Lira Rali – Эксперимент 731 (страница 10)

Она задумчиво провела пальцами по гладкой поверхности кулона, словно ища в нем ответа или поддержки. В тишине туннеля слышалось только ее ровное дыхание и мерное дыхание Гекаты. Наконец, брюнетка решительно выпрямилась, словно стряхивая с себя остатки воспоминаний. Аккуратно свернула карту и убрала ее в рюкзак, надежно закрепленный на спине пантеры. Затем ласково погладила ее по голове, чувствуя под ладонью мягкую шерсть и напряженные мышцы.

— Инициация… — она запнулась, подбирая слова, — была такой странной. Меня просто поставили на колени в каком-то холодном, стерильном помещении. Я, наивная, думала, что будет что-то вроде торжественной речи, громкие слова о долге и чести, может, даже салюты какие-нибудь в мою честь… или что-то в этом роде. Но вместо этого мне просто вкололи чип прямо в шею. Даже не потрудились сказать, что это такое и зачем. После этой процедуры я провалялась без сознания чуть больше недели. Проснулась, как выжатый лимон, и ни слова объяснений.

Долгие часы пути вымотали обоих. Туннель тянулся дальше, и казалось, что у него нет ни конца ни края, лишь редкие световые отблески на стенах свидетельствовали о хоть каком-то продвижении вперед. Элия почувствовала, что Геката тоже нуждается в передышке, и разложилась в небольшом углублении, где можно было остановится ненадолго и отдохнуть.

Она сняла с пантеры рюкзак и достала набор для выживания. Эти наборы выдавали всем ходокам, отправляющимся в переход. Компактный, но надежный, он содержал все необходимое для выживания. Элия достала фильтр для воды и отправилась к небольшому ручейку, что еле слышно журчал в глубине тоннеля. Вода здесь была грязной и мутной, но фильтр обещал очистить ее даже от токсинов. Вернувшись, она разложила высококалорийный паек и предложила часть Гекате. Пантера недовольно повела ухом, ложась на пол.

— Знаешь, Геката, — тихо начала Элия, разворачивая свой паек, — я тогда думала, что умру. После чипа… после всего… Я не хотела жить. Я считала, что все кончено. Но потом… Потом я встретила тебя. Ты была такой же потерянной и одинокой, как и я.

Геката коротко рыкнула, лизнула ладонь Элии и, вопросительно взглянув на девушку, словно ожидала ответа. В ее изумрудных глазах читалась забота и какое-то невысказанное понимание.

— А папа… — Элия вздохнула, обращаясь скорее к пантере, чем к себе. Голос звучал тихо и немного дрожал. — Отец всегда смотрел на нас с мамой с такой теплой улыбкой, словно мы были самым драгоценным, что у него есть. Ему была чужда мамина магия, он не понимал ее ритуалы, ее травы, ее шепот заклинаний. Но он ею восхищался. Говорил, что это… красиво. Он вырос в семье ученых, и сам был поглощен наукой, говорил, что всему есть логическое объяснение, что у всего есть причина и следствие. Но встреча с мамой его изменила, словно открыла глаза на другой мир, на мир, где логика бессильна. И все равно… как при такой огромной, всепоглощающей любви он не бросился ее искать, когда она исчезла? Как он мог просто смириться? Я этого не понимаю. Не понимаю и, наверное, никогда не пойму.

Она умолкла, прислонившись спиной к ледяной стене тоннеля. Холод пронизывал ее насквозь, но казалось, что холод внутри нее гораздо сильнее. Она закрыла глаза, пытаясь унять дрожь, и тихо добавила:

— Может, он просто знал что-то, чего не знаю я? Может она не хочет, чтобы ее искали?

Элия достала из кармана маленький амулет, сплетенный из трав и украшенный крошечным камешком. Она сделала его сама под руководством мамы.

Девушка потерла амулет пальцами, чувствуя слабое, но ощутимое тепло и энергию, исходящие от него. Амулет успокаивал ее, дарил ощущение связи с чем-то большим, чем она сама.

— Мама всегда говорила, что у меня есть дар, что я могу видеть то, что скрыто от других, чувствовать то, что недоступно обычным людям. Но я считала, что это просто детские фантазии. Мне всегда казалось, что она просто хотела меня поддержать, придать уверенности. Но сейчас… сейчас я начинаю задумываться. Может быть, я действительно что-то упускаю, чего-то не замечаю?

Элия огляделась по сторонам, словно пытаясь увидеть что-то за пределами обычного зрения. Туннель оставался темным и пустынным. Она вздохнула и встала.

— Нужно двигаться дальше. Я пойду, а ты догонишь, — она погладила Гекату по спине, снимая с нее сумки, — Уверена, здесь где-то есть мыши, и тебе не помешает немного размяться.

Геката издала тихий рык в знак согласия и, крадучись, двинулась вглубь туннелей, в поисках добычи. Элия знала, что может не беспокоиться. Геката всегда находила ее.

Брюнетка шла по бесконечным лабиринтам уже около недели, ноги уже гудели от усталости. Однообразный серый туннель сливался в единую бесконечную ленту, и ей казалось, что она ходит по кругу. Чтобы хоть как-то прервать гнетущую тишину, Элия тихонько напевала старую колыбельную. Слова успокаивали, хотя смысл их давно забылся.

