Линда Ложкина – Сибирское золото. Забытая история золотой лихорадки в Российской Империи XIX века (страница 2)

Во второй половине XVIII века общий годовой объем добычи золота в России редко превышал 150 килограммов. Для сравнения: к середине XIX века только в Сибири будут добывать до 25 тонн золота в год.

Государственная монополия и её последствия

Важнейшей особенностью раннего периода золотодобычи в России была её жесткая государственная регламентация. Согласно действовавшим законам, все богатства недр принадлежали императорской казне. Частным лицам разрешалось искать драгоценные металлы, но найденные месторождения переходили в собственность государства.

22 июля 1812 года вышел указ, который впервые разрешил частным лицам заниматься добычей золота в России, но и он имел существенные ограничения. Право на организацию приисков получали только потомственные дворяне, купцы первой гильдии и иностранцы, специально приглашенные правительством. При этом государство облагало золотодобычу значительным налогом и обязывало сдавать весь металл в казну по фиксированной цене.

Граф Егор Канкрин, министр финансов при Николае I, объяснял необходимость государственной монополии так: "Благородные металлы суть основа государственной денежной системы, потому их оборот должен быть под неусыпным контролем". Однако эта же монополия долгое время тормозила развитие отрасли.

Историк-экономист Михаил Туган-Барановский позже отмечал: "Чрезмерная опека государства в начальный период золотодобычи привела к тому, что многие месторождения оставались невостребованными, поскольку не приносили казне немедленной выгоды. В то же время эта политика способствовала формированию своеобразного заговора между чиновниками и предпринимателями, обходившими строгие законы".

Первые частные золотопромышленники

Отправной точкой для сибирской золотой лихорадки стал 1828 год, когда верхотурский купец Андрей Яковлевич Попов получил разрешение на поиск золота в Томской губернии. Привлекая местных охотников в качестве проводников, его поисковая партия обследовала множество речек в горно-таежной местности. В июле 1828 года на небольшой речке Берикуль были обнаружены первые промышленные запасы россыпного золота в Сибири.

Уже на следующий год артель Попова намыла около 1 пуда 20 фунтов золота (примерно 24 кг) – огромное по тем временам количество. Весть об успехе Попова быстро распространилась среди купечества. Начался первый, еще относительно скромный, приток предпринимателей в Сибирь.

Одним из пионеров сибирской золотопромышленности стал купец Федот Иванович Попов (не родственник Андрея Попова), который в начале 1830-х годов организовал успешные прииски в Енисейской губернии. Вложив первоначально около 15 тысяч рублей, через несколько лет он стал миллионером. Об успехе Федота Попова ходили легенды. Рассказывали, что однажды во время званого обеда он приказал подать гостям шампанское в тазах вместо бокалов, демонстрируя свое богатство.

Иван Дмитриевич Асташев, происходивший из мещан, благодаря золотым приискам стал одним из богатейших людей Сибири. Современники называли его "сибирским Монте-Кристо". Асташев был не только предпринимателем, но и меценатом – его роскошный дом в Томске (ныне здание краеведческого музея) был центром культурной жизни города.

Архивные документы сохранили любопытные подробности о начальном этапе сибирской золотодобычи. В докладной записке генерал-губернатора Западной Сибири П.М. Капцевича от 1831 года говорится: "Золотоносные места, открывающиеся в Сибири, превосходят всякое ожидание и могут со временем доставить государству неисчислимые выгоды". Уже тогда проницательные администраторы понимали потенциал сибирских недр.

Реформы, открывшие путь частному капиталу

Настоящий бум золотодобычи в Сибири начался после серии реформ, проведенных в 1838-1840 годах. Новое законодательство значительно расширило круг лиц, которым разрешалось заниматься золотопромышленностью. Теперь этим могли заниматься не только дворяне и купцы первой гильдии, но и купцы второй гильдии, а позже и мещане, и даже крестьяне (с определенными ограничениями).

8 апреля 1838 года был издан манифест "О предоставлении права всем русским подданным отыскивать и разрабатывать золотые россыпи в Сибири". Этот документ, подписанный императором Николаем I, стал настоящей конституцией сибирского золотого дела. В нем, в частности, говорилось: "Желая всем верным подданным нашим открыть новые источники промышленности и пользы, признали мы за благо дозволить всем российским подданным, какого бы состояния не были, исключая лишь находящихся на службе, отыскивать и разрабатывать золотые и серебряные руды в губерниях: Тобольской, Томской, Енисейской и в области Омской".

