Лира Алая – Ее кровь, его тьма (страница 28)

После этого за спиной как будто стало холодно, словно ветер сорвал с меня плащ, в который я раньше укрывалась. Я оглянулась — но Михаэля уже не было. Сердце упало вниз, я осталась одна, без его руки на моей спине, без уверенности, что рядом есть он. И это пугало сильнее всего.

Сейчас же я осталась одна. Я оглянулась по сторонам, но не нашла его взглядом. Толпа жила своей жизнью, каждый спешил по делам, и вдруг я почувствовала себя чужой здесь — слишком заметной, слишком уязвимой. Он сказал про ресторан, значит туда и направляюсь.

Я шла дальше. Дышать становилось тяжелее, каждое движение давалось с усилием. От этого моя грудь поднималась ещё выше, как будто подчеркивая всё, что я так хотела скрыть. Я смотрела на людей, но казалось, что им правда нет дела до меня. И всё же ощущение собственной наготы не покидало, напротив — росло, с каждым шагом превращаясь в пламя внутри. Мне всё больше хотелось, чтобы всё это закончилось, чтобы я наконец смогла оказаться без этого платья, под одеялом, дома и в безопасности.

Но вдруг я увидела его. Он был далеко впереди, стоял такой красивый и обаятельный и смотрел на меня. Я даже на мгновение остановилась. Воздух будто вышел из груди, стало так волнительно, что сердце пропустило удар. Что если бы я его правда не знала, и увидела первый раз? Что бы я почувствовала?

И тут я сразу вспыхнула, понимая о том, как непристойно я одета. Что в тайне от всех окружающих я прячу под платьем лишь свою наготу. Кровь забурлила, пламя сладостно разливалось по венам, я чувствовала, как становлюсь влажной, дыхание стало рваным.

Мне нужно продолжить идти. Я зацепилась за него взглядом, как за якорь. Стараясь отмести всё лишнее: шум улицы, смех прохожих, случайные взгляды. Я хотела добраться до него, но когда я подходила, он тоже начал своё движение, перебравшись на другую сторону улицы, идя параллельно мне. Это было так естественно, словно мы и правда были незнакомыми, и он просто следовал за мной, дразня и играя.

Я иногда кидала на него свой взгляд, украдкой. Ведь если я его не знаю, то смотреть открыто — это как призывать его к чему-то большему. Я решила ещё раз посмотреть на него, но его там не оказалось. Сердце кольнуло тревогой. Я обернулась, потеряно ища его. Толпа казалась вдруг чужой и враждебной.

И тут за спиной неожиданно раздался его голос.

— Мисс, вы кого-то потеряли? — я обернулась, он стоял совсем рядом, как он успел?! Его глаза сверкали озорством, в них читалось удовольствие от моей растерянности.

— Я могу помочь столь прекрасной мисс найти то, что она хочет? — он протянул руку, и я почти машинально вложила в неё свою. Его пальцы сомкнулись крепко, уверенно. Он немного наклонился и поцеловал её, не разрывая зрительный контакт. От этого по телу прошла дрожь.

— Нет, я просто прогуливаюсь… — мой голос прозвучал слишком слабо, будто я пыталась убедить сама себя.

— Вы так смотрели на меня, хотя мы не знакомы.

— Вам показалось… просто вы выглядите необычно.

— И чем же?

— Ваш вид, вы явно приезжий. Я вас раньше здесь не видела, — продолжала подыгрывать я, стараясь держаться в рамках этой игры.

— Вы правы, меня зовут Михаэль. Могу я узнать ваше имя?

— Верна, — только и смогла вымолвить я.

— Очень приятно с вами познакомиться, — только сейчас я заметила, что он всё ещё не отпустил мою руку. Его пальцы медленно скользили по моей коже, и это было почти слишком интимно для «первой встречи».

— Могу я пригласить вас на ужин? — его рука очень нежно скользнула по моему запястью. Если я не знаю этого мужчины, то это явный непристойный намёк. От осознания этого моё дыхание совсем сбилось.

Я взглянула в его глаза и совсем утопала. В них было столько призыва, он не скрывал своих намерений, переводя свой взгляд с моей груди, скользя по шее и задерживаясь на моих губах. Это рождало во мне какие-то запретные чувства. Я как будто стояла на лезвии ножа. Опасно, волнительно, но от этого ещё более возбуждающе.

Я не знала, что должна делать дальше, поэтому просто прошла мимо, оглянулась, показывая, что я жду, что он последует за мной.

Мы зашли внутрь заведения, играла тихая музыка, слышались голоса разговоров. К нам тут же подошел официант.

— Чем вам могу помочь? — он посмотрел на Михаэля, а потом его взгляд остановился на мне. И мне казалось, что он всё видит: мою выпирающую грудь, это платье, из-за которого было сложно дышать, распущенные волосы. Мой наряд можно было назвать приличным, но я понимала, что он на грани, когда это можно назвать пошлым. И я видела, что это не ускользнуло от глаз официанта.

— Столик на двоих, пожалуйста, — Михаэль спас ситуацию и полностью перевёл внимание официанта на себя.

