Лиса Кросс-Смит – Полураскрытая роза (страница 45)

Винсент с грустью возвращала ключи от зеленого «Ситроена». Они прозвали его le petit citron vert[125], потому что ей нравится, что одно из французских слов для лайма – citron vert, что буквально значит «зеленый лимон». Но поезда она любит не меньше трехлетки, так что она безгранично счастлива, устраиваясь с Лу на мягких темно-красных сиденьях. Первый этап пути продлится немногим более пяти часов, потом пересадка; второй этап – около трех часов.

Когда-нибудь она проедет поездом через всю Европу и все увидит.

Она отслеживает, что происходит впервые, но не может не думать и о том, что происходит в последний раз. Ее последняя любовная ссора с Лу закончилась быстро. Она впервые так долго едет с Лу на поезде. Когда они шесть дней спустя сядут в поезд Амстердам – Париж, будет ли тот раз последним? Он ее первый любовник. Будет ли он последним?

Независимо от того, что будет с Киллианом, она не представляет себе, что вернется в Кентукки и с удовольствием там останется. Жажда странствий не отпускает ее, работая на повышенных оборотах.

Поезд заполнен лишь наполовину. Лу рядом читает, пьет кофе. Перед ней пачка креветочных чипсов и стеклянная бутылка воды. Лу немного укачивает, если ехать задом, но они сели лицом вперед. Винсент сидит у окна, ведь она окнофил. Гелиофил. Светолюбивый организм.

Немного понаблюдав за мелькающими за стеклом французскими деревеньками, она кладет голову ему на плечо.

– Ты всегда чертовски хорошо пахнешь. Всегда, – зарывшись носом ей в волосы, ворчит он.

– Merci. Это Huile Prodigieuse[126]. Я его наношу везде, где только можно, – поясняет Винсент. Она обожает французское масло и сам квадратный флакон для него. После душа она разбрызгивает его по всему телу, пшикает в волосы. С этим ароматом она благоухает Францией. – И еще Bal d’Afrique[127]. Это ее новые духи – смесь бархаток, фиалок и ветивера, которая пахнет как божественное месиво Парижа и Африки.

Они слушают через ее наушники-капли приготовленный для поезда плейлист и оба засыпают, касаясь головами, а просыпаясь, остаток пути читают и разговаривают.

Плейлист Винсент | поезд | Ницца – Париж

“Love Train” by the O’Jays

“Please Do Not Go” by the Violent Femmes

“True Affection” by Father John Misty “Big God” by Florence + the Machine

“Cello Suite No. 1 in G Major Prelude” by Yo-Yo Ma

“Paris, Paris, Paris” by Joséphine Baker

“Mixed Feelings” by Keegan Fordyce

“More Than This” by Roxy Music

“NFWMB” by Hozier

“My Baby Just Cares for Me” by Nina Simone

“Dawn” by Jean-Yves Thibaudet

“Raconte toi” by Yves Simon

“Wild Horses” by the Sundays

“Quelqu’un’ m’a dit” by Carla Bruni

“Message” by Jamie Woon

“Baby Can I Hold You” by Tracy Chapman

“Where Is My Mind?” by the Pixies

“Ease Your Feet into the Sea” by Belle & Sebastian

“La Parisienne” by Marie-Paule Belle

“To Build a Home” by the Cinematic Orchestra

В Париже, в ожидании следующего поезда на Северном вокзале, они покупают поесть. Два сэндвича с авокадо и проростками. Ягоды. Хрустящий салат ромэн, шоколадные печенья.

Они сидят у своей платформы, смотрят на прохожих.

Мама в красном мохнатом джемпере с длинной темной косой ходит взад-вперед, баюкает младенца в белом одеяльце, похлопывая его по спинке. Напротив сидит пожилая пара, они вместе решают кроссворды. У мужчины за ухом карандаш; женщина указывает на что-то на странице и улыбается ему. Звучит объявление на французском. Звучит объявление на английском. Трое полицейских стоят группой, разговаривают. Один поправляет пряжку на ремне.

