Лина Николаева – Красными нитями (страница 11)

– Так ты не дочь Я-Эльмона? – каждое слово он отчеканил.

– Нет, – Эль, краснея, отвела взгляд.

Крейн скрестил руки на груди и, не меняя спокойного выражения лица, спросил:

– Значит, ты хотела меня обмануть, чтобы я помогал твоему драгоценному Рейну? Интересно…

– А ты не переживай! – воскликнула Адайн. – Папочка ни за что не признается. Слишком много денег отдано Детям Аша и не из его кармана – Церковь не простит ему этого, если узнает. Он слишком дорожит своим положением и не станет говорить.

– Я бы рад поверить, но не хочу рисковать. Не будем терять время, дорогая, – Крейн улыбнулся Эль хищницкой улыбкой. – В четверг мы поженимся, а в пятницу поедем к Я-Эльмону – День покаяния отлично подходит для признания.

А все-таки, Крейн неглуп – Кай не мог отрицать. Задумка с Днем покаяния было отличной.

В течение трех дней в году к главам церквей выстраивались вереницы людей, жаждущих признаться в своих грехах. Выскажись, уплати церковный налог – и ты прощен. Так это работало. Если Эль и Дар придут к Я-Эльмону с прилюдным признанием о, например, совместном побеге и безумной любви, он будет вынужден простить дочь и принять ее назад.

Встав, Дар достал из кармана кошель и швырнул его под ноги Эль со словами:

– На, милая моя лгунья, купи себе платье на свадьбу.

Девушка отшатнулась – Кай уже видел этот взгляд: так она смотрела на отца. Он резко хлопнул по двери, заменявшей стол, и встал:

– А я говорю, мы не будем спешить. Эль хочет подумать еще, ясно?

– Я должна сдержать свое слово, и я сдержу, – тихо, но твердо ответила девушка.

Крейн закатил глаза, наигранно громко вздохнул и вышел.

– Извини, что сказала, – Адайн виновато посмотрела на подругу. – Я не знала, что…

Киро перебил ее, яростно щелкнув пальцами:

– Послушай, ты не обязана. Мы сами справимся. Я могу сжечь его к чертям – одно твое слово.

– Мы заключили сделку. Дар уже трижды помог – я тоже должна выполнить свою часть. К тому же, если я вернусь к отцу, это будет полезно нам, – в голосе появилось еще больше твердости, хотя опущенные плечи выдавали, что Эль нелегко говорить так.

– Это твой выбор, – согласился Кай, – но если что, скажи, я разберусь с Крейном. Мы в одной стае, ясно?

Эль кивнула. Кай заметил, что во взгляде Адайн появилась то ли благодарность, то ли одобрение, и улыбка сама поползла на лицо, но он быстро одернул себя.

– Мы заберем Рейна, – Кай задержался взглядом на Адайн. Она кивнула ему. – А потом…

Продолжения не было. Что дальше, он не знал, хотя искал ответ не первый день. Иногда казалось, главное забрать всех – другого уже не нужно, им будет достаточно. Потом он вспоминал Черный дом, рассказы Адайн и Каты, думал о том, что сделали с Рейном – и любая цена, которую могли заплатить советники, начинала казаться слишком маленькой.

– Взорвем все к чертям, – продолжил Кай. – Те, кому достанутся места советником, не могут быть хуже тех, кто есть сейчас.

Киро воодушевленно улыбнулся:

– Или сожжем. Чертов Совет заслужил и не такого.

– Нет! – Нелан строго, почти по-отцовски, посмотрел на Кая. – Чего вы этим добьетесь?

– И сколькие погибнут? – добавила Ката.

– Как минимум шестеро, – Кай ухмыльнулся, но без должной уверенности. Он знал, что сказал так зря. Нелан и Ката задавали верные вопросы, однако отсутствие плана и бездействие изводили, все внутри требовало наметить хоть какой-то путь – его наличие казалось необходимым как воздух.

Нелан покачал головой:

– Я не дам вам этого сделать – или возвращайте меня в Черный дом. Хаос родит еще больше потерь. Главное в войне – стратегия, но у вас ее нет, потому что вы не знаете свою цель. Сказать “чтобы стало иначе” недостаточно. Иначе – это как?

Усач чертов. Говорил как родитель с неразумным ребенком, от его вопросов, на которые у Кая не было ответа, хотелось стыдливо опустить взгляд. Вира порой недоставало – у него всегда имелись ответы, он говорил, что делать – и Кай хватался за цель до побелевших костяшек, и вгрызался в нее, и приносил. Это было легче, чем планировать самому. Нести ответственность за других.

– Будто это были твои цели, – буркнул Кирион.

