Линетт Нони – Шепот (страница 16)

– Нет, не в прятки, малышка, – отвечает Вард, а затем откровенно врет: – Динь играет в свою любимую игру.

– Кажется, ей не нравится, – замечает Эбби. – Надо купить ей мороженое. С мороженым все становится хорошо.

– Хм, это просто великолепная идея, – говорит Вард. – Мы всем купим по мороженому, как вам такое?

Я вздыхаю, пытаясь подавить свое раздражение, чтобы все не испортить.

– Все готовы? – спрашивает Вард, и дети отвечают ему дружным, одобрительным воплем. – Тогда пошли отсюда!

Тихое бип, а затем дверь мягко отъезжает в сторону. Меня тянут за собой, и я ступаю вперед. Но мне удается сделать всего пару шагов. Почему мы остановились? Неожиданно пол у меня под ногами слегка трясется, – должно быть, мы зашли в лифт. Мы поднимаемся так быстро, что у меня дух захватывает.

Я пытаюсь сосчитать, сколько секунд мы поднимаемся, но это трудно сделать, когда рядом без умолку болтают дети. Кажется, проходит целая минута, прежде чем лифт наконец останавливается. Вард и Эбби легонько подталкивают меня вперед.

– Я как раз думал, когда вы снова соберетесь, – приглушенный мужской голос. – Директор сказал, что у вас разрешение на сегодня, но уже темнеет, и я решил, что вы передумали.

Пытаюсь вспомнить, где слышала этот голос. Должно быть, это один из многочисленных охранников.

– Фэлон говорил, что Шесть-Восемь-Четыре идет с вами. Вот дела, а? О чем он думает? Хотя, надо признать, одета по-человечески и выглядит, как человек. – Охранник оценивающе посвистывает, и я невольно напрягаюсь.

– Еще одно слово – и твоя карьера в «Ленгарде» закончится, – коротко говорит Вард. Повисает тяжелая тишина. Зато все предельно понятно.

– Я не хотел никого оскорбить, сэр, – говорит охранник совершенно другим тоном, осторожным и взвешенным.

Сэр? Когда я впервые встретила Фэлона, он упоминал о том, что далеко не всем так везет – заниматься с Вардом один на один. Но при чем тут охранник? Он так быстро пошел на попятную… Что за должность занимает здесь Вард? И почему он не носит форму? Почему проводит со мной так много времени и почему мы все время читаем? И почему Фэлон сказал, чтобы я попыталась выжать максимум полезного из этой возможности?

Нет конца и края вопросам и сомнениям.

– Надеюсь, это больше не повторится, – сухо говорит Вард.

– Да, сэр. Конечно.

– Хорошо. Мы уходим до девятнадцати ноль-ноль. Я дам знать, если наши планы изменятся.

– Но… эм-м, сэр…

– Охрана нам сегодня не потребуется. Я уверен, директор прояснил этот момент.

– Ну да, но…

– Тогда выполняйте приказ. Дайте нам пройти.

Секунда тишины – колебание, – а затем я слышу шипение очередной отъезжающей в сторону двери.

– Спасибо, – коротко отвечает Вард. – Мы закончили.

– Но…

– Вольно, рядовой.

– Какой-то противный дядька, – ворчит Итан, когда шаги охранника удаляются.

– Ага, – тут же подхватывает Айзек.

Эбби в их разговоре не участвует, идет себе и мурлычет под нос песенку. Я диву даюсь на эту малышку – что за волшебная способность у маленьких девочек нырять с головой в свою страну чудес и не обращать внимания на бурлящее вокруг напряжение.

– Сюда, – говорит Вард и снова тянет меня вперед.

Слепота дезориентирует. Мне не нравится, что приходится на слово верить Варду, что он предупреждает о ступеньке или какой-нибудь преграде впереди. Я уже на грани того, чтобы просто сорвать с глаз эту повязку. Но маленькая ручка Эбби по-прежнему сжимает мою, как и рука Варда. Так что все, что мне остается, – стискивать зубы и от души надеяться, что наше путешествие не закончится пропущенной ступенькой и сломанной лодыжкой.

Вскоре мы заходим в очередной лифт. Мягкий голос у нас над головами требует ввести пароль подтверждения безопасности. Вслух Вард ничего не произносит – скорее всего, просто прикладывает ладонь к сенсору в качестве подтверждения. Этот лифт тоже несется наверх. Как же глубоко находится «Ленгард»?

От нетерпения я вся в гусиной коже. Мы, должно быть, уже очень близко к поверхности. Раздается тихое динь, двери открываются, и нас затапливает шум. Это голоса. Множество голосов.

Эбби издает счастливый писк и крепко сжимает мою ладонь. Она дергает меня за собой с такой силой, что я спотыкаюсь и попадаю носком ботинка в щель между лифтом и этажом. Я понимаю, что вот-вот рухну на землю и вырываю руку из пальцев Эбби, чтобы и она тоже не упала, но от Варда так легко отцепиться не могу. Однако, прежде чем я сталкиваюсь с неизбежным и падаю, он подхватывает меня и удерживает, прижав к своему сильному телу.

– Держу, – шепчет Вард мне на ухо.