Внезапно показался отблеск света. Сначала слабый и неясный, затем все более отчетливый. Элия насторожилась, замедлив шаг. Она постаралась слиться со стеной туннеля, стараясь остаться незамеченной.

Приблизившись, увидела группу людей, стоящих возле небольшого костра. Их лица были скрыты тенями. На всех была надета грубая, видавшая виды униформа, состоящая из темно-зеленых штанов и курток. На плечах виднелись выцветшие шевроны Межульевого Экспедиционного Корпуса — сложный узор из переплетенных линий, образующих подобие цветка или узла. Четыре лепестка — четыре корпуса МЭК (разведка, оборона, снабжение, исследование), связанные в единое целое. Символы были потерты и едва различимы, но Элия узнала узор, ведь сама носила такой же. Рядом с ними стояли огромные животные, похожие на волков, но гораздо крупнее и мускулистее. Их шерсть была серой с черными подпалинами, а глаза горели красным огнем. Это были Древние Скальные Гончие, редкая порода, известных своей преданностью и свирепостью. Гончие зарычали, учуяв чужака, и их рык эхом разнесся по туннелю.

Элия инстинктивно потянулась к ножу, готовая отразить атаку, но тут из тени, словно призрак, появилась Геката. Черная пантера с изумрудно- зелеными глазами, полными ярости, встала между Элией и чужаками. Ее рык был низким и утробным, но в нем чувствовалась огромная сила и готовность к бою.

В тишине, воцарившейся после рыка Гекаты, один из людей, стоявших у костра, медленно шагнул вперед. Он внимательно посмотрел на пантеру, потом перевел взгляд на Элию. Его лицо, покрытое шрамами, оставалось непроницаемым, словно высеченным из камня.

— Государственный ходок, — произнес он, скорее утверждая, чем спрашивая. — С пантерой.

— С пантерой? — переспросила женщина, сидевшая у костра. Она откинула капюшон и нахмурилась, вглядываясь в полумрак. — Я знаю только одного ходока с пантерой, да и та… вроде как в отпуске давно.

Женщина поднялась и, включив головной ОЭС, резко посветила прямо в лицо Элии. Яркий свет ослепил на секунду, заставив невольно зажмуриться. В свете фонаря ее лицо, до этого скрытое тенью, казалось изрытым мелкими морщинами, а в глазах отражалось смесь любопытства и недоверия. Она словно пыталась разглядеть что-то за маской безразличия на лице Элии.

Наличие животного-компаньона, особенно такого редкого и грозного, как пантера, было своего рода пропуском, безошибочным признаком принадлежности к МЭК. Без него в этих краях ее бы приняли за маргинала, бродягу, пирата, и, скорее всего, просто прикончили бы, не тратя время на лишние вопросы.

— Я тебе музейный экспонат что ли? — злобно прошипела брюнетка, прикрывая ладонью лицо от света.

— Малый Жнец… — прошептала женщина, широко раскрыв глаза и прикрывая рот рукой.

По небольшому лагерю пробежала волна шепотков. "Это же Малый Жнец!", "Она одна?", "Что она здесь делает?" Кто-то присвистнул, кто-то тихо выругался.

— Мы думали, у тебя что-то вроде бессрочного отпуска, — заговорил снова мужчина со шрамами, стараясь скрыть удивление в голосе.

— Закончился, — неохотно пробормотала Элия. Она не знала, почему эта группа вызывала у нее такое острое раздражение: то ли из-за изначальной враждебности, то ли из-за того, что ее снова назвали Малым Жнецом.

— Тогда почему ты без команды? — спросил рыжий мужчина, чью густую бороду уже начала трогаться сединой. В его голосе сквозило подозрение, смешанное с любопытством.

— По этому случаю меня и отправили в переход, — уклончиво ответила Элия, стараясь не вдаваться в подробности. Ей совсем не хотелось объяснять этим незнакомым людям причины своего одиночного похода.

— Ты в туннеле одна? Совсем одна? Без команды? — воскликнул самый молодой парень из группы, с наивным восхищением глядя на Элию. Его глаза сияли, словно он увидел легенду во плоти. — Это же безумие! Здесь одному и дня не протянуть!

Девушка посмотрела на парня. Ему было года двадцать два, может чуть меньше, но в голове Элия называла его "мальчишкой", хотя сама была младше его года на три. Брюнетка чувствовала его восхищение, но это только раздражало. Она не нуждалась ни в чьем одобрении, ни в чьей жалости.

— Это не ваше дело, — отрезала она, стараясь как можно скорее закончить этот неприятный разговор. — У меня есть приказ, и я его выполняю.

Рыжий мужчина нахмурился еще сильнее, прищуривая глаза, пытаясь разглядеть что-то в лице Элии. Женщина, что вновь вернулась на свое место у костра, забирая кружку горячего напитка из рук блондинки, тихонько кашлянула, словно хотела что-то сказать, но, видимо, передумала, оценив напряженную атмосферу. Гончие, почувствовав нарастающее напряжение, зарычали громче, обнажая острые, как бритвы, клыки. В изумрудных глазах девушки читалась неприкрытая ненависть к рыжему мужчине. Холод туннеля пронизывал до костей, но жар от костра лишь подчеркивал этот ледяной озноб. Ситуация быстро накалялась. Элия чувствовала, как внутри поднимается раздражение.