Важнейшим аспектом новой политики стало снижение налогов на золотодобычу. Если раньше государство забирало до 50% добытого золота в виде различных сборов, то теперь эта доля была уменьшена до 20-30% в зависимости от региона и объема добычи. Это сделало золотой промысел гораздо более привлекательным для предпринимателей.

Чиновник министерства финансов Владимир Безобразов, посетивший сибирские прииски в 1860-х годах, писал: "Нет сомнения, что либерализация законодательства о золотодобыче стала поворотным пунктом в развитии этой отрасли. Если прежде частное золотопромышленное дело в Сибири еле теплилось, то теперь оно охватило обширные территории и привлекло массы людей и капиталов".

Технологическая революция и первые научные подходы

Развитие сибирской золотопромышленности сопровождалось совершенствованием технологий добычи и переработки золотоносной породы. Первые старатели использовали примитивные методы промывки песка с помощью деревянных лотков, называемых "ковшами" или "чашами". Такой способ был малопроизводительным и позволял извлечь лишь крупные частицы золота.

В 1830-х годах на сибирских приисках появились более совершенные устройства – "вашгерды" и "бутары". Вашгерд представлял собой наклонный лоток с поперечными планками, задерживающими тяжелые частицы золота при промывке песка водой. Бутара была вращающимся цилиндрическим ситом, которое сортировало породу по размеру частиц.

Настоящим прорывом стало внедрение крупных промывочных машин – "американок" и "чаш", способных перерабатывать десятки кубометров золотоносного песка в день. Для их работы требовалась сила падающей воды, поэтому на приисках строились сложные гидротехнические сооружения – плотины, канавы, водоотводные штольни.

В 1840-х годах на приисках стали проводить первые научные исследования. Геолог Николай Щуровский, посетивший сибирские золотые промыслы в 1844 году, создал первую научную классификацию золотоносных месторождений региона. Инженер Яков Мевиус разработал методику расчета оптимального угла наклона промывочных машин в зависимости от характера породы и величины золотых частиц.

Новые технологии требовали квалифицированных специалистов. В Санкт-Петербурге в Горном институте и в Томске при университете готовили горных инженеров, которые затем отправлялись на сибирские прииски. Многие из них внесли значительный вклад в развитие золотопромышленности и остались в истории как выдающиеся ученые и изобретатели.

Постепенно изменился и сам характер добычи. Если в начале сибирской золотой лихорадки преобладала разработка богатых поверхностных россыпей, то к середине XIX века все чаще приходилось углубляться в почву на несколько метров, чтобы достичь золотоносного слоя (так называемого "пласта"). Это требовало строительства шахт, штолен и применения сложных дренажных систем для откачки грунтовых вод.

Географическое расширение золотодобычи

Первоначально сибирская золотодобыча была сосредоточена в относительно небольшом районе – в Мариинской тайге на территории современной Кемеровской области и в Енисейской тайге Красноярского края. Однако по мере истощения богатых месторождений и роста числа золотопромышленников поиски золота распространялись все дальше на восток.

В 1830-х годах основными районами добычи были Центральная Сибирь, Алтай и Забайкалье. В 1840-х годах к ним добавились прииски Якутии, а в 1850-х – Приамурья и Приморья. Амурская золотая лихорадка, начавшаяся после присоединения этих территорий к России, стала отдельной яркой страницей в истории освоения Дальнего Востока.

К 1860-м годам золотопромышленность охватила огромную территорию от Урала до Тихого океана. Наиболее богатыми считались Енисейский (особенно его северная часть – Севро-Енисейский) и Олекминский (в Якутии) золотоносные районы. Именно там добывалась основная часть российского золота.

Географическое расширение золотодобычи способствовало изучению и освоению сибирских пространств. Золотоискатели часто становились первопроходцами, составляли карты неизведанных территорий, давали названия рекам и горам. Многие топонимы в Сибири до сих пор хранят память о золотой лихорадке: речки с названиями Золотой, Фартовый, Счастливый, Богатый.

Профессор Казанского университета Константин Фукс, путешествовавший по Сибири в середине XIX века, отмечал: "Удивительно, как быстро продвигается человек в поисках богатства даже в самые негостеприимные уголки земли. Золотопромышленность за два десятилетия сделала для географического изучения Сибири больше, чем предшествующие два столетия государственных экспедиций".