Линкольн Чайлд – За границей льдов (ЛП) (страница 50)
Внезапно он почувствовал, как глубоко в его голове щелкнула кость — как будто пальцем ткнули в яичную скорлупу, — и тогда все изменилось. Ужас, страх, паника исчезли, и им на смену пришло чудесное, окутывающее его, словно в вату, ощущение покоя и умиротворения, и благословенное чувство сна овладело им — прекрасного, безмятежного сна.
Доктор Антонелла Сакс стояла в дверях внутренней лаборатории, потирая глаза и пытаясь сосредоточиться. Она что-то слышала, ей даже показалось, что она уловила вскрик, хотя она не была в этом уверена. Но ничего необычного не наблюдалось, все было в порядке. Доктор Брамбелл лежал на полу и спал. Его руки были сложены на груди, а на лице застыло выражение умиротворения.
Она наклонилась, чтобы разбудить его, слегка встряхнув.
— Доктор Брамбелл?
Ответа не последовало. Бедняга провел на ногах тридцать шесть часов подряд и спал без задних ног. Он запер входную дверь, и доктор Сакс заметила, что его сотовый телефон с установленным будильником лежал на лабораторном столе. Она взяла его. Доктор отмерил себе десять минут сна, из которых осталось всего две минуты.
Он же совсем вымотался! Десять минут — это ведь очень мало. Увидев, что мужчина спит так мирно, женщина почувствовала желание прикорнуть самой. Тонизирующее, которое дал ей Брамбелл, казалось, уже переставало действовать, или, по крайней мере, оно больше не могло противостоять накатывающей волне усталости, давящей на ее разум. Она отдавала себе отчет, что ее рассудительность по-прежнему находится под влиянием успокоительного, что она не мыслит также ясно, как обычно, но это все вполне объяснялось тем испытанием, через которое им пришлось только что пройти.
Бог был свидетелем, доктору нужно было хорошо отдохнуть… да и ей тоже. Что может случиться за полчаса?
Это определенно окажется эффективнее жалких десяти минут. Дверь в клинику была надежно заперта. И, конечно же, приказ Глинна о запрете на сон не относился к ней и Брамбеллу. Им необходимо было оставаться в форме, если они собирались эффективно работать и приносить пользу делу.
Сакс перевела время срабатывания будильника на тридцать минут вперед, а затем, расположившись в лабораторном кресле и откинувшись на его спинку, со вздохом наслаждения вытянула ноги на ближайший стол, закрыла глаза и сразу же провалилась в умиротворяющий сон.
52
Гидеон покинул свою каюту и направился в Центр управления миссией, где собирался найти Глинна. Бредя по коридору, он слышал, проходя мимо кают экипажа, голоса, вещавшие явно недовольным тоном. Какой-то парень шел по коридору, и от него сильно разило алкоголем. Поравнявшись с Гидеоном, он отвесил ему изощренный поклон и пошатнулся. Пройдя мимо открытой двери в столовую, Гидеон заметил, что там собралась целая толпа, оживленно переговаривающаяся между собой.
Гидеон тут же прибавил шаг. Глинн был прав: у них оставалось очень мало времени до того момента, как на корабле все развалится — если
Дверь Центра управления миссией была заперта, но после того, как он назвал себя в интерком, ему открыли. Глинн был там вместе с Макферлейном, они стояли плечом к плечу, сгорбившись над монитором, на который поступало изображение Баобаба со стационарной камеры. Существо вело себя ужасно активно — его рот растягивался и выпячивался, а затем сжимался и втягивался — как будто оно тренировало какой-то гротескный половой орган.
— Симуляция закончена, — объявил Гидеон.
Они оба воззрились на него во все глаза.
Всю дорогу сюда Гидеон прикидывал в уме лучший способ описать результат, но когда дело дошло до фактического объяснения, его тщательно подобранные слова полностью вылетели из его головы.
— Это не сработает, — просто сказал он.
— Не сработает? — резко переспросил Макферлейн.
— Абсолютно. Осадочные породы сработают как амортизаторы. Ударная волна даже близко не дойдет до той подземной коробочки с мозгами.
— Я не верю, — воскликнул Макферлейн.
— Пробури скважину, установи бомбу там. Это приведет к образованию кратера.
Гидеон покачал головой.
— Я уже это просчитал. В ходе моделирования рассматривались различные высоты детонации как над, так и под морским дном. Лучшая точка находится в двух сотнях метрах над ним. Давление воды распространит ударную волну на больш
— Давай взглянем на симуляции, — предложил Глинн.
— Они в сети корабля.
