Лина Винчестер – Последняя буква Севера (страница 12)

– Оставь место для десерта, – просит Сэма Долорес. – И отвлекись от телевизора хоть ненадолго.

Сэм нехотя кивает, но все же мельком посматривает на работающий в гостиной телевизор.

– Вы уже купили вещи на зиму? Говорят, в этом году зима будет холоднее обычного.

– Еще нет, Долли, – отвечает мама, сделав глоток вина. – Может, на следующей неделе.

На следующей неделе мы будем закрывать счет за электричество и долг за ремонт маминой машины. Но если мы скажем об этом, Долорес снова начнет предлагать все, что есть в ее гардеробе. Она делает это из добрых намерений, но нам с мамой всегда жутко неловко в такие моменты.

– Мы в прошлом году купили мне теплую куртку, – говорю я, опуская на тарелку еще один кусочек индейки. – Она как новая, я надела ее всего пару раз, потому что в ней было жарко.

– В этом плане везет, когда у тебя дочь. – Долли подпирает подбородок ладонью с зажатой в ней вилкой. – Джейк растет со скоростью света. Обувь, одежда – за год вырастает из всего, и не знаю, когда остановится. Кстати, у меня полно вещей, которые мне тоже малы. Микки, может, примеришь после ужина?

– Боюсь, что сегодня они и мне будут малы. – Я поглаживаю переполненный едой живот.

Хлопает входная дверь, и через пару секунд в гостиную заходит Джейк.

– Привет, миссис Рамирес. – Посмотрев на меня, он прикладывает ладонь к груди и отвешивает поклон. – Любимая.

– Любимый, – отвечаю я, повторяя его действия.

– Не ерничайте, – просит Сэм.

Кивнув отчиму, Джейк бросает ему связку ключей, которую тот ловко ловит.

– Машину помыл, как и обещал. Теперь пару дней нельзя говорить, что я не помогаю по дому.

Обхватив руками плечи Долорес, Джейк склоняется и чмокает ее в щеку.

– Привет, мам. – Он снова коротко целует ее. – Пока, мам.

– Стой, а поесть?

– Я ем. – Он берет из хлебной корзины булочку и откусывает ее. – Видишь?

– Даже руки не помыл! – возмущается она ему в спину. – Стоять!

Джейк вскидывает руки, как пойманный преступник, и оборачивается.

– Ты куда собрался? Опять на репетицию?

– В комнату, нужно сделать домашнее задание. Нам много задали прочесть по литературе. Правда, Микаэла?

– Да. – Я планирую поддерживать любую ложь Джейка, пока он держит рот на замке по поводу моих чувств к Оливеру. – На самом деле не очень много, но Джейк только привыкает к тому, что в мире существуют тексты длиннее, чем в комиксах.

– Микки, – устало вздыхает мама.

– Я бы попросил тебя помочь мне с домашним заданием, Микаэла, – произносит Джейк, пристально глядя в мои глаза. – Но боюсь, что твои мысли забиты лишь текстом новой песни Оливера.

– Если я зайду в твою комнату через десять минут, – бросает Сэм, ерзая на стуле, – и не увижу тебя с учебником в руках, то займу тебя подработкой в автомастерской после школы. Ты с этой музыкой уже совсем с ума сошел.

– Мама говорит, что я так самовыражаюсь.

– Мама готова сдувать пылинки с твоей задницы, – фыркает Сэм.

– Зато он не пьет и не курит, – с гордостью вставляет Долорес. – Так что пусть занимается тем, что ему нравитсяи не приносит вреда здоровью.

О да, Джейк Элфорд не пьет и не курит… Ну конечно. Мне с трудом удается не рассмеяться, и Джейк, судя по пристальному взгляду, замечает это, поэтому я плотно сжимаю губы.

– Сэм, сделай ты уже телевизор потише! – восклицает Долли.

– В Оклахоме ураган первой категории, – говорит он, не отрывая взгляда от экрана.

Мы с мамой с опаской переглядываемся. Внутри все леденеет. Оклахома – соседний от нас штат. Немного успокаивает тот факт, что наш город находится ближе к границе Теннесси, но я все равно достаю из кармана телефон, чтобы проверить нет ли оповещения от службы безопасности Арканзаса с предупреждением. И хоть в Оклахоме сейчас ураган первой категории – самой легкой из пяти существующих – мобильные дома и трейлерные парки всегда под угрозой. К тому же категория в любой момент может повыситься.

– Все будет хорошо, – успокаивает мама меня или себя. – До нас не доберется.

– Выключи, – просит Долли.

– Я хочу знать, в какую сторону он направляется и будет ли набирать обороты. Ураган, что был летом, убил много людей.