Нас провели за дальний столик, но всё равно, вокруг было слишком много людей.

Глава 30

Зал был освещён свечами, люди сидели за столами, обсуждая свои дела, и никто, конечно, не мог заподозрить, что я почти раздетая. Но мне казалось, что все видят. Что каждый взгляд мужчин падает на мою грудь, выпирающую из тесного корсета, на губы, которые я прикусывала, чтобы хоть как-то справиться с волнением. Мне казалось, что каждая улыбка за соседним столиком звучит как насмешка надо мной, что женщины в красивых платьях замечают мою дерзость и осуждают её.

Михаэль был спокоен, даже лениво учтив, словно мы и правда просто пришли на обычный ужин. Его взгляд скользил по залу, но всё же я знала: он чувствует каждую мою дрожь, каждую искру желания, которая пробегала по моему телу. И когда его рука под скатертью легла на моё бедро, я вздрогнула так сильно, что едва не ахнула вслух.

— Тише, сладкая, — прошептал он, даже не глядя прямо на меня, будто говорил о чём-то повседневном. Его губы почти не двигались, но слова проникали в меня, накрывая волной жара. — Ты должна выглядеть спокойно. Но я чувствую, как дрожит твоё тело.

Его пальцы слегка скользнули вверх, по ткани платья, и я захлебнулась дыханием. Казалось, каждая секунда этого движения тянулась вечность. Я попыталась сделать вид, что сосредоточена на меню, но буквы расплывались перед глазами, превращаясь в бессмысленный узор.

— Чувствуешь, как трудно дышать? — его голос коснулся моего уха, таким интимным и глубоким, что у меня по коже пробежали мурашки. — Хочется снять платье, правда?

Я закрыла глаза на секунду, борясь с собой. Грудь вздымалась всё выше, воздух с трудом проходил сквозь горло. Я знала: если отвечу, он услышит моё признание. И всё же губы сами шепнули:

— Да…

Я не осмелилась взглянуть на него, но услышала тихий, довольный смешок. Он всегда знал, как вывести меня из равновесия, как лишить последних остатков контроля.

— Какая вы откровенная, Верна, — произнёс он почти насмешливо, играя роль незнакомца. — Заманили мужчину. Все видят вашу скромность. Но я уже знаю правду. Вы распутница, жаждущая близости с первым встречным.

— Нет, вы неправильно поняли, — я забыла, что это за игра, слова сорвались сами. Мой голос дрогнул, слишком жалобно, слишком искренне.

Я попыталась убрать его руку, и он поддался, будто отпуская меня. Но тут же я почувствовала, как его ладонь вновь скользнула к краю юбки, медленно, тягуче, по ткани чулка, а затем поднимаясь выше, туда, где кожа была ничем не прикрыта.

— Нет… — прошептала я, испугавшись собственной смелости и того, как быстро теряю контроль.

— Тише, — его тон не терпел возражений. — Все сочтут, что я вас к чему-то принуждаю. Ведите себя естественно.

Я выдохнула, пытаясь сосредоточиться, хотя бы на том чтобы выбрать, что буду есть. Но тело предавало меня — я чувствовала его руку, его прикосновения сильнее, чем шум всего зала.

— Судя по тому, что на вас нет нижнего белья, я всё правильно понял. И с радостью приму ваше приглашение, — его слова обожгли меня сильнее любого взгляда. В этот момент его пальцы скользнули выше, коснувшись моего клитора.

Я закрыла глаза, и сделала шумный, неровный выдох. Казалось, всё вокруг растворилось: свечи, голоса, даже музыка. Остались только его пальцы и моя дрожь. Вся эта ситуация настолько возбуждала, что я уже была готова развести свои бёдра прямо здесь, в этом зале, где вокруг люди. Но он отстранился так же внезапно, как приблизился.

— Нам, пожалуйста, два этих блюда и вино, — его голос звучал спокойно, как будто ничего и не происходило. Он откинулся на спинку стула, словно обычный клиент ресторана, и я открыла глаза, ошеломлённая. То, что только что в этом месте, полном людей, мы занимались чем-то настолько непристойным, вогнало меня ещё в большее смущение.

Официант исчез. А всё моё внимание было приковано к его руке, которую он вернул на моё бедро, оставив её там, словно напоминание: «Я могу продолжить, когда захочу».

— Смотри на меня, — сказал он вдруг, и я послушно подняла глаза.

Его взгляд был тем самым — властным, хищным, но в нём горело ещё что-то: желание, неприкрытое, дикое. От этого я вся покрылась жаром, внизу живота разливался огонь.

— Мне нравится, что ты так горишь от моих прикосновений, — произнёс он тихо, и я едва не застонала от этих слов. Они действовали не хуже, чем его пальцы, доводили до исступления.

Я коснулась приборов чтобы отодвинуть в сторону и, не рассчитав силу, уронила их на пол. Звон металла разлетелся по залу, и все взгляды на миг обратились к нам. Я вспыхнула от стыда, кровь бросилась в лицо.