Лина Янтарова – Доброе зло (страница 20)
Их дом — территория современной Речной долины — часто подвергался набегам воинственных соседей. Потеряв родителей в очередной схватке, Лаис и Летиция, объятые отчаянием, обратились к силам природы — старшая воззвала к солнцу, небу и растениям, а младшая — к сырой и влажной от крови земле.
Их молитвы были услышаны — сестры получили возможность черпать магию из всего, что существовало вокруг. В следующий бой они пошли вдвоем — им удалось отразить атаку, но Лаис смертельно ранили. Она умерла на руках сестры.
Летиция не смогла смириться с потерей последней родственницы. Она приказала уложить Лаис в землю, откуда та получала силы. Несколько ночей подряд Летиция колдовала без устали, пока не потеряла сознание от истощения. Когда она открыла глаза, то увидела сестру — живую и здоровую.
Казалось бы, на этом история должна закончиться, но счастливый финал не был предусмотрен судьбой. После воскрешения Лаис изменилась: магия ее стала более жестокой, а она сама — коварной и злой. Используя свои силы, Лаис призвала чудовищных созданий и натравила их на убийц своих родителей — племя, что жило на территории Горного хребта, было практически истреблено.
Летиция пришла в ужас. Она потребовала от сестры немедленно перестать использовать темную магию, но Лаис не собиралась останавливаться. Назревал раскол — одни поддерживали месть Лаис, другие боязливо обходили ведьму стороной.
И вновь полилась кровь — только теперь две сестры сражались по разные стороны. Лаис построила башню на одинокой скале в море, дав ей говорящее название
Долгие годы вражды окончательно уничтожили любовь между сестрами — они умерли, так и не успев примириться. У Лаис остались сыновья, которые продолжили ее род, у Летиции — дочери. Время шло: строились города, создавались государства, но темные колдуны и светлые ведьмы продолжали недолюбливать друг друга. Незримо, скрывая ненависть за вежливыми улыбками, но — так же страстно и отчаянно.
Турнир двух академий, проводящийся каждый год, олицетворял вечную борьбу между добром и злом. И зло побеждало уже несколько лет подряд.
— Все вы знаете начало истории, — зычный голос Райбуа достигал каждого уголка аудитории. — Лаис и Летиция получили силу. Но были ли они так сильны, как вы представляете? Для их соплеменников, ни разу не видевших магию, крошечный огонек был настоящим чудом. Но для вас — для нынешних одаренных ведьм — заклинание огня одно из самых простых и легких.
— Хотите сказать, что сестры были слабее нас? — не выдержала София. — Но они первые, кто смог обуздать магию… Победившие смерть.
— На момент получения сил — да, — охотно кивнула Райбуа. — Они были слабы. Воинственных соседей напугала не мощь, а сам факт того, что Летиция и Лаис способны колдовать. Когда Лаис умерла, Летиция не могла прийти в себя. Убитая горем, она сделала то же, что делали многие ведьмы после нее — выброс магии. Именно так Летиция воскресила Лаис. И…
Райбуа смерил притихших студентов взглядом.
— Она не умерла. Летиция выжила и стала еще сильнее. Этого же я жду и от вас. Вы все должны стать сильнее.
Глава 9
Слова Райбуа, подобно красивому, но ядовитому созданию, манили, вынуждая вновь и вновь обдумывать сказанное. Если существует возможность получить такую силу, то стоит ли попытаться?
Только дурак откажется от могущества. Идея развивать силу, как мышцу постоянными упражнениями, выглядела привлекательно, но Айви осторожничала: за все приходится платить. Не будет ли цена слишком высокой?..
Зная, как многому предстоит научиться и с какими невзгодами предстоит столкнуться на пути к должности хранителя Цветочных полей, она нервно перебирала пальцами листья горечавки. Мисс Пимс зорко следила за каждым студентом, изредка прохаживаясь между столов и давая ценные, на ее взгляд, указания.
София, разбирающаяся с охапкой диких латумий, чей сок обжигал кожу, наклонилась ближе и прошептала:
— Что думаешь по поводу Райбуа?
— Ты о сказках, которыми он нас потчевал?
— Кто знает… Может, и не сказки. Летиция же и вправду выжила.
