Лина Янтарова – Доброе зло (страница 12)
— Нет. Простите, это нервное.
Даварре неожиданно смягчился.
— Примите мои искренние соболезнования. Вы были дружны?
Айви замешкалась с ответом, не зная, что сказать. В детстве сестры были неразлучны — жили в одной комнате из-за скромных размеров домика, вместе бегали по саду и затевали проказы. Но когда на пороге тесного жилища появилась Вероника — со смоляной копной без единого седого волоска, обвешанная кровавыми рубинами, она опиралась на изысканную трость и грозно смотрела на двух девочек в чистых, но залатанных платьях, — все изменилось.
Перебравшись в Элвуд, они стали отдаляться друг от друга. Лилиан скучала по маме, по простой жизни вдали от роскоши, интриг и козней. Айви же была очарована силой и властью, с гордостью приняв свое новое положение. Из сестер они превратились в соседок…
— Она моя сестра, — сказала Айви так, словно это все объясняло.
Этьен кивнул, приложил руку к двери, а затем распахнул ее со словами:
— Прошу.
Айви сделала глубокий вдох, не решаясь зайти внутрь. Даварре с сочувствием посмотрел на нее, и именно его взгляд придал сил — не желая выглядеть слабой, она переступила порог.
Лунный свет заливал захламленное пространство: вещи валялись на полу, в кресле, на столе… Лили питала слабость к красивым предметам и, как сорока, скупала все, что видела.
Айви переступила через атласное малиновое платье, посмотрела на разобранную постель и приблизилась к письменному столу, заваленному бумагами.
— Вы разбирали их?
Даварре, прислонившийся к стене, кивнул.
— Это домашние задания и книги из библиотеки. Ничего, что указывало бы на причину пропажи вашей сестры, там нет.
Она на всякий случай поворошила свитки — на первый взгляд все было так, как говорил ректор: доклады, книжки, какие-то заметки… В ящиках было то же самое: верхние забиты какими-то безделушками вроде перьев, камней, чернильниц и слабеньких амулетов, нижние оказались пусты.
Айви направилась к шкафу, чьи створки были гостеприимно распахнуты — половина платьев, судя по пустым вешалкам, отсутствовала. Украшения тоже исчезли. Все выглядело так, будто сестра в спешке собрала самые важные вещи и покинула комнату.
— Вы удовлетворены осмотром? — спросил Даварре.
Она повернулась, чтобы ответить «
Приблизившись к тумбочке, Айви взяла в руки кулон. Похожий, только с изумрудом, висел на ее шее — эти украшения подарила бабушка, и сестра со своим не расставалась. Лили снимала его на ночь, и надевала утром — первое, что она делала после пробуждения.
— Все в порядке? Вы побледнели.
— Да, — голос отказывался повиноваться. — Все… Хорошо. Вы видели, что она оставила этот кулон?
— Не обратил внимания, — признался Этьен. — Это какое-то особенное украшение?
— Родовая защита, — она прикоснулась к своему камню, — вы должны понимать, что это означает.
Ректор тихо выругался. О, конечно, он понимал — каждый древний род, накапливая силу, использовал ее в качестве родовой защиты. Магия помещалась внутрь любого предмета, который становился мощным амулетом — имея его при себе, наследники могли не бояться ни порчи, ни проклятий, ни других вредоносных действий.
Лилиан оставила кулон в комнате. Или… Не смогла его забрать.
— Возможно, она забыла украшение? — предположил Даварре.
Айви покачала головой.
— Она с ним не расставалась. Либо по какой-то причине не успела его забрать, либо… Ей не дали этого сделать.
— Вы намекаете…
Этьен замолчал, предоставив Айви возможность произнести роковые слова вслух, но она только тяжело вздохнула.
— Не намекаю, а лишь пытаюсь разобраться. Скажите, кто из учащихся дружил с Лили?
Даварре вдруг стал выглядеть смущенным. Айви вскинула бровь, наблюдая за неожиданным смятением на его лице.
— В чем дело?
— В
— Ясно, — безжизненно произнесла Айви. — Что же, спасибо за помощь, господин Даварре.
Этьен кивнул.
— Не стоит благодарности. Это моя обязанность. Позвольте, я провожу вас до комнаты.
