Лина Янтарова – Доброе зло (страница 23)

— … берем в каждую руку по камню и продолжаем.

Ответом послужили вымученные стоны ведьм, слившиеся в единый хор.

— Я больше не могу, — пожаловалась Розалин. — Можно отдохнуть?

— Нельзя. Хотите отдыха — можете покинуть занятие.

Лаше расставила ноги, скрестила руки на груди и высокомерно подметила:

— Каждая тренировка — сражение с самим собой. Если вы не в силах победить себя, то и врага не одолеете.

София, изменившись в лице, подошла к куче камней. Выбрав два булыжника средних размеров, она с отчаянной решимостью направилась к лестнице.

За ней потянулись и остальные ведьмы — теперь они не переваливались с боку на бок, а продвигались рывками. Каждый шаг как маленькая битва: короткая пауза, мысленные уговоры идти дальше, движение, снова крошечная остановка…

Когда госпожа Лаше смилостивилась, объявив об окончании занятия, Айви хотелось лечь на землю и не шевелиться несколько дней. Добравшись до комнаты, она распахнула окно — свежий ветер ворвался в спальню, шевельнул занавески и остудил разгоряченную кожу. Взгляд упал на горшок, стоящий на подоконнике — утром земля в нем выглядела не так.

С замиранием сердца Айви протянула ладонь и извлекла испачканный свиток. Стряхнув комочки земли, развернула и жадно вчиталась в короткий текст:

«Мне нужно его имя. Продолжай учебу и поиски».

Бумага, более не удерживаемая пальцами, спланировала на пол. Айви отрешенным взглядом проследила за письмом, пораженная решением бабушки.

Она не разрешила вернуться. Вместо долгожданной свободы младшая внучка должна оставаться в академии и искать возлюбленного Лилиан. Узнав имя, можно сузить круг поисков — Алтан большой, и Лили могла быть где угодно. Но…

Айви рассчитывала если не вернуться домой, то хотя бы освободиться от необходимости выполнять домашние задания и посещать занятия. Но Вероника решила иначе. И Айви, разумеется, обязана подчиниться…

Или можно поступить как Лили — ослушаться и покинуть академию, но в таком случае придется вернуться в скромный домик, снова думать о завтрашнем дне и работать, чтобы получить хоть немного денег.

Когда Вероника забирала внучек, то обещала, что будет оплачивать содержание Ирис. Она сдержала слово даже после побега Лили — но если Айви последует примеру старшей сестры, то Веронике незачем будет помогать дочери, от которой она отказалась давным-давно.

Выбор очевиден. Можно сколько угодно злиться и сетовать на судьбу — однако проще принять неизбежное. Немного потерпеть… Совсем немного.

Перед сном она представляла, как станет будущим хранителем: днем будет заботиться о Цветочных полях, а по вечерам, закрывшись в кабинете, изготавливать зелья. Может, даже изобретет парочку новых…

Разбудил ее какой-то шум. Странные звуки доносились из коридора: не то бряцанье, не то грохот. Приподнявшись на локтях, Айви уставилась на дверь, вспоминая, закрыла ли ее заклинанием.

Занятие с госпожой Лаше настолько вымотало, что все было как в тумане: мозг отказывался соображать, тело оставалось ватным, ощутимо болели мышцы.

Грохот начал стихать, словно тот, кто издавал его, ушел вглубь коридоров. Слишком измотанная, чтобы думать об этом, она повалилась обратно в постель.

Утром стало еще хуже — с кровати пришлось сползать, морщась при каждом движении. Теплая вода немного помогла, разогнала кровь. Заплетя непослушные волосы в слабую косу, Айви надела платье потеплее, памятуя о ливне в прошлое воскресенье, и спустилась в столовую.

Обычно заполненная студентами, праздно проводящими время, сегодня она пустовала — большинство уже ушли в Салвуд.

Наскоро перекусив, Элвуд уже собиралась уходить, как к ней за столик присела Розалин.

— Привет. Как самочувствие?

— Терпимо, — лаконично ответила Айви. — Твое?

— Такое же. Думала, умру утром, — пожаловалась Розалин. — Боюсь представить, что нас ждет на следующем занятии. Хорошо, зелье помогло…

— Что за зелье? — спросила Айви, краем глаза замечая Фаелана.

