваюсь и вглядываюсь в пространство позади. Нет ли погони? Сомневаюсь, что ее уже хватились.

Последний раз девушку видели с женихом, а если Сэллар сделал свое дело, тот уже мирно спит, так и не узнав об исчезновении невесты. Все идет точно по плану. Немного зелья, что усиливает похоть, в бокале ее жениха, и он сделал ровно то, что от него ждали.

Мы приземляемся на скрытой в скалах площадке, где ждет карета. Дракон не может лететь до побережья – слишком приметный. Нужно пересесть на более незаметный транспорт.

Дракон исчезает в ночи, пока я волоку упирающуюся Офелию к экипажу. Она мечется в моих руках, словно дикая кошка.

– Отпустите меня! – вот ведь маленькая фурия! Хотя это даже забавно. Она, похоже, отчаянная. – Я никому не расскажу о произошедшем. Клянусь!

– Мое дело – это вы, миледи, – отвечаю я с натянутой улыбкой. – Я слишком долго ждал этого момента. Слишком долго планировал.

Я запихиваю ее и сам влезаю следом.

– Без глупостей, – произношу с угрозой. – Или я снова наложу на вас заклятие тишины.

Офелия зажимается в углу и тихо всхлипывает. Но это ничего. Переживет. Женские слезы меня не трогают. Они лживы и слишком легко подталкивают мужчин к необдуманным поступкам. Этому я научился.

Карета останавливается у пустынных доков. Схватив Офелию за руку, я веду ее вдоль пристани, где вырисовываются очертания моего судна. Девушка упирается пятками в гнилой настил, но она слишком хрупка и мала, чтобы оказать мне хоть какое-то достойное сопротивление. Смешно даже.

Тяну ее почти волоком. Ее сопротивление только распаляет мое желание причинить боль ее отцу.

– Нет! Я не пойду! – она задыхается от ужаса, но все еще продолжает упираться. – Почему вы так поступаете со мной, лорд Вэллис?

– Зовите меня Эридан, – говорю я, крепче сжимая ее руку. Пару раз ей едва не удается ускользнуть. Вот ведь шустрая малышка. – В открытом море титулы не имеют значения.

– Прошу вас, Эридан, – она произносит мое имя и почти плачет. Ее голос полон отчаяния и мольбы. Я останавливаюсь, но не из-за сострадания. Просто бесит, что приходится вкладывать в это сопротивление столько сил. – Если вы освободите меня, я клянусь молчать обо всем.

Я смотрю в ее фиалковые глаза. Она кажется такой хрупкой в лунном свете. Черт, почему она так похожа на мать, а не на своего гнусного отца? Было бы проще, если б я видел в ней его черты. Но воспоминания о том, что сделал ее отец, снова разжигают мою ярость. Нет, он заплатит. За все.

– Слишком поздно для переговоров, – бросаю я и подхватываю ее на руки, глухой к ее протестам. Перекидываю через плечо и направляюсь к кораблю. Хватит уже пустой болтовни.

С корабля спускают трап. Я чувствую, как Офелия замирает в моих руках. От нее волнами исходит страх на грани с ужасом и отчаянием. Я чую их острый запах. Пьянящий. Именно так должен бояться ее отец.

Мы поднимаемся на палубу, которая кажется пустынной. Только часовой кивает мне из темноты. Я спускаюсь по лестнице в коридор и открываю дверь подготовленной каюты. С потолка свисает фонарь, покачиваясь в такт волнам.

– Ваш замок, миледи, – говорю я со злой усмешкой и ставлю ее на ноги.

Офелия сперва пятится, оглядывается по сторонам, прижимая руки к груди. Понимает, что оказалась в ловушке, ведь единственный выход из каюты за моей спиной. Как мышь в западне.

Ек отчаяние придает мне сил. Каждая ее слеза – это моя маленькая победа над Фелланом. Уже представляю, как он будет получать вести о своей пропавшей дочери.

– Будьте вы прокляты! – она делает два шага, ближе ко мне. Ее тонкие пальцы сжаты в кулачки. – Мой отец не успокоится, пока вас не схватят!

– Сначала пусть найдет, – мрачно улыбаюсь я. Ее отвага почти впечатляет. Почти.

– Почему вы так ненавидите моего отца? Я уверена, он даже не знает о вашем существовании.

Конечно, ты не знаешь, малышка. Твой папаша ничего не рассказывал тебе. Он прячет свои грехи, как крыса прячет объедки. А в свете и подавно помалкивают обо всей этой истории. Об истории моей семьи.

– Скоро узнает, – обещаю я. – И вспомнит больше, чем вам известно. А теперь я пожелаю вам доброй ночи, миледи.

– Вы уходите? – кажется, теперь она в еще большей панике. – Вы ведь не оставите меня одну?