– Париж как магнит. Смотри, вот мы все время оказываемся здесь, пусть даже проездом. Ты уверен, что не хочешь соскочить и пойти домой? – спрашивает Винсент.

– Paris est un aimant, – переводит он. – А от меня так легко не избавишься. Подумаешь, немного поссорились, а ты уже готова и крест на всем поставить? – Лу цокает языком и качает головой. Кладет руку ей на талию, привлекает к себе. Целует в губы. Между ними хрустит пакет с едой.

– Мы из тех надоедливых людей, которые совершенно не стесняются публичных проявлений любви, – говорит Винсент и опять его целует. Трется носом о его нос.

– Я так понимаю, у Тео нам придется снизить градус. Неужели я должен целых шесть дней притворяться просто другом? Представь, сколько я сделаю чертовых стоек на руках! А ведь уже давно не тренировался. – Лу откидывается назад и рассматривает свои пальцы так, будто они исчезают у него на глазах.

– Мы с тобой поселимся в одной комнате. Сможем делать все, что угодно. Но, по правде говоря, я скучаю по стойкам на руках. Ты меня ими и покорил. К тому же у меня месячные уже так долго, что ты должен был бы уже сделать множество стоек. Чувствую надувательство.

Лу оглядывается, трясет ногой.

– Если бы здесь было достаточно места. Знаешь, я сейчас именно так себя чувствую. Прямо съел бы тебя всю, – наклоняясь к ней, говорит он и кладет ладонь на ее щеку, а рот прижимает к уху. – Хочу, чтобы ты, нежная как пудра, стонала подо мной, звала меня по имени.

Лу целует ее в шею и, успокоившись, садится на место. Пьет кофе и смотрит на расписание поездов. Винсент, горя от возбуждения, сосредоточивает взгляд там же.

Плейлист Винсент | поезд | Париж – Амстердам

“Wild World” by Yusuf/Cat Stevens

“Glory Box” by Portishead “PS2” by Litany

“I Love Paris” by Ella Fitzgerald

“Amsterdam” by Gregory Alan Isakov

“Ripple” by the Grateful Dead

“Gone Girl” by Jasmine Cephas Jones

“Solsbury Hill” by Peter Gabriel

“Make You Feel My Love” by Adele

“Amsterdam” by Coldplay

“Honey and the Moon” by Joseph Arthur

“Amsterdam” by Peter Bjorn and John

“I Don’t Know” by Lisa Hannigan

“It’s All Over Now, Baby Blue” by Marianne Faithfull

“What a Diff’rence a Day Makes” by Dinah Washington

“Diamonds on the Inside” by Ben Harper

“I Need Love” by Sam Phillips

“I Hear a Symphony” by the Supremes

“Love Someone” by Jason Mraz

“Photograph” by Ed Sheeran

Поезд опаздывает, но когда они наконец уже едут в Амстердам, то едят купленные сэндвичи и слушают музыку, переговариваются и смотрят на уплывающую за окнами Францию. Часть Бельгии они просыпают и пробуждаются только недалеко от Антверпена. Между Роттердамом и Бергсенхуком съедают один на двоих салат и фрукты и, уже совершенно измотанные дорогой, садятся в такси у центрального вокзала Амстердама и едут к Тео, в музейный квартал.

Уже почти сумерки. Приветливый и разговорчивый таксист излагает им историю Амстердама в цифрах: в городе более восьмисот тысяч велосипедов, сто шестьдесят пять каналов. Это пожилой мужчина, говоря с ними по-английски со скачкообразным голландским акцентом, он интересуется, откуда они и на сколько приехали.

– У нас медовый месяц, – отвечает Лу и улыбается Винсент.

Винсент смеется, кивает.

– Да. Он занимался у меня в группе, и я, как только его увидела, решила, что это мой избранник. Вы посмотрите на его волосы! – Винсент высовывает руку из-под рукава свитера и заправляет несколько прядей за ухо.