Мое тело начинает бить мелкой дрожью от одного лишь воспоминания. Кто-то в метеоцентре сильно облажался, предупредив только о шквалистом ветре, никто не был готов к тому, что произошло. Когда ураган ворвался в наш город, мы с мамой работали в доме в восточной части Мемфиса. Ветер нагрянул резко, да с такой силой, что дом, казалось, вот-вот с треском развалится. Электричество вырубилось. Мы легли на пол в ванной и просто ждали, когда это закончится. По возвращениив трейлер нас встретили выбитые окна, и всего две недели назад мы наконец-то убрали приколотые доски и вставили новые стекла.

Долорес до краев наполняет бокалы вином.

– Знаю, что это все жутко, – мама делает большой глоток, – но когда я смотрю на разрушения, то не могу избавиться от мысленного подсчета, во сколько встанет ремонт.

Все тихо усмехаются, но обстановку разрядить не удается. При детях родители всегда делают вид, что все идет лучше, чем есть на самом деле. Такое чувство, что они не замечают, что мы уже давным-давно все понимаем.

Перевожу взгляд на Джейка. Сжав челюсть, он смотрит в экран, а потом, словно почувствовав, поворачивает голову. На его лице не прочесть никаких эмоций, и мне интересно: ему тоже страшно несмотря на то, что ураган далеко от нас?

Джейк уходит в комнату, а Сэм начинает вспоминать знакомого, который погиб этим летом во время урагана, не добежав пару метров до собственного дома – соседский почтовый ящик вырвало из земли с корнем, и тот со всего размаху влетел в голову бедняги. Не в силах больше это слушать, я выхожу из-за стола. Остановившись у приоткрытой двери в комнату Джейка, осторожно стучусь и заглядываю внутрь.

Отбросив чехол для гитары, он подхватывает со стола первый попавшийся учебник, но, увидев меня, с облегчением выдыхает.

– А, это ты. – Отбросив книгу на кровать, он расстегивает чехол и опускает в него гитару.

Я оглядываю комнату. Над кроватью приклеены постеры «The Offspring» и «Papa Roach», а между ними висит копия большого постера с эмблемой «Норда», который нарисовала я: компас, где вместо сторон света стоят буквы «Н. О. Р. Д», а наконечники стрелок указывают на четыре направления сразу. На рабочем столе, заваленном тетрадями и учебниками, стоит сразу несколько кружек. Со спинки стула свисают футболки с логотипами рок-групп. На полу у мусорной корзины валяется много смятых листов бумаги. Единственное место в комнате, где сохраняется идеальный порядок – полки с кроссовками у стены. Множество пар.

Джейк Элфорд помешан на спортивной обуви почти так же сильно, как Кэрри Брэдшоу из «Секса в большом городе» на туфлях. А еще у него каким-то магическим образом всегда идеально чистая обувь даже в дождливую погоду, словно он ходит по воздуху.

– У меня от твоего бардака начинается паническая атака.

– Просто выйди из комнаты, солнышко, и она закончится.

Застегнув молнию, Джейк закидывает гитару на плечо и идет к окну. Подняв раму, он салютует мне пальцами.

– Серьезно, сбегаешь через окно?

– Чтобы не тратить время на нотации Сэма.

Он снимает с плеча гитару и, высунувшись из окна, осторожно опускает ее, а затем поворачивается.

– Все будет хорошо, Микаэла. Ураган не дойдет до Мемфиса.

– Знаю, – отведя взгляд, я обнимаю себя за плечи.

– Нет, именно поэтому ты здесь. Не смогла слушать, как они обсуждают это.

– Не могу сказать, что твое общество лучше мыслей об урагане, но перепалки и правда немного отвлекают. Но раз уж ты сбегаешь, можно я просто немного посижу в твоей комнате? Обещаю, что ничего не буду трогать. – Я вскидываю ладони, а затем, поморщившись, указываю на смятые бумажки на полу. – Разве что соберу это.

– Будь как дома. – Джейк садится на подоконник и перекидывает через него ногу. – Может, хочешь на репетицию? Могу подвезти, если пообещаешь не болтать много по дороге.

– Я что, настолько жалко выгляжу, что ты готов протянуть мне руку помощи?

– Кажется, я задал другой вопрос.

– Спасибо, но не уверена, что готова увидеть Констанс. Нервы напряжены, и я могу сорваться на нее или что-то вроде того. Я недавно помирилась с Олли, не хочу все испортить.

– Что ж, располагайся, а заодно приберись тут, – небрежно машет он рукой.

Я вскидываю брови, а Джейк, закусив пирсинг, усмехается.

– Ты совершенно точно не понимаешь юмор, Рамирес.

– Нет, просто я не понимаю именно твой юмор.

– Раньше было иначе, – беззаботно бросает он.