Лина Розен – Одиннадцать огней Азеры (страница 11)
Возможно, стоило сразу предложить ей Обет, но он боялся спугнуть ее снова и тянул так долго, что она перестала нуждаться в нем. Когда она вернется, он не повторит ошибку. Возможно, происшествие в Лилии – он узнал, что его Дали задела какого-то значимого гостя, то ли сына, то ли знакомого императрицы Амории, – принесет ему пользу.Если она сама увидит, сколь лучше ей было в Талларе, ему даже не придется уговаривать ее. Однако он предпринял некоторые действия, чтобы переубедить ее в обратном случае.
Девушка сбежала по ступеням Дома, приветствуя аделье Лейера и извиняясь, что заставила ждать. Внимательно оглядев девушку с ног до головы, он молча предложил ей локоть, и Ардали послушно облокотилась о него. К Долине лимарий они спускались неспешно.
Ардали хорошо знала склонность аделье Лейера к переменам в настроении. В один миг он быть радостен, а в другой – молчалив, словно чем-то расстроен. Если хозяин Дома желал молчания, разговорить его было невозможно. С некоторых пор девушка не стремилась нарушать тишину, хотя прежде спрашивала, что случилось.
Укрытая ночью и тенью скал Таллара, Долина лимарий выглядела зловеще. Неровно растущие, раскинувшие склоненные ветви ломариевые деревья тщательно скрывали разливы озера, не пропуская ни капли света. Лишь редкие лодочники, знавшие Долину с давних пор и находившиеся в хороших отношениях с лимариями, соглашались перевозить путников после заката.
Ночные переправы стоили дорого. Их могли позволить себе только торговцы – прочие предпочитали пересекать Долину лимарий при свете дня, дожидаться сезона ветров или примыкать к торговцам за плату. Плата за переправу была общей, не разделяясь между существами, поэтому торговцы охотно соглашались взять с собой нескольких путников. Изредка очередь примыкающих к торговцам выстраивалась на несколько триер вперед, а иногда желающих не было вовсе.
Ардали прищурилась, пытаясь разглядеть, с кем придется разделить путь. У края берега стоял плотный мужчина, закутанный в болезненно-желтый плащ с высоким горлом, в нетерпении вглядываясь в сторону Дома перепутья. На камне у реки сидел лодочник и пил что-то из фляги. На нем была рубашка с подвернутыми рукавами.
Аделье Лейер неожиданно ускорил шаг, и отвлекшаяся девушка оступилась. Хозяин Дома перепутья не удержал ее – они упали, коротким кувырком окончив спуск. Аделье Лейер смягчил падение, подставившись первым, и, не сдержав болезненный стон, принял вес Ардали на себя. Девушка встала первой, протягивая руку. Заметивший их торговец поспешил к ним.
- Плохая примета, – сказал торговец, помогая владельцу Дома перепутья подняться, когда сил девушки не хватило. Аделье Лейер коротко кивнул, благодаря за помощь, и начал отряхиваться. – Если товар падает перед отъездом, торговля будет с убытком.
- Хорошо, что аделье Лейер не торговец, а я не товар… – пошутила Ардали и беспокойно посмотрела на хозяина Дома перепутья. Тот отвел взгляд. – Как вы? – предприняла девушка еще одну попытку.
- В порядке, – кивнул тот.
- Прошу простить, что тороплю вас. Но меня не поймут, если как можно скорее я не пересеку Долину. Вы опоздали.
Аделье Лейер протянул торговцу несколько квадров.
- Вы ведь понимаете, Долина так непредсказуема…
- Конечно-конечно! Верно, как лед, – согласился торговец, пряча монеты.
Хозяин Дома перепутья сделал приглашающий жест. Ардали направилась к лодке первой, за ней – торговец. Аделье Лейер замыкал движение.
Лодка, сделанная из светлого дерева, привязанная к стволу ломари, неспешно покачивалась. Края ее были украшены цветами. Белые, синие, зеленые, светло-вишневые, желтые… столько оттенков девушка не видела даже среди платьев лилий. Она обернулась, намереваясь, спросить, что это за цветы, и забылась, столкнувшись со взглядом владельца Дома.
Аделье Лейер смотрел на нее неотрывно, прищурив глаза, словно одновременно желал получить не дающие ему покоя ответы и избавиться от нее. Девушка чувствовала, что дело не в недавнем падении.
Прикрепивший к ремню флягу лодочник одним движением посадил Ардали в лодку. Девушка закачалась, цепляясь за края лодки и теряя все недавние вопросы. Торговец залез в лодку, пожав на прощание руку аделье Лейеру, и кивнул, будто подтверждая одним им известное обещание. Мир перестал качаться. Ардали обернулась.
Владелец Дома перепутья помахал рукой. От привидевшегося ей взгляда не осталось и следа. Лодочник отвязал лодку от ствола ломариевого дерева.
- Возвращайся, Дали, – сказал аделье Лейер.
Лодочник поднялся в лодку и, выпрямившись, веслом оттолкнулся от берега. Один гребок, и лодка покорилась его власти. Второй – и ход лодки смешался с водой. Ардали всмотрелась во тьму, размышляя над взглядом аделье Лейера и надеясь отвлечься от него.
Лодка шла по воде медленно, неровно и, стараясь обойти постоянно менявшуюся глубину, отклонялась то вправо, то влево, напоминая в своей нестойкости ребенка, что только учится ходить. Неохотно отбрасывая попытки избавиться от мыслей, становившихся лишь более тяжелыми в спутанной тьме зарослей ломари, девушка пыталась отвлечь внимание чем-нибудь другим. Яркие даже в темноте Долины цветы по краям лодки продолжали притягивать ее взгляд.
- Аделье, – позвала Ардали. Болезненный желтый цвет плаща торговца не нравился девушке, но его не могла скрыть даже темнота. – Могу я спросить… эти цветы… что вы везете?
- Цветы? – переспросил торговец осипшим голосом и, откашлявшись, осмотрелся, словно ища то, о чем спрашивает Ардали. – А-а! Вы о тканях?
- Это ткани?
Торговец похлопал по крайним цветам, напоминавшим огромные салоры. Провел пальцами по краю лепестков, переходя с одного цветка на другой, и, выбрав самый маленький, – похожий на белую лилию с бледно-розовыми прожилками цветок, развернул его.
- Это работа мастериц Остерез, – сказал он, передавая девушке тончайший шарф, расшитый шелковыми лилиями, цвет которых напоминал румянец. Ардали провела по ткани дрожащими кончиками пальцев, очерчивая искусно вышитые лепестки. – А это... – торговец отмахнулся от нависающих ветвей ломари и качнул головой, стряхивая попавшие на волосы капли. – Творение варавийских мастеров, – развернул он широкий кусок мягкой зеленой ткани.
- Царский зеленый! – узнала девушка, уверенно касаясь ладонью мягкой ткани. О зеленом цвете Варавии, который называли царским варавийским, шептались с восхищением.
- Точно. Аморийцы голову ломают над этим воплощением льда вот уже несколько аэр.
- Как вы сказали? Воплощением льда? – переспросила Ардали, чуть поднимая голову и старательно смотря в глаза торговца, чтобы даже краем взгляда не видеть тревожащий ее желтый цвет. – Это что-то варавийское? Что оно значит?
- По-вашему, над чем-то прекрасным, – пояснил торговец, забирая расшитый лилиями шарф. Ткань прощалась с ней прохладным касанием воды.
- Варавия… какая она?
- Другая, – кратко отвечал торговец, вновь придавая сложенной ткани форму цветка. Ардали протянула варавийский зеленый, но, приняв ткань, торговец на мгновение замешкался и, встретившись взглядом с девушкой, укрыл ее плечи. Ардали сильнее потянула на себя уголки ткани, пытаясь согреться, и кивнула, благодаря. – Она не хороша и не плоха. О ней говорят много и больше неправды. Амория и Варавия не поймут друг друга никогда, но даже Таллару не под силу познать ее корни и кроны. Овладеть ее тайнами, по-вашему говоря, – пояснил торговец, хмыкнув. Девушка закивала, хотя ясность варавийских выражений все еще ускользала от нее. Она ожидала, что торговец продолжит рассказ, но тот больше ничего не добавил.
Тогда она наклонилась через край лодки, вытянув руку и касаясь ладонью воды. Вода как черный холодный шелк скользила под ладонью, расходясь красивыми темными волнами. Длинные ветви деревьев ломари нависали над водой, выстраиваясь в огибающую реку линию, то и дело касаясь Ардали и заставляя девушку ощущать, словно та оказалась в глубине гьямских лесов, и вот-вот с высоты листьев на шелковой паутине спустится огромный паук. Ветер качал ветви деревьев ломари, срывая с них листья и играя всеми полутонами шорохов.
В памяти ее скользило столь давнее воспоминание, что девушка не могла различить в нем ни голосов, ни лиц. Она слышала шелест листьев и близко расположенного источника воды, смутно ловя очертания юноши и девушки, лежавших на земле и освещаемых сине-серебряным ночным светом. Они казались счастливыми в своей усталости. Лежали голова к голове, расслабленно держа руки на груди, и наблюдали за полетом двух светлячков.
«Так и будет», – шептал кто-то, но Ардали не могла различить, кто именно. Может быть, они шептали это друг другу.
Ладонь девушки коснулась чего-то склизкого и холодного, вырывая из покоя памяти. Ардали подняла руку, едва сдержав возглас, и испуганно посмотрела на ладонь, словно впервые видела ее. Торговец обернулся к ней.
- Все в порядке?
- Да.
- Прибыли, – низко объявил лодочник, вновь сливаясь с тенями.
Лодка остановилась, стукнувшись о камень и покачнувшись несколько раз. Лодочник вышел первым и привязал лодку к берегу. Дрожащие язычки огня от приблизившихся факелов осветили их. Спешно подойдя, помощники торговца начали выгружать ткани. Сейчас девушка хорошо видела, что цветы и в самом деле были просто красиво свернутыми тканями. Испуг прошел.