Он прошел мимо столовой, очевидно, собираясь в Салвуд. Первым порывом было встать и догнать его, но Айви одернула себя.

— Укрепляющее, из тилпинов, — охотно поделилась Розалин. — Могу и тебе дать.

Она достала крошечный пузырек из кармана платья. Внутри плескалась зеленоватая жидкость, отливающая голубым — эффект получался за счет синих бутонов тилпинов.

Они росли повсеместно и были неприхотливы. Однако главным ингредиентом эликсира являлись вовсе не тилпины, а плоды башарха — вечнозеленого дерева, растущего в теплых краях.

Айви выдернула флакон из пальцев Розалин, открыла и понюхала. Так и есть — пахло сладко-кислыми плодами.

— Откуда у тебя оно?

Вэйл заметно стушевалась.

— Родители купили перед отъездом в академию. Подарок. Потратили почти все сбережения.

Элвуд удивленно подняла бровь.

— Подарок?

Розалин поторопилась объяснить:

— Переживали, что не справлюсь с нагрузкой, вот и… Им посоветовали на рынке.

— Еще и втридорога взяли, — догадалась Айви.

Эффективный, но дорогой эликсир — на эти деньги семья могла бы жить несколько недель. В условиях строжайшей экономии его приобретение являлось неразумным. Странно, что Розалин так спокойно предлагала им поделиться…

Айви нахмурилась, собираясь расспросить ее, но Вэйл вдруг сама вскочила.

— Вспомнила, что обещала разбудить Абигайль! Прости, увидимся позже.

Ни капли не расстроившись, Айви спустилась вниз и вышла на свежий воздух. При виде лестницы, ведущей к мосту, к горлу подкатила тошнота, мышцы заныли сильнее.

— Куда-то собрались, Элвуд?

Ректор неслышно приблизился к ней со спины. Айви резко повернулась, чудом удержавшись от крика.

— Что с вами? — нахмурился он, изучая ее побледневшее лицо.

— Ничего, — огрызнулась она. — Вы меня напугали.

— В стенах академии вам нечего бояться. Так куда вы собрались?

— В Салвуд. Куда же еще?

Даварре улыбнулся — той мерзкой улыбкой, за которой обычно следует что-то нехорошее.

— Вынужден вас расстроить, но вы наказаны. Салвуд отменяется.

— Что? Наказана?

— Да, наказаны, — повторил Этьен. — Я застал вас после отбоя. Сможете посетить Салвуд через неделю, а на этой придется занять себя чем-нибудь другим.

Айви уставилась на него с выражением детской обиды на лице.

— Но я опоздала всего на пару минут!

— Не имеет значения. Хорошего выходного, — вежливо сообщил он, давая понять, что спор окончен.

«Проклятье!— Айви проводила его долгим взглядом, в котором смешалась злость и досада. — Как не вовремя…».

Если бы глазами можно было испепелить, то ректор уже давно бы превратился в горящий факел. Алдуэлл, ставший немым свидетелем сцены, коротко кашлянул, намекая, что пребывание возле моста излишне.

Айви вернулась в комнату, не представляя, чем может заняться. Побродила от стены к стене, напоминая пойманное в ловушку животное. Если бы она находилась в поместье, то…

Взгляд упал на сумку, в которой хранилось сырье и образцы, привезенные с Цветочных полей. Почему бы не продолжить свою работу здесь? Последние месяцы Айви задалась целью изготовить особое зелье — многокомпонентное, с добавлением новых ингредиентов.

Приготовление осложнялось дополнительными исследованиями реакций тех или иных веществ друг на друга. По отдельности каждый ингредиент обладал несоизмеримой пользой, однако вместе они начали конфликтовать. Необходимо было снизить побочные эффекты — или же полностью избавиться от них, что представлялось с трудом.

Но если получится… Если получится, она станет автором уникального зелья, способного в короткий срок залечить любую рану — даже смертельную. Владение магией позволяло колдунам и ведьмам продлить срок жизни, но любое ранение могло привести к летальному исходу.

Взяв образцы, Айви распахнула дверь и отпрянула назад — в коридоре стояла София. Ее рука застыла в воздухе, выражение лица было испуганным.