Лина Николаева – Пока боги спят (страница 79)

- Денес, - Рейлан на миг растерялся.

- Я пришёл сюда, чтобы поговорить с тобой, помочь, но тебе это даже не нужно.

- Денес, - уже строже произнёс Рейлан и нахмурился. – Я благодарен тебе. Ты – мой друг, но…

- Но! – передразнил Денес. Рейлан вдруг заметил, что он всего-навсегда был пьян. – Всегда у тебя есть «но». Ты хочешь называть себя хорошим человеком, но разрезаешь лесников, чтобы посмотреть, отличаются ли они внутри от людей. Хочешь думать, что любишь Тиру, Ниту, мать, но едва вспоминаешь о них, когда у тебя всё хорошо. Хочешь, чтобы мы с Дораном называли тебя своим другом, но не можешь довериться нам. Хочешь считать, что ты не похож на дядю, но ведёшь себя так же, как он.

Рейлан поджал губы.

- Что, я прав? – воскликнул Денес.

- Да, и что? – холодно спросил Рейлан. Всё внутри сжалось от слов Денеса, и он едва удерживал на лице спокойное выражение. Рейлан под столом положил ногу на ногу и стал нервно покачивать ступнеё.

Денес растерялся:

- Ничего… - протянул он, провёл рукой по волосам и виновато глянул: - Извини.

Рейлан смягчился:

- Я действительно благодарен тебе, что ты пришёл сюда. Давай закончим поскорее с ужином и найдём поблизости таверну?

Рейлан чувствовал ту же растерянность, что в разговоре с Мак. Он оправил бархатный жилет, оглядел взглядом всех этих степенных господ, чуть улыбнулся от мысли, что может решить судьбу каждого из них. В то же время он уже был готов променять сладость вина на горьковатый привкус пива, вслушаться в простой голосок девчонки из низов, посмеяться над нелепыми танцами Денеса и хоть на один вечер забыть обо всём.

Денес ухмыльнулся:

- А ты ведь меняешься. Что, та лесная девчонка смогла растопить лёд?

Рейлан закатил голоса и промолчал, но на ум тут же пришло сравнение, что Мак не растопила лёд, а указала направление, в котором он мог найти очаг.

Когда они вышли на улицу, Рейлан спросила Денеса, как тот совсем недавно – его:

- Как ты терпишь все эти таверны и кабаки? В них же так тесно и шумно! Я уже стар для таких мест.

Рейлан ждал, что Денес вот-вот улыбнётся, но друг оставался серьёзен.

- Я их ненавижу и больше всего не хотел бы туда возвращаться.

Рейлан остановился.

- Но зачем тогда?

- Дождь, идём скорее, - буркнул Денес. Несколько минут они шли молча, пока друг не решился продолжить. – Помнишь, у меня была подружка, Олли?

Рейлан покачал головой. Несмотря на страсть к тавернам и развлечениям, Денес никогда не рассказывал о своих похождениях.

- Должно быть, о ней знал только Денес, - Денес отмахнулся и продолжил: - Мы познакомились, когда я только-только вступил в Общество. К тому времени ты и Доран уже начали делать успехи и продвигаться вперёд, и я так завидовал вам. Я хотел привлечь внимание Олли и рассказал, чем занимаюсь. Она не поверила мне. Тогда я провёл её в Подземелье, туда, где профессор Хамрос держал разных животных и лесников. Мы были неосторожны. Олли приблизилась к суррею, и он укусил её.

Рейлан вздрогнул и сочувственно посмотрел на друга.

- Я ведь всегда боялся собак. Отчего же вдруг у меня появилась Буря, и я так привязался к ней? Как ты не узнал в ней суррея?

- Суррей на улицах Норта? – в голосе послышался ужас.

- Да! – с отчаянием воскликнул Денес. – Олли так тянет в лес, но мы любим друг друга, и она остаётся рядом со мной. Я знаю, что она убивает невинных людей, пьёт их кровь и съедает по кусочку, - Денес вздрогнул и на миг прижал руку ко рту, точно почувствовал тошноту. – Олли – зверь, я знаю это лучше всех, наверное, даже лучше, чем она сама. Но она такая добрая, и наивная, и открытая – всё это важнее зверя внутри. Но я его боюсь. Я знаю, когда у Олли должен подступить голод, и ночи коротаю в кабаках, в тавернах, только бы не думать о том, что она сейчас делает.

Денес сделал паузу и продолжил:

- Не только твоих близких забирает лесная сторона. Больше всего я хочу это остановить. Нашей счастливой жизни уже не будет, но ещё можно побороться за других.

- Сегодня эта ночь?

- Да, - жалобно ответил Денес и опустил взгляд.

Рейлан потянул Денеса на пёструю улочку, полную манящих огней. Он почувствовал, как плечи опустились ещё ниже под тяжестью нового груза. Отдых нужен вовсе не ему. И бороться с лесниками нужно не только за себя, а за всех людей.

Астра

Ранним утром Ранар и Блен пришли на площадку и оседлали сурреев. Астра решила, что момент до сих пор не настал, и стала изображать покорность. Волк был напряжён и нетерпелив. Он исправно слушал приказы Блена, но его ярость была ничем не прикрыта. Волк ненавидел его, весь окружающий мир и, казалось, самого себя.

Ранар давал команды одна за другой: Астра то бежала, то замедляла ход, прыгала, уворачивалась, падала и даже сошлась в коротком поединке сначала с самим Ранаром, затем с Волком и Бленом.

Ранар погладил Астру по голове, и она тут же отдёрнула морду. Он сказал:

- Вечером нам предстоит бой. Не подведи меня.

Астра вскинула морду и недоумённо посмотрела на Ранара. Бой? Сегодня? А она до сих пор здесь! И выбор вроде бы прост: убить человека, победить и выбраться на свободу или подставить себя под удар? Но победа означала бы предательство Волка, Исс и всех других пленников.

Надо выждать момент и выбраться – всем вместе, и никак иначе. Но когда этот момент настанет? Астра ударила по земле лапой. Ранар бросил недоумённый взгляд, попытался дружески положить руку на загривок, но она вся прогнулась, и афенор оставил её.

Весь день Астра была не в силах устоять на месте. Она ходила из стороны в сторону, насколько позволяла цепь, зло зыркала по сторонам, проклинала всех, кто был здесь, включая саму себя, и всё смотрела на ворота, через которые скоро предстояло уйти.

Ближе к вечеру в загон кинули кусок сырок мяса. Астра с осторожностью принюхалась. Не животное. Она быстро схватила кусок и проглотила. Перед глазами появился образ старухи в повозке, и в горле встал комок. Астра почувствовала отвращение к себе и сжалась в комок, как побитая собака.

Ранар пришёл, когда она сидела в той же позе. Он надел на неё тяжёлое кожаное седло. Крепко ухватился за поводья и повёл за собой. За воротами раскинулся огромный двор с маленькими и большими одноэтажными домами, в которых, наверное, жили воины. Были и другие загоны, также обнесённые высоким забором.

Астра и Ранар прошли вторые ворота и остановились в коридоре с решёткой в конце. Доносилось множество голосов, сливавшихся в радостный крик. Ранар потрепал Астру по холке. Она рыкнула на него и тут же притихла, снова прислушиваясь к голосам снаружи.

Решётка стала медленно подниматься. Ранар легко запрыгнул в седло, пятками ударил Астру в бока, и волчица покорно пошла вперёд. На арене их встретили громкие крики ликующей толпы.

Арена представляла собой огромный круг, поделённый на две части. Одна половина была засыпана песком, другая поросла травой. Её окружали места для зрителей, расположенные по уровням. Почти все они были заняты. Астра видела и людей, и афеноров, и эйлов. Они восторженно кричали, предчувствуя кровь.

Особое место принадлежало жрецу. На троне сидела фигура, закутанная в чёрный плащ, с белой маской на лице. По спине пробежал холодок. Смерть в лице жреца решала, кто уйдёт с ней, а кто останется. Слова этого безумца были законом. И пока свободу она могла получить только от него.

На противоположной стороне поднялась решётка. Медленно вышли зверь и наездник. Толпа снова заликовала.

Как и Ранар, человек был одет в лёгкий доспех из чёрной кожи и вооружён мечом. В бой люди вступали верхом на орторах. Сильные и выносливые звери, они с трудом поддавались дрессировке, но были незаменимы в битве. Ростом с небольшую лошадку, телосложением орторы напоминали борзых. Вытянутое тело с осиной талией, длинные ноги с пятью короткими когтями. Узкая морда, треугольные уши. Короткая тёмная шерсть. На шее она была длиннее и светлее и напоминала гриву.

Жрец встал. В одно мгновение зрители смолкли. Громким звучным голосом он крикнул:

- Мы приглашаем смерть, и да рассудит она нас.

- Да рассудит она нас, - эхом отозвалась толпа.

Правило всего одно: одолеть врага. Добивать или нет – решал жрец. Важно было оказаться на стороне врага: человеку на траве, афенору на песке – «захватить» землю.

Ранар вынул меч из ножен, человек поступил так же. Толпа взвыла. И бой начался.

Астра упала на песок в загоне и принялась зализывать укушенную ортором лапу. Бой был плохим. Ни один из народов не показал силы. Жрец решил оставить в живых обоих воинов, чтобы они доказали право своего народа на жизнь в следующем бою.

Ранар склонился над Астрой:

- Я позову врача, он посмотрит укусы. Я ожидал большего от тебя, но для первого раза ты неплохо себя показала, - он протянул руку. Астра оскалилась, и он не закончил движение. Во взгляде мелькнуло что-то похожее на понимание. – Я больше не буду привязывать тебя, ты заслужила. Только не забывай, откуда ты родом. Не щади людей. Они обречены.

Астра вздрогнула. Откуда она родом, помнила слишком хорошо.

Пришёл толстяк-врач, наложил мазь, перебинтовал лапу. Затем вернулся Ранар. Он уже снял кожаный доспех и переоделся в штаны и жилет, как у всех наездников.

- Я должен рассказать, как здесь оказался и почему веду эту битву. Мы же союзники, - он криво усмехнулся, сел рядом и положил руку на загривок Астры. На этот раз в его жесте было что-то дружеское, а не как прежде, когда хозяин поощряет глупого пса. Волчица повела плечами от отвращения и попыталась не смотреть на него.