Это правда. Он держит меня во всех смыслах. И не отпускает, хотя мне бы очень этого хотелось. Или… или я просто пытаюсь себя в этом убедить. Пытаюсь вывернуться из его крепких объятий. Он разжимает руки – как будто через тысячу лет.

Как только Вард отпускает меня, я делаю шаг назад и тут же наступаю на Итана.

– Ой!

И опять-таки именно Вард не дает мне упасть во второй раз, причем меньше чем за минуту.

– Если бы я не знал тебя, Динь, то подумал бы, что ты просто хочешь обнимашек.

Хотелось бы провалиться сквозь землю, но я бы все равно не успела, потому что на этот раз он выпрямляет меня почти сразу же, разжимает руки и снимает с меня повязку. Я часто моргаю, пытаясь постичь открывшуюся мне сцену. Толпа людей вокруг не оставляет ни единого сомнения, я сразу поняла, где мы, вот только понятия не имею, как мы очутились именно здесь.

Это же невозможно. Я верчусь на месте, пытаясь разыскать лифт, из которого мы вышли. Тону в вопросах без ответов и устремляю ошеломленный, полный недоверия взгляд на Варда. А он всего лишь улыбается мне знакомой кривой улыбочкой. Мои глаза сужаются, и Вард смеется. Эбби тут же подхватывает и хихикает, но Итан и Айзек ничего не понимают – отлично, нас уже трое таких. Из всех вопросов, которые заполняют мою голову, можно выделить один, самый главный: как может «Ленгард», тайное правительственное учреждение, располагаться прямо под Сиднейской телебашней, в самом центре Сиднея?!

Еще один важный вопрос: как я вообще попала в Сидней? Психиатрическая клиника, где я отбывала добровольное заключение, располагается в другом конце страны. Насколько сильно меня накачали, прежде чем доставили в «Ленгард»?

Мне жутко хочется узнать ответы на эти вопросы, но все, что я могу сейчас, – сделать глубокий вдох и просто успокоиться. У меня осталось не так много времени, нет смысла добавлять новые вопросы в список того, чего я не знаю и никогда не узнаю.

Когда я поворачиваюсь к Варду, его веселость уже слегка поугасла, но улыбка осталась. Он легонько тянет меня в нужную сторону, и мы идем за ним. Эбби и мальчики вприпрыжку бегут чуть впереди нас. Вард напоминает им, чтобы держались поближе. Они неохотно замедляются.

– Они не так часто выбираются наружу, – говорит Вард, когда мы идем к выходу из торгового центра, расположенного под башней. – Трудно держать объект в тайне, когда люди снуют туда-сюда.

– Мороженое, мороженое, мороженое! – скандирует Эбби, прыгая вокруг нас.

Я улыбаюсь, наблюдая за ее активностью. Мы выходим из тени башни на Маркет-стрит, и я застываю, ошеломленно глядя по сторонам.

Здесь есть звуки – шум, толпа, машины. Цвета – голубое небо, солнце, одежда окружающих. Все это просто потрясает. Никаких белоснежных стен, никакой тишины или разбитых мечтаний, никаких футуристичных кошмаров. Вместо всего этого – жизнь, как она есть.

Я протягиваю перед собой дрожащую руку – как же дивно шепчет солнечный свет, касаясь губами моей бледной кожи. Не помню, когда в последний раз я ощущала тепло настолько же прекрасное. Или когда ветер в последний раз запускал пальцы мне в волосы и щекотал тело. Когда я в последний раз чувствовала себя настолько живой.

Но похоже, что я испытываю все это в последний раз.

Три дня – это слишком мало.

Но это все, что у меня есть, так что нужно выжать из них максимум.

– Ну что, детвора, мы хотим в парк или к воде?

Я слышу голос Варда, отрываю взгляд от пушистых комочков белых облаков у нас над головой и снова возвращаюсь на землю.

– В парк!

– К воде!

– В парк!

– К воде!

Начинаются жаркие дебаты, но Вард быстро пресекает их, напоминая детям о том, что если мы пойдем в бухту Дарлинг, то с мороженым придется подождать, в то время как до Хайд-парка всего пара минут. И спор моментально прекращается.

Это просто чудесный вечер… Мы прогуливаемся по Маркет-стрит, покупаем по пути мороженое, приходим в парк и наслаждаемся сладостями у фонтана Арчибальда. Судя по моим подсчетам, через месяц ударят морозы, так что это не самое подходящее время для мороженого. Хотя нет, Эбби права, для мороженого не бывает неподходящего времени. Так что я наслаждаюсь им и их компанией, несмотря на ветер и брызги фонтана.

Детям здесь очень нравится, как и мне. Они прыгают, носятся, попискивают от восторга. Когда им надоедает в парке, мы идем в бухту, пересекая мост Пирмонт-бридж над заливом Кокл-бэй, а затем прогуливаемся по вьющейся набережной. Проходим мимо группы уличных артистов – их акробатические трюки ненадолго привлекают наше внимание, а затем мы встречаем фокусников – уличное волшебство вызывает у детей такой восторг, что нам приходится буквально оттаскивать их. Но у нас это не особо получается, потому что Эбби начинает рассказывать всем вокруг: