Лина Павлова – Время отшельника (страница 8)
Алиса аккуратно приняла шар из рук парня. Серебряная лента скользнула по малахиту, к коже, разворачиваясь. В отличие от камня, который держал в лапах дракончик, этот отдавал холодом. Таким, от которого немела ладонь.
«Здравствуй, – подумала Алиса, шевельнув пальцами. – Покажи, что ты умеешь».
Серебро, словно расплавившись, скатилось с камня. Зеленые прожилки вспыхнули, пришли в движение, растягивая шар, меня его форму – как будто нефтяные разводы, блестящие, переливающееся.
Алиса сжала руку, хватаясь за рукоять ятагана, и, словно в приветственном рукопожатие, серебряная лента сжала ее запястье, в мгновенье растворившись в коже.
Длинный, острый, тонкий – с изящным изгибом клинка, так не потерявшего зеленоватый оттенок малахита. Алиса перехватила оружие поудобней, делая легкий взмах – от кончика клинка к руке метнулись искры. Такие же серебряные, как и сама рукоять ятагана.
Дыхание захватило.
Алиса закрыла глаза.
Холод. Обжигающий холод – пламя огня, которое не приносит тепло.
Разводы крови, пыль, солнце – опять холод, и снова пыль – пыль от тысячи шагов. Синее ясное небо. Красные кирпичи стен. Кровавое марево.
И бесконечный холод.
Она тяжело сглотнула, открывая глаза. Во рту пересохло.
В малахитовом клинке переливалась разводами магия, готовая служить одной только Алисе. Ей не нужно было владеть холодным оружием, чтобы знать: с Карфагеном она справится. Он поможет ей сам.
Алиса медленно оторвала взгляд от ятагана, не в силах налюбоваться артефактом, и глянула на Юичи. Он все так же стоял напротив, довольно улыбаясь.
– Он вам ответил, – не то вопросительно, не то утвердительно произнес он. – Карфаген отвечает не всем.
Алиса ухмыльнулась.
Не стоит, наверное, говорить парню, что дело тут вовсе не в том, что артефакт ей подошел – просто, когда своей силы почти нет, ничего не остается другого, кроме как брать ее извне. Алисе ответил бы любой артефакт. Просто потому что своей силой она почти никогда не пользовалась: ее было чертовски мало. Самое простенькое заклинание могло на целый день вывести Алису из строя – только если она, конечно, пользовалась своей силой. Когда ученики на Аяксе одним только взмахом руки поднимали волну пару—десятков метров высотой, Алисе приходилось выкручиваться.
Она не ждала ответа от артефактов – она его
– Он хорош в бою, – сказал Юичи. – В защите и в нападение – легко создает свои барьеры и рушит чужие.
– Я знаю, – перебила Алиса, – уже знаю.
Серебряная ручка блеснула на свету, словно подтверждая ее слова.
– И я вижу… Проблему.
Юичи вздохнул.
– У него есть минусы, – послушно начал он. – Карфаген легко режет ткань мира. Им нужно уметь управлять, и я лишь подумал, что раз вы учились у Катерины…
Алиса качнула головой. Серебро и разводы малахита опять ожили, закручиваясь в шар.
Аякс значительно отличался от других мест лишь тем, что грань здесь между миром мертвых и миром живых была чрезвычайно тонка – иногда она прорывалась сама по себе. Там, за ней – темнота и холод, и не место ни людям, ни магам. Аякс легко штопал дыры – Алисе довелось лишь пару раз видеть ту самую порванную ткань мира. Она знала, что можно пройти туда и вернутся живым – некоторые этим пользовались. Правда, в магическом мире никто подобное не приветствовал – существовал негласный, и такой очевидный закон: живое – для живых, мертвое – для мертвых.
Темными магами называли вовсе не страшных ведьм и колдунов, как писали в книжках обычные человеческие писатели, а тех, кто не пренебрегал возможностью сменить миры на пару минут – тех, кто тревожил мертвых.
– Решили, раз я жила на Аяксе, легко справляюсь с подобным? – холодно уточнила Алиса. – Юичи, это не шутки. Сципион – такой же?
– Так же открывает проходы, – не стал спорить тот. – Это все побочный эффект малахита – камень все время держит связь с другим миром. Но, поверьте, артефакт в умелых руках. Ровно в такие же я и отдаю Карфаген.
Алиса сжала артефакт – тот ответил уже знакомым холодом.
– Вы рискуете.
– Ни капли, – Юичи усмехнулся. – Катерина хотела доверить вам Сципион. Она знала, что делала. Она была в вас уверена.
– Вранье. Катерина никогда не была во мне уверена.
На это Юичи не стал ничего отвечать – Алиса заметила, что спорам он вообще предпочитал молчание.
– Это – самое сильное оружие, которое я могу вам отдать. И ничуть не уступает Сципиону.
– В чем подвох? Почему тот самый маг, имя которого вы решили не называть, выбрал не Карфаген?
В этот раз Юичи мялся – Алиса это видела.
– Я жду.
– Карфаген, – сдался тот, – оружие злое. А с таким всегда труднее – оно даст в несколько раз больше, чем Сципион, но нужно быть начеку.
Алиса хмыкнула, перекатывая шар в руке.
– Злое.
Юичи молчал, Алиса думала. Холода от артефакта она больше не ощущала – он лежал в ладони, превратившись в обычную безделушку, словно давая Алисе время на раздумья.
Но в крошечной подсобке, среди бесконечных коробок, она чувствовала лишь Карфаген – рядом с этим артефактом погас и дракончик, держащий в лапах малахитовый шарик, и Проводник, висящей на шее. И даже голосов, доносящихся из магазина, Алиса больше не слышала – только Карфаген.
– Есть еще что—нибудь? – наконец, спросила Алиса, уже прекрасно зная ответ.
– Нет, – качнул головой Юичи. – Ян—Аши привезли вчера в Осаку, к четвергу из Европы доставят Эдем – вы будете ждать?…
В его темных глазах неожиданно появилась лукавство. Алиса фыркнула.
Ждать она не могла, это было очевидно.
– Ладно, – сказала Алиса, поднимая Карфаген за цепочку к лицу. – Я возьму.
Тот, словно в насмешку, дрогнул – скользнула в сторону серебряная цепочка, вновь поплыли малахитовые разводы. Когти вцепились в шар, сверкнули драконьи глаза – теперь в руках у Алисы был почти такой же брелок, какой висел на сумке. Разве что тот дракончик был золотым, а этот – серебряным.
Артефакт тоже, видимо, умел чувство юмора.
– Ладно, – повторила Алиса, вглядываясь в него.
– Если вам нужна будет помощь, – произнес Юичи, слегка кланяясь. – Вы всегда можете обратиться ко мне. Верно сказали: я должен Катерине. И я собираюсь вернуть ей долг – поверьте, здесь вы всегда сможете спрятаться. Мы не выдаем своих клиентов.
– Я не собираюсь прятаться, – усмехнулась Алиса, глядя, как Карфаген вновь меняет форму – оплетает ее запястье.
Юичи только ухмыльнулся.
– Просто примите к сведению, Алиса. Друзья в чужом городе и в чужой стране – это хорошо.
Та оторвала взгляд от артефакта, теперь превратившегося в тонкий серебряный браслет с редкими вкраплениями малахита, и кивнула.
– Хорошо.
– Вы уже знаете, куда ведет первая подсказка?…
***
Чувство дежавю вышло просто жутким: точь—в—точь как в видение. Толпа людей на выходе из метро, огромные светящиеся экраны с рекламой на высоких многоэтажках – все сплошь в стекле и пластике, и светофоры на каждой стороне дороги – те самые, из подсказки рун. Они одновременно меняют сигнал и десятки людей заполняют перекрёсток Сибуя.
Алиса замерла, разглядывая огромные высотки и рекламные баннеры на чужом языке – все это было для нее в новинку. И дома, и светофоры, и люди, идущие одновременно со всех направлений. Даже жара и духота перестала казаться чем—то неприятным. Взгляд цеплялся то за одно, то за другое.