Оставив Айви возле дверей, ведущих в спальню, ректор с видимым облегчением удалился. Элвуд вошла внутрь, на ходу расплетая волосы, бросила изумрудную ленту на комод и устало уселась на кровать, разглядывая диск луны в распахнутом окне.
Серебряная лента, пролегающая на водной глади подобно дорожке, манила к себе, звала отправиться куда-то далеко — где нет ни строгих правил, ни секретов, ни толстых стен. Свернувшись калачиком, Айви положила голову на подушку, продолжив смотреть в ночное небо и размышлять.
Как только Вероника сообщила об исчезновении Лили, она решила, что сестра сбежала — в ее крови всегда плескалась любовь к сумасбродным поступкам и свободе. Но сегодня, найдя кулон…
Одно Айви знала точно — Лили никогда бы не оставила его без веской причины. Кулон не просто обеспечивал ей родовую защиту — когда-то его носила Ирис, мать Лилиан и Айви. Он был передан старшей дочери, а младшей достался тот, что принадлежал Веронике.
Коснувшись украшения, Айви погладила изумрудные лепестки, переполненная решимостью во что бы то ни стало отыскать сестру. Следовало догадаться, что Лили с ее характером не оставит никаких подсказок: ни близкой подруги в стенах академии, ни чертовой записки — только куча врагов. Хотя, если подумать, это к лучшему — друг соврет, а враг непременно расскажет всю правду…
Глава 6
— Не стоит недооценивать силу трав, мои дорогие. Невзрачный цветок аммикус может спасти от лихорадки, а перетертые коренья фазулы многократно усилят действие любого зелья. Полагаясь на одну лишь магию, вы совершаете страшную ошибку, — мисс Пимс довольно закивала, — потому что ваше тело, ваша магия и даже ваш разум может подвести. Но травы — никогда.
Стараясь не заснуть, Айви разглядывала мисс Пимс — невысокого роста, с короткими светлыми волосами и лицом в форме сердечка, она напоминала сказочного крошечного эльфа, живущего в цветах.
Предмет, который вела мисс Пимс, касался трав и растений. Элвуд могла бы рассказать его ничуть не хуже преподавателя, но посещение было обязательным.
Сидящая рядом София тайком читала взятый из библиотеки учебник заклинаний. На факультете Слововедения главным являлся господин Ризби — в первые же дни он торжественно объявил, что к концу месяца студенты должны знать не менее чем сотню заклинаний.
Вкупе с бесконечными домашними заданиями и дополнительными курсами времени не оставалось даже на сон — Айви отчаянно пыталась не зевнуть, размышляя, удастся ли прикорнуть на полчаса прямо за партой.
Прошедшие две недели она присматривалась к распорядкам академии: изучила расположение всех кабинетов, познакомилась с преподавателями, получила на руки расписание и — самое важное — узнала имена тех, кто учился вместе с Лилиан.
— Какие травы нужно использовать для приготовления обезболивающих настоев при болях желудка? Розалин, прошу.
Айви посмотрела на рыжую ведьмочку, которая вскочила и бойко произнесла ответ. Мисс Пимс восторженно заулыбалась.
— Молодец, Розалин! Надеюсь, все записывают или хотя бы запоминают? Хороший ответ, но вы не назвали одно из растений… Айви, может быть, вы?
София поспешно спрятала учебник, когда мисс Пимс приблизилась.
— Мне почему-то кажется, что вы знаете ответ.
Конечно, знала. Как и мисс Пимс, которая наверняка видела фамилию Айви документах.
— Белладонна.
— Браво! — она хлопнула в ладоши. — Вот теперь перечень полный!
— У меня от нее голова болит, — прошептала София. — Хорошо, что это последнее занятие на сегодня.
Впереди ждал выходной — единственный день, когда студентам разрешалось покидать Башню, чтобы посетить ближайший маленький городок под названием Салвуд.
— Ты пойдешь в город? — спросила София.
— Да.
— Хочешь, пойдем вместе? — предложила она.
Айви неопределенно пожала плечами. С одной стороны, София с ее сведениями казалась весьма полезной, с другой — лишний свидетель.
Элвуд никому не говорила о том, что собирается разыскивать сестру — многие считали, что Лилиан просто покинула учебное заведение.