Сомнения, видимо, отразились на лице Кая. Нелан, вздохнув, начал загибать пальцы:

– Нам нужно, чтобы люди изменили свое отношение к демонам – это раз. Чтобы во главе Кирии встала новая, демократическая власть – это два. И чтобы не было великих и благородных родов – это три.

– А третье-то откуда? – удивилась Адайн.

На лице Нелана появилась смущенная, какая-то даже мальчишеская улыбка, которая совсем не подходила ему.

– Это мое желание, а заодно – пятнадцати миллионов кирийцев.

– Согласен, – кивнул Киро. – На Ири правит настоящее Народное Собрание, а не кучка богатеев как здесь, и народ слышат. Там все эти буквы рода почти ничего не значат.

Нелан воодушевился:

– Все упирается во власть. Если убрать Совет и выбрать новое Народное Собрание, дав право голоса всем слоям, постепенно…

Кай рассмеялся. И когда это его желание отомстить переросло в разговоры о революции? Кому ее осуществлять – им восьмерым? Конечно!

– Заткнись, Кай, – грубо бросила Антония.

Все уставились на девушку – она впервые за последние дни подала голос, а такого тона от нее еще никто не слышал.

– Ксолья пошла за тобой и планами вашего профессора, потому что устала так жить, а вы пообещали нам шанс. Так где он? Я не хочу смотреть, как вы мнетесь. Будете готовы взрывать, жечь, устраивать революции – что угодно, зовите, а если стала кишка тонка, скажи. Мне по-прежнему нужен шанс, ясно? Теперь я точно не могу упустить его.

Антония вышла из кабинета, хлопнув дверью – на миг показалось, что та вот-вот сорвется с петель.

Смотря на Кириона, Кай сказал – скорее демону, чем другим:

– Сначала я верну Рейна. Потом мы вместе придумаем, что делать дальше, но все свои шансы мы окупим с лихвой, это я обещаю.

***

Адайн спускалась с лестницы, когда ее нагнал Киро.

– Поговорим? – в голосе слышалась непривычная робость. От него пахло дымом – такой запах появлялся после того, как он баловался с огнем.

– Лучше исчезни, – буркнула Адайн, как отвечала ему всегда.

Кайса вздохнула – тоже как всегда, когда приходил Киро. Однако дело было не в нем: если кто и заслуживал бурчания, ругани, проклятий, то это сама Адайн.

– Нет, поговорим! – настойчиво воскликнул парень, хватая ее за руку, и спустился на несколько ступенек – и все равно остался выше.

– Мне надо идти, меня Кай ждет! – Адайн попыталась вырваться. Деревянная лестница жалобно скрипнула.

– Подождет. – Киро раздраженно щелкнул пальцами. – Я хотел сказать: я не знал, где ты, и не пытался искать, потому что думал, вы где-то укрылись. Прости за это и знай, что я не хочу так. Мне нужно, чтобы ты была рядом, всегда.

Адайн вздрогнула. В голове пронеслось: «Меня Кай ждет» – из-за этих слов и случались все проблемы.

Кай был как потайная дверь – стучи не стучи, откроется, только если прошептать кодовое слово: месть. Адайн стало казаться, что она никогда не вызволит его из-за этой двери. А Киро был рядом, такой веселый, легкий, и у него не было ни дверей, ни стен – он сам ждал ее. Они встречались полтора года, однако Адайн так и не смогла выдавить из себя ни капли любви к нему, и когда она увидела Киро с какой-то девкой в постели, это ее даже не тронуло. Тронуло другое: она пыталась заменить одного вторым, поиграла с Киро и оставила мучиться чувством вины. И при всех и грубила ему, и проклинала – на самом деле, все это предназначалось себе.

Киро улыбнулся открытой честной улыбкой:

– У нас на Ири много поговорок, и недавно я понял одну. Там говорится: я твое море, и морю покоя нет. С тобой ведь так: ну невозможно не выйти из себя! Но я готов быть самым беспокойным морем, только улыбнись мне снова, прошу.

«Во имя Яра», – беспомощно подумала Адайн, отворачиваясь. Через узкое окно проникали лучи заходящего солнца, и было видно каждую пылинку, кружащуюся в воздухе.

– Не отворачивайся. Ты знаешь, что сказать, – подбодрила Кайса.

Конечно, знала. Она все ждала от Кая слов, но сама не могла дать их другому, боясь.

– Прости, мне нечем тебе ответить. И тогда было нечем, но я боялась признаться. Я ни в чем не виню тебя – это тебе надо винить меня, я заслужила. Прости, мне надо идти, меня Кай ждет. Это важнее всего.

– Конечно, – Киро вымученно улыбнулся и шагнул в сторону, давая пройти.

Адайн потянулась к птичке на шее, но так и не дотронувшись до нее, быстро сбежала вниз, чувствуя на себе огненный взгляд друга.