Гидеон повернулся к монитору, подтащил к себе клавиатуру, вошел в систему и запустил видео симуляций с различными вариантами исходных данных: начиная со взрыва на уровне дна и заканчивая в полумиле над Баобабом. Каждая симуляция демонстрировала, как ударная волна медленно распространяется под водой, ударяется о донный грунт и по мере продвижения вниз постепенно гасится, проникая на глубину от пяти до шестисот футов. Ни одна из волн не достигла кластера яиц на глубине тысячи футов.
— Я не могу в это поверить, — взорвался Макферлейн. — Это же чертова ядерная бомба! Ты неправильно задал параметры.
— Нет, — возразил Гидеон. — Проблема в том, что эти глубоководные пелагические отложения похожи на мокрое одеяло. Если бы там была монолитная каменная порода, все было бы совершенно иначе. Но нам не повезло и под нами гребаное мягкое желе.
— Так что же нам делать? — с нажимом спросил Макферлейн. — Что у нас есть мощнее ядерного оружия? Может нам взять водородную бомбу? Какие у нас еще есть варианты? Это же херня какая-то! Почему эту симуляцию не провели еще полгода назад?
Он прервал свою гневную тираду, тяжело дыша. Гидеон взглянул на него и отвел глаза — он чувствовал себя полностью поверженным. И подумать только, он всерьез подумывал о перепрограммировании бортового компьютера ядерной бомбы, чтобы он мог нейтрализовать код отмены, на случай, если другие струсят. Вот ирония судьбы! Теперь эта проблема отпала сама собой: все хотели использовать ядерное оружие. И каждый час был на счету. Но этого ни черта не будет достаточно, чтобы убить пришельца.
Глинн тихо спросил.
— Гидеон, у нас есть еще какие-нибудь варианты?
Гидеон покачал головой.
— Только ядерная бомба. Только один взрыв.
53
Розмари Вонг заперла дверь морской акустической лаборатории и выпрямилась, осматривая ущерб. Она уже несколько часов пыталась навести здесь подобие порядка после того, как Гарза и его команда зачистки перевернули все вверх дном в поисках червей. Протеро был бы в ярости, если бы пришел и обнаружил здесь все в таком состоянии. И хотя нынешний беспорядок не сильно отличался от того, какой обычно устраивал сам Протеро, он всегда утверждал, что в том хаосе знает, где находится каждая мелочь, и, как ни странно, это было правдой: если бы она попробовала переложить с места на место хотя бы карандаш, он бы заметил и не преминул бы высказать ей свои замечания.
Вонг была глубоко обеспокоена происходящим на борту корабля. Несколько раз за последний час она слышала, как в узких коридорах, прилегающих к лаборатории, собирались и переговаривались между собой люди — громкими, возмущенными голосами. Их сапоги звонко, чуть ли не сердито, стучали по металлическому полу. Одни говорили на нервах и казались пьяными, другие явно наглотались амфетаминов и были перевозбужденными, третьи звучали рассеянно и как-то покорно.
А куда подевался Протеро? Долгое время он работал, расшифровывая китовый язык, а потом вдруг извинился и ушел, сказав, что вернется через пятнадцать минут. Однако прошел почти час, а его все не было. Неужели, он заснул, нарушив приказ? Это было вполне вероятно, с Протеро частенько случались подобные казусы: если хочешь заставить его что-то сделать, попроси его сделать все наоборот.
Вонг попыталась заставить себя прекратить волноваться. Протеро жил по своему совершенно непредсказуемому графику, появляясь и уходя в любое время дня и ночи. Так же сумбурно он поступал и с едой. Он никогда не ел в столовой вместе со всеми, предпочитал прямо в лаборатории жевать на ходу остывшую пиццу и запивать ее оставшейся с прошлого перекуса газировкой. Как правило, он оставлял мусор в углу, и его это словно успокаивало. Если мусор пропадал, ему необходимо было создать новый беспорядок — в каком-то определенном, известном только ему, количестве. Розмари Вонг ловила любую возможность избавиться от этой свалки, чтобы искоренить ненавистный ей запах пиццы…
За дверью она снова услышала топот проходящих мимо людей и их приглушенные сердитые голоса. Все это действительно становилось тревожным. Где же представители службы безопасности? Впрочем, она знала ответ: Гарза зафрахтовал их всех искать червей. А тем временем дисциплина на корабле выходила из-под контроля.
Вонг вдруг услышала грохот двери и отрывистый шепот.
— Эй! Вонг! Открывай!
Закатив глаза, она встала, разблокировала и открыла дверь. Он влетел в лабораторию, едва не снеся дверь с петель, и тут же запер ее изнутри. Он судорожно хватал ртом воздух, весь покрылся потом, а черные волосы были взъерошены так, словно он побывал в пылесосе.