Айви покачала головой.
— Это было так давно, что правды никто скажет.
— Я хочу победить в турнире, — лицо Софии стало напряженным. — Но понимаю, что не смогу одолеть противников с тем уровнем, что у меня сейчас.
— Рано сдаешься.
— Не ты ли говорила о пределах? — вскинула она подбородок. — Послушай…
Уилсон замялась, но вскоре продолжила:
— Родители верят, что я смогу окончить академию. Если проиграю в турнире… Они будут разочарованы.
— Вспомни всех ведьм, совершивших выброс, — попросила Айви. — И вспомни их трагический конец. Мы берем силу взаймы, но никогда не сможем подчинить ее полностью.
— А твоя бабушка? — вдруг возразила София. — Она спасла Цветочные поля.
Элвуд отвела глаза, досадливо хмурясь. В период сильной засухи, когда Вероника Мэйфилд только получила должность хранителя, цветы и растения погибали. Заклинания, вызывающие кратковременные дожди, не помогали. И тогда бабушка пошла на отчаянный шаг…
Говорят, ливень, вызванный ею, шел больше недели. Поля напитались влагой, земля снова стала плодородной. Ни у кого не осталось сомнений, что юная Вероника — истинный хранитель: те, кто злобно шептался за спиной, примолкли.
— Бабушка всегда была талантливой и сильной, — сказала Айви. — Она считалась гением. И то не выброс был, а мощное заклинание.
— Тоже хочу уметь так, — не сдавалась София. — Господин Райбуа говорил о дополнительных занятиях. Не хочешь пойти? Мы могли бы посещать их вместе.
— У нас не хватает времени на сон, а ты хочешь записаться на дополнительные.
София насупилась.
— Мне еще на защиту нужно.
— Зачем? — коротко осведомилась Айви.
— Догадайся, — съязвила ведьма. — Защищаться, конечно. Студенты
Айви не сдержала смешок. Мисс Пимс, отчитывающая Розалин, резко обернулась.
— Вы уже закончили, Айви?
— Почти, мисс Пимс.
— Тогда помогите Уилсон. В борьбе латумии и темной ведьмы пока что побеждает безобидное растение.
— Не такое уж и безобидное, — едко прокомментировала София. — У меня перчатки прожгло.
— Ты неправильно их берешь, — Айви приблизилась к ней и взяла в руки крохотный стебель. — Нужно за корни.
Некоторое время они работали в молчании, слушая причитания мисс Пимс, пока София, застонав, не отбросила последние цветы в сторону.
— Не могу больше!
— Тише, — шикнула Айви. — Постой рядом, я закончу.
Уилсон послала в ответ благодарную улыбку. Встав спиной к преподавателю, она заметила:
— Ты так и не дала ответ насчет Райбуа. Сомневаешься?
— Не хочу зря терять время.
— Брось, будет весело, — глаза Софии загорелись. — Даже если не получится — хотя бы попробуем!
Будучи запертой всю жизнь в четырех стенах, Уилсон напоминала птицу, выпущенную на волю — с восторгом относилась к любому поводу расправить крылья и взлететь вверх. Но, оберегаемая родителями, она не знала, как это больно — падать.
Айви вздохнула.
— Хорошо, давай. Но если господин Райбуа опять примется рассказывать сказки, то я предпочту здоровый сон его занятиям.
— Отлично, — лицо Софии осветилось улыбкой.
Она шагнула к Айви, намереваясь обнять, но остановилась, когда та невольно отодвинулась.
Выражать привязанность открыто, да еще и объятиями… Непозволительно для темных ведьм.
Элвуд строго посмотрела на нее, а София неожиданно рассмеялась.
— Прости, все никак не привыкну к тому, что нужно вести себя сдержанно.
— Твоя мама не учила тебя подобному?
— Моя мама — светлая ведьма. Отец темный колдун, но он свалил все воспитание на нее, — охотно поделилась София.
— Светлая? Как так вышло?
Браки между темными и светлыми не запрещались, однако при таком союзе преимущественно рождались темные ведьмы — черная магия пересиливала белую. Ничего странного в том, что светлые ведьмы избегали рожать детей от темных колдунов.
София пожала плечами.